Очарованный, околдованный, или Темная Фея для дракона (СИ)

— Ну и хорошо, — сказала я, кивнув, — не он.
Я встала и потянулась, внимательно осмотрела драконицу, которая все еще задумчиво смотрела перед собой, что-то обдумывая. Чёрной пелены возле нее больше не было. Я принюхалась, и пахло уже нормально, горьким кофе и немного мятой. Жить будет, постановила и потихоньку вышла из комнаты. Рядом с дверью стояли служанки с растерянными взглядами:
— Идите, помогите госпоже одеться и принесите ей еды.
Девушки разделилась, чтобы выполнить поручения.
Валентайн еще был в нашей комнате, правда, уже одетый и собранный.
— Пойду готовить караван к отъезду, — сказал он мне, когда я вошла, — Как там Сакара?
— Жить будет, — я усмехнулась.
— Ты больше не ревнуешь меня к ней? — серьезный взгляд синих глаз меня удивил.
— Я не ревновала, — нахмурилась, — не люблю делиться. И люблю, когда обещания выполняются.
Его губы смягчила улыбка, преображая моего дракона в притягательного и обворожительного мужчину. Сделал два шага ко мне, притянул к себе, впиваясь в губы крышесносным поцелуем, он сейчас доиграется и опять останется без одежды. Нехотя оторвался от меня:
— Мне нравится, что ты считаешь меня только своим, Ассамар, но не забывай, что ты тоже только моя, — отпустил меня и ушел, аккуратно прикрыв дверь, и что спрашивается это сейчас было. Фея внутри довольно хихикает, влюбляется он в нас, влюбляется. Я выдохнула и покачала головой. Я боялась привязываться, фея страшилась опять потерять того, кто дорог, но как бы мы обе ни противились дракон занимает в нашем сердце свой немаленький кусок пространства.
И опять дорога, только теперь я не сижу в душной карете, а скачу на своем бесе во весь опор. Так, приятно, когда ветер в лицо, когда чувствуешь мощь зверя под собой и понимаешь, что это не предел его возможностей. Если бы строгий наказ дракона не уезжать дальше ста метров от каравана, я бы разогналась, а так приходится ходить кругами вокруг, а иногда просто ехать рядом с каретой и выводить из себя Сакару. Девушка вдруг решила, что она тоже не хочет сидеть в карете, и просила себе лошадь, но поздно, мы уже уехали из города, а в деревушках, которые мы проезжали лошадей не продавали. Она страдала, выглядывая в окно, изнывая от духоты кареты, и даже просила у меня покататься на бесе.
Моя зверюга была против. Бесов когда-то создали феи, были тут светлые создания, единороги, правда назывались по-другому, а когда драконы и феи схлестнулись в битвах, на основе единорогов были созданы бесы. После того как в Шароте не осталось фей, бесы одичали и доставляли немалые проблемы драконам. Магии они не боялись, а перед их бронебойной шкурой пасовали даже зубы драконов. Бесы выбирали себе хозяина раз и на всю жизнь и носить другого седока отказывались. На каждую просьбу Сакары, покататься, бес выдавал мне картинку, как он кусает бедную драконицу за задницу.
В поездке Сакара очень изменилась, мы не стали лучшими подругами, все время препирались, такой уж у нее характер не исправишь, но она перестала домогаться Валентайна, и периодически впадала в ступор. Смотрела вперед невидящим взглядом, улыбалась сама себе, вздыхая, как влюбленная дурочка. Видимо я своим откровением об истинном в ее мозгах что-то существенно сломала, ну или, наоборот, на место поставила. А еще, теперь частенько ее можно было увидеть с небольшой книжечкой в кожаном переплёте, куда она чуть ли не высунув язык, что-то все время записывала. Никак мемуары пишет. Валентайн удивлялся переменам в кузине и даже как-то вечером озадаченно спросил, что я такое сказала Сакаре, что она так изменилась. Я не стал скрывать от мужа правду.
— Истинного я ей предсказала, вот и все обьяснение.
— И кто же он?
— Я откуда знаю, но думаю, по описанию Сакара поняла, кто он, — задумалась я.
— Можешь повторить, мне даже интересно, — мы как раз собирались спать и Валентайн укладывался рядом, подгребая меня к себе под бок. Привыкает дракон, чтобы я рядом была, даже ночью, стоит откатиться, рукой по постели шарит. Я повторила описание, и Валентайн замер, дыша мне в макушку, я уже думала, что он заснул, но дракон просто вспоминал:
 
