Хамелеон 4 (СИ)

На демонстрации этой экспериментальной машины в своё время также настоял Геркан, требуя при этом значительно завысить все характеристики данного танка, чтобы нанести практически смертельный удар по одному из грехов свойственных Адольфу Гитлеру — по тщеславию. Ну не мог тот не отреагировать как-либо иначе на появление у СССР подобных «стальных гигантов», кроме как заказать срочную разработку и постройку сотен, если не тысяч своих таких же боевых машин, что, несомненно, сорвало бы программу поставки в войска тех же массовых Т-III и Т-IV. Недаром в том будущем, о котором у Александра имелись воспоминания, еще в середине войны у немцев начались работы по созданию танка «Маус» весом в 175–200 тонн. Причем 2 штуки даже построили в металле! И, чем чёрт не шутит, возможно, они даже начали бы строить монструозный 1000-тонный танк береговой обороны конструкции Гротте. Того самого Гротте, что в далеком 1930-ом году был создателем советского танка ТГ-1, откуда Герканом и Ко были позаимствованы ряд идей реализованных в Т-24.
— Бог мой, — едва слышно прошептал себе под нос генерал-полковник Хайнц Гудериан[2], внимательно рассматривая выкатившегося на всеобщее обозрение стального зверя, под гусеницами которого местами даже начал крошиться гранит брусчатки. — Это есть смерть. Это сама смерть, воплощенная в металле. Смерть, что ведет за собой своих апостолов, — перевел он свой взгляд на накатывающие следом волны Т-54, которые всё не заканчивались и не заканчивались, будто ходили по кругу — столь много их оказалось пригнано для участия в параде.
[1] Т-120 — танк АИ. Самый ближайший реальный аналог — ИС-7.
[2] Хайнц Вильгельм Гудериан — немецкий военачальник и нацистский государственный деятель, военный теоретик, генерал-полковник (1940). Главный инспектор бронетанковых войск Вермахта (1943—1944), начальник Генерального штаба сухопутных войск (1944—1945).
  
Эпилог
 
— Ха-ха-ха-ха-ха, — вновь откровенно ухохатываться генерал-майор, утирая рукой выступившие на глаза слезы. Только теперь, должно быть, с обоих — и с профессора, и с подопытного. — Нет, ну он у вас точно какой-то бракованный!
— Да не бракованный он. Хотя, кто знает, как имеющееся заболевание влияет на его персональное восприятие информации, — только и смог, что устало отмахнуться от представителя заказчика ученый, которому в очередной раз утерли нос. Хоть в этот раз и относительно частично. — Просто, никто не мог предположить, что заложенная им самим гипнопрограмма, не сумев раскрыть новые архивы информации о будущем, примется заполнять его голову данными о прошлом. Мы ведь не стирали ему память полностью, а просто временно заблокировали. Плюс новый ассистент не знал об этом совершенно, отчего и снял все ранее установленные жесткие блокировки, благодаря которым испытуемый сам никак не мог бы ничего вспомнить. И с кем только приходится работать! — посетовал руководитель проекта на несознательность молодого поколения работников науки, кои лезут своими шаловливыми ручками, куда не следует.
— И многое он успел вспомнить о своём прошлом? — закончив расправляться с выступившей на глаза влагой, серьезно поинтересовался военный, вовсе пропустив мимо ушей стенание собеседника.
— Если вы переживаете, что он теперь знает о нас и вообще о данном эксперименте, то не стоит. Мы, наконец, вычислили, что данные ему каждый раз подгружаются за 5-летний срок. И это был разумный ход. Большее количество информации, поступившее в мозг за столь короткий промежуток времени сеанса, вполне могло бы привести к непоправимым последствиям, вплоть до инсульта, — поспешил объясниться профессор. — Просто в этот раз о будущем он не узнает ровным счетом ничего. Но вот об этом 5-летнем временном промежутке из своего прошлого будет помнить всё столь хорошо, как будто это происходило с ним вчера. В общем, головная боль ему вновь обеспечена знатная. Или же мы можем вмешаться и снова заблокировать ему всю память с момента «попадания». Сделать?
— Нет. Пусть остается всё, как есть, — покачал головой генерал-майор. — Нам также будет очень интересно узнать, как у людей с таким психологическим портретом начнет работать логика принятия решения в столь непростой ситуации. Он ведь, как я понимаю, вспомнит о существовании своей семьи и будет вынужден сделать выбор между ними и своим новым положением в обществе, а также воинским долгом перед страной. Нам ведь тоже по долгу службы зачастую приходится принимать ну очень непростые решения. И далеко не все на это способны изначально. Потому, если это окажется возможным развивать таким вот образом, — кивнул он в сторону изображения капсулы с запертым внутри мужчиной, — нам это тоже будет интересно исследовать.
 
— Что же. Тем лучше, — незаметно выдохнул ученый. — Всё же игры с памятью и здоровому человеку не идут на пользу. А у нас тут вовсе без пяти минут покойник. Потому, чем меньше наше воздействие, тем лучше. Хотя, всё равно это был его последний сеанс. Ведь в следующий раз он непременно вспомнит всё это, — развел руками по сторонам профессор в ответ на вопросительный взгляд визитера. — У него как раз лишний год памяти образовался, место которого прежде было забито нашими тремя подарками. Так что точно вспомнит. Потому и говорю, что сеанс последний. Если только вы не дадите санкцию на открытие его архивов о будущем. Тогда еще на два, а то и на три обновления его еще хватит. Но не более того.
— Посмотрим, — не сказав, ни да, ни нет, ответил представитель заказчика, лишь кинув еще один ленивый взгляд на висящее перед глазами изображение капсулы.
Прочитал? Понравилось? Молодец! Тогда, дорогой читатель, для тебя ссылка на продолжение цикла в студию!  https://author.today/reader/373425/3449934
P. s. Не забудь отблагодарить автора лайком, подпиской и рекомендацией книги друзьям!