Не отпускай (СИ)
Нарушая все мыслимые правила дорожного движения, хорошо хоть фуражка над задним сиденьем отгоняет настырных гайцов. Только жезлом своим махнёт какой-либо, особо ушлый, тут и фуражка в глаза бросается - кивает, можно ехать.
Домчался за пятнадцать минут до ее дома, взлетел вверх по лестнице на третий этаж - лифт ждать просто не было времени. Двери она при мне закрыла, когда попрощались на пороге. И ведь так хорошо расставались, она даже сама спрашивала, приду ли я вечером!
Позвонил, тут же в нетерпении постучал. Подождал. Тишина за дверью. Повторил попытку еще несколько раз - никакого ответа. Неужели ушла? Куда? К Авериным?
Набрал Ромку. Он тут же взял трубку.
- Да, Серег!
- Ромыч, привет! Слушай, тут такое дело. Я уезжаю по работе.
- Куда? Надолго?
- Э, боюсь, что ничего рассказать не могу - секретная информация. В общем, звоню, чтобы ты меня не искал пока - как вернусь, сразу позвоню.
- От меня помощь какая-нибудь нужна?
- Да. Как бы это... объяснить?
- Что ты мнешься, как девочка, говори, как есть!
Хорошо, когда твой друг понимает тебя! Хорошо, когда он есть – такой друг, как Ромка!
- Ромыч, расскажи Марине о том, что я уехал. Объясни, что – в командировку. И если встретишься с ней до вечера, пусть она мне позвонит!
- Хм, хорошо, всё сделаю… И когда только…
- И ни о чем не спрашивай. У меня совершенно нет времени. Всё. Отбой.
Теперь – на вокзал и побыстрее!
19
19.
Утро началось для меня неожиданно рано. Позвонила Ирина Филипповна, наша директорша. Сам факт ее звонка в такую рань мог означать только одно - на работе аврал, Леночка одна не справляется. А значит, мне придется пораньше выйти из отпуска.
Примерно так все и было. Ирина Филипповна поведала мне страшную новость, что сегодня к нам едет сам начальник комитета культуры нашей области! А значит, именно я должна экскурсию провести для него.
- Ирина Филипповна, что ж вы вчера мне не позвонили вечером - я бы хоть подготовилась!
- Марина, меня саму уже ночью одна знакомая из комитета предупредила. ОН любит неожиданно нагрянуть. Но она же сказала, что явится не раньше одиннадцати. К десяти приезжай!
Ну, что ж! Спасибо и на том!
Пришлось экстренно мыть голову, пилить и красить ногти, в общем, приводить себя в порядок.
Сергей уехал очень рано. Я, зевая, как любящая жена, провожала его, укутавшись в простыню. Уже открыв дверь, он обернулся и сказал:
- Маринка, мне было очень хорошо с тобой!
Мог бы и не говорить это. Было видно, что не хочет уходить, что мнется на пороге. Но все-таки, не зря говорят, что женщины любят ушами - слушала и радовалась каждому слову, каждому жесту. Он улыбался, притянув к себе на пороге, и я улыбалась ему в ответ.
- Мне тоже.
- Марина, может, нам стоит попробовать жить вместе?
- А как же Ира?
Видела, что не понравился мой вопрос. Видела, что обидела, задела его. Но не спросить не могла - Ирина казалась мне нормальной адекватной женщиной. Мы с ней не были подругами, конечно, но изредка встречались у Авериных на праздниках и даже бывало, болтали о том, о сем. И переступить через мое к ней отношение было не так уж просто.
- Я развелся.
Хотела, конечно, знать причину, но был неподходящий для этого момент. Расскажет, все расскажет потом, обещал ведь!
- Серёжа, ты придёшь сегодня?
- Приду. От меня не так-то просто избавиться.
- Я и не хочу избавляться.
- Наконец-то! - Поднял глаза вверх. - Аллилуйя!
Это было смешно. Сразу вспомнила, как он яростно крестился, возле машины Вербицкого, когда думал, что поцарапал это чудо техники.
