Назад к ЭВМ (СИ)
Через несколько часов наконец отвел от монитора воспаленные глаза, встал и размялся. Так, на сегодня работы хватит. Я уже стал клевать носом — все-таки больше суток на ногах — и начал допускать ошибки. А отладка на такой машине — дело крайне долгое и нудное, проще написать программу заново. Да и за окном начало темнеть.
Первые подвижки есть — я разобрался в синтаксисе нового для меня языка и, кажется, придумал в общих чертах, как реализовать свою идею. На работе в своем мире я занимался тем, что писал вместе со своей командой видеоигры. И одним из популярных сценариев было перемещение героя во времени. Попробую воплотить это теперь в реальном мире и на новом для меня языке. Есть у меня пара идей насчет моделирования временных процессов… Но это завтра. А сейчас сохраню написанный файл, быстро отдам ключи от аудитории на вахту и пораньше приеду в общагу. Нужно еще раз внимательно перечитать книжку, которую я нашел на полке у Матвея. Кое-какие интересные мысли он подчеркнул карандашом.
Однако до чтения своего пособия по разработке временного симулятора в тот вечер я так и не добрался. Меня снова ждали приключения.
Глава 11
Клетчатые
Выйдя в университетский дворик после долгого сидения за ужасно медленно работающей ЭВМ, я с удовольствием вдохнул прохладный осенний воздух, поймав себя вдруг на мысли, что впервые за неделю я снова остался один. Дни пролетали со скоростью света: я то ходил на лекции с ребятами, то подрабатывал в магазине с ними же. Валька, видимо, считал, что я очень переживаю из-за разбитого плеера и наушников, да и в аварии все же побывал, поэтому всеми силами старался меня развлекать, ни на минуту не оставляя одного. Что ж, его можно понять — он искренне переживал за друга. Мне бы такого товарища в реальной жизни вместо ненужной тысячи номинальных «друзей» в социальных сетях, шлющих мемы и гифки. Большую часть этих так называемых «друзей» в глаза-то никогда не видел! Жаль, что придется прекратить нашу с Валькой и Ленькой дружбу, когда я закончу работу над своим симулятором. Но я твердо решил не сдаваться, пока не достигну своей цели и не предотвращу те страшные события. Уже готов сохраненный файл строчек на сто кода. Как же медленно, долго и неудобно печатать на этой увесистой клавиатуре! Как долго запускается машина!
Нет, нельзя мне сильно привязываться к жизни в советских реалиях. Моя миссия — написать и запустить симулятор временных процессов. А там уж пусть на свое место возвращается прежний, настоящий Матвей.
Я вдруг понял, что так и не погулял по Москве восьмидесятых, за исключением того дня, когда самостоятельно съездил в «Склиф»! Тогда меня прямо у дверей встретил Ленька, а потом мы провели небезынтересный вечер в кутузке, где я неожиданно для себя избавился от злосчастных долларов и стал обладателем пачки новеньких хрустящих советских купюр, а Валька — познакомился с будущим тестем. А дочка внешторговца Дмитрия Олеговича Тамара тем временем убедилась в искренности чувств нескладного паренька.
Таким образом, из всех мест Москвы времен СССР я пока побывал только в университете, общежитии, на ближайшей к нему станции «Домодедовская», в магазинчике с подвалом, где мы с Валькой и Ленькой подрабатывали, да в паре закусочных. Там мы иногда перекусывали пирожками и сосисками с горчицей и пили томатный сок на разлив, разбавляя его иногда принесенным под курткой горячительным. Получалась самодельная «кровавая Мэри», кстати, на вкус не сильно уступающая коктейлям в московских барах. А может, у меня не только тело, но и вкусы изменились, когда я перенесся сюда? Кто его знает…
Что бы то ни было, пора расширять географию и самостоятельно изучать новую, то есть старую Москву. Решено: этим вечером я буду гулять до самого закрытия общежития. Пускай Валька смотрит «Греческую смоковницу» в обнимку со своей дамой сердца. Год настойчивых ухаживаний не должен пройти зря. Надеюсь, сегодняшний вечер для него будет полон приятных впечатлений. Ленька с нами не столько дружил, сколько просто приятельствовал — настоящие друзья у него были среди хиппи. Вот пусть с ними и развлекается. А я прокачусь на метро до своего любимого парка Горького, прогуляюсь там часок-другой и посмотрю, как же он похорошел при… интересно, кто же сейчас у нас мэр? Собянин, наверное, всего лет на десять старше меня теперешнего. Спать хотелось неимоверно, отчаянно хотелось зевать, глаза слипались, меня слегка пошатывало от усталости, но я решил, что дотерплю до вечера, чтобы не проснуться потом среди ночи и не мучаться от невозможности заснуть.
