Антология советского детектива-37. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Не зря принял такое решение - трубку подняла Мирослава. Он понял что это она по голосу - звонкому, но неторопливому, уверенному. Она ответила не сразу, и он решил, что она не расслышала и еще раз назвал себя.
- Я поняла, - наконец отозвалась Мирослава. - Добрый вечер, Олег Николаевич. Слушаю вас... Леонид Максимович прилетел, но еще не вернулся с работы. Скоро должен быть. Что ему передать?.. Сейчас приглашу Полину Петровну.
Очень вежлива, ни одного лишнего слова, ни тени кокетства, как хорошо вышколенный секретарь. Вот тебе и разудалая девица! Впрочем, вначале она кажется волновалась - не сразу ответила, а потом взвешивала каждое свое слово. И это можно понять: нежданно объявился герой ее статьи, с которым предстоит объясниться - никуда теперь не денешься, а такая перспектива очевидно не радует ее. Но как бы то ни было, Олег был доволен, что Мирослава подошла к телефону, что услышал ее сдержанный и в то же время на удивление приятный голос.
А вот разговор с Полиной выстроился не сразу. Начали со взаимных приветствий, дежурных вопросов: "Как дела?", "Все ли у тебя в порядке?", ответы на которые предугадывались и потому пропускались мимо ушей. Они хорошо знали, о чем не надо спрашивать, и лихорадочно искали нейтральные темы, представляющие какой-то интерес для собеседника.
Полина нашлась первой и заговорила безостановочно, не давая Олегу возможности вставить хотя бы словечко.
И о том, что она успешно защитила кандидатскую диссертацию по прикладному искусству и ей уже предложили должность доцента в ее институте... И о том, что в прошлом году она переболела моноклюозом, после чего ужасно располнела, и хотя вот уже третий месяц сидит на голодной диете, никак не может похудеть. Это она к тому, чтобы он не испугался, когда увидит ее... И о том, что коллектив объединения "Транзистр" выдвинул своего генерального директора кандидатом в депутаты, и Леонид не знает как быть. Совмещать работу в парламенте и руководство таким крупным производственным объединением - значит загубить себя. Но и отказаться неудобно - люди обидятся... И о том, что у нее сейчас запарка - готовится к презентации фонда региональной культуры, одним из сопредседателей которого она является... И о том, что в субботу они отмечают сорокалетие Леонида, и Олег непременно должен прийти - от имени и по поручению мужа она приглашает его...
На этом разговор, казалось бы, исчерпал себя. Но Полина не спешила прощаться, сказала: "Минутку!", а затем Олег услышал ее отдалившийся голос: "Поговори сама с ним... Не усматриваю никакой навязчивости... Удивительно, что робеешь, на тебя это непохоже..."
А затем снова в трубку:
- Олег, с тобой хочет поговорить моя воспитанница и подруга. Сочетание не совсем обычное, но это один и тот же человек. И человек, поверь, очень хороший. Она журналист, и ее интерес к тебе чисто профессиональный. Выслушай ее и не обижай. Я тебя очень прошу...
- Твоя просьба для меня закон, - поспешил заверить ее Олег, поймав себя на том, что начинает волноваться: предстоял непростой разговор, к которому он еще не был готов.
Покосился в сторону Натали, которая прислушивалась к тому, что он говорит. Встретив его взгляд, старшая кузина иронически усмехнулась, затем вышла из комнаты.
- Олег Николаевич, мы с вами уже разговаривали, но я не представилась, - услышал он неторопливый голос. - Меня зовут Мирослава, но лучше - Слава. Как вам сообщила Полина Петровна, я журналист, подписываюсь псевдонимом - М.Хвыля. Это, чтобы вы ориентировались, если натолкнетесь на мою писанину. У меня к вам несколько вопросов профессионального характера... Вы слушаете меня?
- Я - весь внимание.
- Не иронизируйте, это серьезный разговор.
- Вы неправильно поняли, Слава, - живо возразил Олег. - Я действительно очень внимательно слушаю вас. И у меня есть на то причины: я ознакомился с двумя вашими статьями, которые, не скрою, произвели на меня неоднозначное впечатление. Но, очевидно, это не телефонный разговор.