— Если судить по знаку, — сказал он, — это клан Шайеров, но их давно всех истребили, сильный был клан, но упрямства в них больше, чем в тебе любовь моя.
— Почему их уничтожили?
— Я не знаю, помню это было еще тогда, когда мы были детьми с нами… — Валентайн вдруг замолчал, потом усмехнулся, — это будет интересно, — сказал он. В детстве с нами играл наследник главы клана, замки наши были рядом с границей. Светловолосый был, зеленоглазый, все, как ты сказала. Удивительно, если он выжил. Я помню Сакара, всегда его донимала, а он не раз пытался оторвать ей голову, — Валентайн расхохотался, — Ассамар, их пару будет интересно наблюдать, если мы доживем… истиной связи невозможно противится.
На ночевки мы редко когда заходили в деревни, предпочитая разбивать лагерь где-нибудь в лесах. Валентайн опасался, что посёлках могут быть нападения, и мы можем пострадать. Если поверить в то, что нападают только на поселения, то в какой-то мере он был прав, эгоистичный, но верный способ доехать до поместья в полном составе.
Доставлял хлопот Тассий, который не давал прохода Тае, я чувствовала, что скоро она не выдержит и сдастся, потому твердо повторяла ей, как мантру. Сначала жениться, потом постель, нет, браслета на руке, нет Таи в постели дракона. Тассий подозревал кто мешает ему уложить истинную в постель, и был груб со мной, из-за чего получил от Валентайна хороших тумаков. Правда, происходило это на утренней тренировке и в обликах драконов. Мне нравилось наблюдать за тренировками, что в человеческих, что в драконьих телах. Я сама вспомнила, как лучше обезвредить противника, когда какой блок ставить, постепенно память феи просыпалась в голове все быстрее и быстрее.
— Не смей открывать пасть на Ассамар, Тассий, не посмотрю, что ты мой родственник, оторву крылья, — черный дракон рычал на красного, прижав того лапой за шею. И невдомек им, что феи их рычание понимают.
— Мамочки, — прижала к лицу ручки Тая, — он же его убьет, — жалко ей, видите ли, паршивца, а нефиг на меня рычать.
Я с умилением смотрела на черного дракона и счастливо улыбалась, защищает, так приятно. И фее внутри приятно, я могла сама приструнить красного, но вовремя подумала, что перед истинной не нужно опускать его ниже плинтуса, пострадает гордость драконья, а мне вечный враг ни к чему. Драконы, как и феи, существа злопамятные.
Но путешествие имеет свойство заканчиваться. Скорость у нас была хорошая, и мы даже опережали график, который составил Валентайн, в начале пути, отмечая наш путь по карте.
Земли поместья была запущены, но уже не пустынны, а еще у меня жутко чесалась спина, там откуда появляются крылья, и просто до зубовного скрежета хотелось летать.
  
Глава 16
 
Поместье со стороны тянуло на настоящий замок. Словно испуганный кролик, он скрывался в зелени огромных деревьев, от которых очень слабо фонило фейской магией. Почему кролик? Так был он серый цветом, с двумя зауженными кверху башнями, а посередине узкий черный вход с невысоким крыльцом, самый настоящий кролик издалека. Конечно, с каждыми шагом замок разрастался вширь и высь, переставая походить на кролика, но пахло от него страхом и еще чем-то странным, отчего моя фея затихла и перестала ехидно комментировать все, что видела.
Наш караван растянулся, и я постаралась объезжать его по окружности, внимательно осматривая кусты и замечая полную разруху хозяйственных построек и неухоженный парк.
— Ассамар, ты что-нибудь чувствуешь? — серьезно спросил Валентайн, когда я поехала рядом с ним. Я покачала головой, но потом ответила:
— Страх, я чувствую страх и фейскую магию, — тут же уверилась в своих ощущениях. Бес всхрапнул и затряс головой, потом остановился. Я прислушалась к его мыслям, не хочет идти дальше, я успокоила его, что все будет хорошо, не дам в обиду своего красавчика. Бес недовольно клацнул зубами и опять пошел вперед, нагоняя Валентайна.