- Маринка, я бы очень хотел знать причину твоего смеха, но мне пора, и так опаздываю уже. А ты что собираешься сегодня делать?
- Сегодня - последний день моего отпуска, и я планировала весь его проспать!
- Вот и замечательно, иди отдыхай!
Поцеловал на прощание, прижал к себе так крепко, что и сомнений не осталось в том, что будь его воля не ушел бы, остался со мной! И шагнул за дверь...
.... Все прошло хорошо. Высокое начальство осталось довольно и экскурсией, и внешним видом экспозиции и здания, и, особенно, застольем, которое состоялось после...
К концу рабочего дня, когда появилась свободная минутка, вспомнила о своем телефоне. Куча пропущенных - восемь (?) от Сергея, пять от Лизы, от Ромы, мамы и даже Матвея!
Сердце испуганно забилось в груди. Что-то случилось! Конечно, в первую очередь, набрала дочь. Лиза взяла трубку только с третьей попытки.
- Лиза, дочка, что случилось?
- Мама... - она не смогла говорить, начала всхлипывать в трубку. - Мамочка...
Я запаниковала, схватила сумочку, не зная, то ли оставаться здесь, то ли домой бежать, то ли к Лизе в Москву ехать!
- Лизонька, дочка, что стряслось?
- Мама, он женится! - она уже не всхлипывала, а рыдала в голос. - Матвей женится!
- Ты где сейчас? - нужно мчаться к ней. В таком возрасте - в девятнадцать-то лет, девчонки от неразделенной любви и глупостей наделать могут. Я должна быть рядом с моей девочкой.
- Я у Али-и! Мне так плохо.
- Доченька, я скоро буду! Уже вызываю такси!
Немного отлегло - Алька успокоит, рядом побудет, глаз не спустит - знает о Лизиной безответной (как оказалось) любви! А я ведь была уверена, что он тоже... Странно. Он всегда так на нее смотрел ласково... Да, Марина, ничего, похоже, ты в мужчинах не понимаешь!
Все это крутилось в моей голове, пока в такси мчалась к своему единственному страдающему ребенку. Конечно, в тот момент я не думала о Сергее.
Лиза и Аля в обнимку сидели на кровати в хозяйской спальне, укрытые пледом. Рома был изгнан, как брат предателя (именно так теперь девочки звали Матвея!) Он с расстроенным лицом открыл мне двери.
В доме было непривычно тихо. Даже дети не шумели, тихо сидели в своей комнате.
Когда я вошла в спальню, они обе - и Лиза, и Аля, бросились ко мне. Обе плакали.
- Алька, ну ты-то чего ревешь? Вы хотите, чтобы и я тоже? - сама уже чувствовала, как подступают слезы. - Лиза, милая моя, ну, нельзя же так!
- Мама, только не говори, что я еще молодая и у меня таких, как он будут сотни.
- Но ведь так и будет!
- Таких как он нет больше. Он - самый лучший!
Она меня удивляла до глубины души! Сама бы я, наверное, никогда своего обидчика так не назвала. А она!
- Лиза, он намного старше тебя...
Она перебила, отстранившись от меня:
- Это не важно для меня, понимаешь? Я люблю его. Я верила, что у нас может получиться... Я никогда ни на кого другого не смотрела даже! Почему? Почему так? Больно... Как же больно!
Мы с Алькой тоже заплакали, с двух сторон обняли ее - маленькую, несчастную девочку, в жизни которой случилось то, что, наверное, бывает в жизни каждой женщины - неразделенная безнадежная любовь...
20
20.
Но, как известно, жизнь продолжается, несмотря ни на что. Поплакав, поругав Матвея, и в его лице вообще всех мужиков на земле, мы дружной компанией отправились пить кофе с мороженым. По пути в кухню к нам присоединился Роман, на которого было жалко смотреть - такой он был расстроенный! Видно, и Лизу ему жаль, и, самое главное, на жену исподтишка поглядывает - думает, что Алька на нем может свой гнев выместить.
Дети, непонятно как почувствовав потепление атмосферы в доме, прискакали с дружными воплями к нам, а увидев мороженое, волчками закружили рядом - им тоже перепадет!