- Когда и где мы можем встретиться? - оставляя без внимания упоминание о ее статьях, осведомилась девушка.
Олег еще не знал, как завтра распорядится своим временем, многое зависело не от него. Назвал номер своего гостиничного телефона, договорились, что завтра Мирослава позвонит ему в конце рабочего дня, и они согласуют время и место встречи.
Он еще разговаривал с Мирославой, когда в комнату вошел Роман, улыбаясь и потирая руки, очевидно, в предвкушении предстоящего ужина.
В доме началась суматоха: Натали, Диана, Петя принялись накрывать стол в гостиной, чем не преминул воспользоваться хозяин дома. Он повел Олега в сад, где извлек из-под куртки бутылку коньяка, а из карманов металлические стопки, одну из которых передал гостю.
- В доме сухой закон, - заговорщически подмигивая свояку и ловко наполнив стопки, пояснил Роман. - Но на эту территорию он не распространяется. Так что, со свиданьицем, Олег Николаевич!
Они выпили, и Олег вопросительно посмотрел на свояка, ожидая, что тот объяснит причину столь позднего возвращения с работы. Но Роман заговорил о другом: стал изливать обиду на бывшего начальника областного управления внутренних дел Сероштана, с которым у него были неприязненные отношения, и который, едва заняв высокое кресло, уволил из подведомственных подразделений всех неугодных ему сотрудников и, в первую очередь, начальника городского уголовного розыска Корзуна.
- Липовальщик, бездарь, взяточник, - цедил сквозь зубы Роман. - После августовского путча переметнулся к демократам-горлохватам, стал подвывать им в унисон и добился вожделенного кресла. Только не долго царствовал: даже горлохваты поняли, что это за дерьмо, и его на пенсию отправили. Но на полную - генеральскую - успел, прохвост, лампасы получить! И работенку непыльную себе уже нашел - директор динамовского бассейна. Спортсмен! Брюхо до колен висит.
Как бы к слову, Олег спросил о дочери Сероштана - Светлане и ее муже, адвокате Кривошапко: не распался ли этот изначально непрочный брак?
- Так ведь Пашка не на ней - на ее папочке женился, - хмыкнул Роман. - Ты что, Светку не помнишь? Она же страшней войны. Но приданое там было в порядке. К тому же, папочка подкидывал зятьку крутых клиентов, а Пашка отстегивал ему от своих гонораров.
- Они и сейчас в таком тандеме работают?
- Сейчас уже не то. Старика отпихнули от кормушки, и к тому же кто-то дачу его спалил. А там не дача - дворец был.
Роман хотел еще что-то сказать, но их позвали к столу.
За ужином, к которому в порядке исключения была подана самодельная наливка, царило оживление - говорили все разом и каждый в отдельности. Вспоминали детские, юношеские годы, молодость, забавные истории, близких людей, общих знакомых, пили за здравие одних и за упокой других. Наливка была слабенькой - сколько ни пей, не опьянеешь, но тем не менее Натали то и дело одергивала мать и мужа, конфузя первую и вызывая наигранные протесты второго. Петя держал вилку в правой руке, нож в левой, брал соль пальцами, за что получал втыки от матери. Доставалось и прислуживающей за столом Диане, которая старалась всем угодить, то и дело бегала на кухню и лишь изредка присаживалась рядом с Олегом. К обеду она переоделась, сменив мини-платье на эластичные брюки, что обрисовывали уже не только бедра. Это обстоятельство, а также избранное девушкой соседство за столом вызвали недовольство Натали, которое она не в самой деликатной форме высказывала Диане. Кончилось тем, что глаза девушки наполнились слезами, Роман громыхнул кулаком по столу, Натали притихла, но обиженно надула губы.
Обстановку разрядили подарки, что Олег вручил Натали и Пете. Даже для Дианы в его "кейсе" нашелся презент - флакончик немецких духов. Утаил только припасенную для Романа бутылку шотландского виски, из опасения, что она будет тут же конфискована хозяйкой дома.
14
После ужина мужчины снова вышли в сад, где Олег передал свояку виски, что привело того в восторг. Он потащил Олега в беседку, где припрятал початую бутылку коньяка, металлические стопки, миску, наполненную малосольными огурчиками, помидорами, румяными ломтиками ветчины.