Парк Горького я выбрал не случайно: он находился совсем недалеко от дома, где я жил в своем привычном теле. Обычно после работы я старался выбраться туда на прогулку, хотя бы на час. Правда, моего дома еще и в проекте не существует я купил квартиру три года назад, когда только-только вырыли котлован на месте стройки. Интересно получается: я еду домой, а дома-то у меня, собственно, еще и нет. Да и меня самого еще нет. Родители в это время, кажется, уже были знакомы, но еще не поженились. Надо будет их потом спросить.
Выйдя из метро «Парк Культуры», я огляделся. Прямо у входа какой-то долговязый парень в форме Советской Армии, согнувшись в три погибели и не обращая ни на кого внимания, целовал под фонарем маленькую худенькую девушку с волнистыми светлыми волосами, в коротком плаще и туфельках на каблучках. Было ощущение, что они увиделись после очень долгой разлуки. На месте современного жилого комплекса, где я когда-то купил квартиру, с усердием накопив на первый взнос по ипотеке, был небольшой скверик и какие-то старые дома. Спуск до парка Горького я, конечно же, помнил, поэтому добрался без проблем.
В парке почти все было совершенно другим. Другие аттракционы, другие кафе… В пруду на лодках плавали люди. За столами сидели старики и играли в шахматы и, кажется, домино — я не понял точно, что это была за игра. Уже почти совсем стемнело, но домой никто не собирался: доски они подсвечивали фонариками. Время от времени кто-то из игроков бил по столу ладонью что есть силы и кричал: «Рыба!».
У одного из аттракционов я приметил смотрительницу — сухонькую старушку, на вид — лет восьмидесяти. Готов поспорить, что она родилась еще до событий революции. Надо же, передо мной вживую человек совершенно из другой эпохи. Интересно, а мне доведется когда-нибудь там побывать? А что, а вдруг?
Сегодня редкий вечер, когда никуда не надо спешить. Я с удовольствием прогуливался, рассматривая все вокруг, вглядывался в лица людей, проходящих мимо. А ведь кто-то из них гипотетически мог быть знаком с моими родителями. Вот, например, пара девчонок, которые поедают мороженое и обсуждают что-то очень смешное: они вполне могли знать мою маму, а может, и дружить с ней. Паренек на скейтборде вполне мог быть однокурсником моего отца. Интересно, а где сейчас отец? Наверное, смотрит «Кобру» вместе с мамой на последнем ряду в кинотеатре и мечтает, как въедет с ней в кооперативную квартиру и купит «Москвич». Нет, только не «Москвич». Хватит уже аварий…
На свежем воздухе даже спать как-то расхотелось, и я немножко взбодрился. Уже стемнело, но было довольно-таки тепло. Я расстегнул куртку, на всякий случай проверив карман с паспортом и студенческим билетом — все на месте. Парк Горького был заполнен людьми: многие, как и я, приехали сюда после работы или учебы, чтобы насладиться последними погожими деньками перед холодным и промозглым ноябрем. Туда-сюда прогуливались парочки, держа друг друга за руку. Эх, так я и не увиделся с Дашей… А ведь мог бы и я сейчас целоваться с ней под фонарем в том же парке или где-то на диванчике в уютной кофейне. Их много в Москве… Скорее всего, такая симпатичная девушка нашла уже кого-нибудь другого.
В милицию сегодня, надеюсь, ехать не придется. Валька — под надежным присмотром Тамары. Из ее цепких рук он точно никуда не денется. Ленька где-то отдыхает на лавочке со своими друзьями и обсуждает только им одним понятные темы на им одном понятном языке. Работать в подвальчике тоже не надо. И я наконец-то, впервые за две недели, приблизился к выполнению своей миссии — начал разрабатывать временной симулятор. Мне пришла мысль, что, вполне возможно, что об этом же мечтал мой двойник — загадочно пропавший Матвей Ремизов. Не зря же у него столько книг по фантастике на полке! Несмотря на то, что я не был с ним знаком, я искренне порадовался, когда главврач «Склифа» признался, что никто не видел тела погибшего парня. Значит, есть крохотная надежда, что медсестра просто ошиблась, и он жив? Куда же он тогда делся? Не выпрыгнул же из больничной койки прям с четвертого этажа? Какой в этом смысл?