Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Ренау приблизился. Хозяин жестом повторил свое приглашение садиться.
— Красивая женщина, а? Красивая женщина! У вашего фюрера неплохой вкус! — заметил хозяин и протянул Ренау иллюстрированный журнал, на обложке которого была изображена немецкая киноактриса Ева Браун. — Вы любите красивых женщин, господин Ренау? — И не дожидаясь ответа, сам ответил за него: — Да, конечно, любите. Ведь вы, немцы, сентиментальный народ, и каждый из вас при виде первой встречной Маргариты готов стать Фаустом. Но, впрочем, — и он впервые поднял глаза на Ренау, — вы сами довольно красивый мужчина, поэтому вернее будет предположить, что женщины любят вас? Так, Ренау?
Ренау улыбнулся вместо ответа.
— Ну вот, — продолжал хозяин, — после того мы выяснили, что любите вы, я хочу коротко объяснить, []что люблю я. Как все истинные коммерсанты или бизнесмены — это более точное слово, — я люблю деньги. Надо делать деньги, а уж деньги тебе дадут и Маргариту, и доктора Фауста. Вы разделяете мою точку зрения?
— В определенной мере.
— В какой?
— В большой мере, — ответил Ренау. — Я тоже в свое время имел отношение к коммерции, был неплохим коммивояжером и даже готовился стать пайщиком фирмы, производящей швейные машины.
— Ну, коммивояжером теперь для вас, насколько я понимаю, это слишком мелко, а пайщиком и акционером моей фирмы вы сможете стать, если сами проявите известные способности и товар, который вы внесете в качестве пая, будет в достаточной степени доброкачественным. Вас устраивает такой вариант?
— Да, — ответил Ренау, — и за товар я могу поручиться.
— Люблю людей, которые понимают меня с полуслова. Впрочем, я так и предполагал, что вы меня сразу поймете. Мне вас рекомендовали как смышленого малого, и поэтому я решил потратить на знакомство с вами свое и без того ограниченное время. Кстати, я вам не представился — меня зовут Арчибальд Кинг. Близкие друзья называют меня короче — Арчи, и еще король; ведь Кинг — это король. Может быть, когда-нибудь и вы сможете меня так называть, это будет зависеть от вас. Вы хотите задать мне какие-нибудь вопросы?
— Нет. Я приехал получить приказания.
— Послушайте, мой мальчик, вы мне определенно нравитесь! Я сам в такой ситуации не смог бы лучше ответить. Нам следует отметить наше знакомство, оно, кажется, будет приятным. — Кинг, не вставая с места, протянул руку к дверце стоявшего рядом низенького шкафчика, извлек оттуда пару высоких фужеров, бутылку виски и сифон с содовой водой. Отмерив дозы, он составил смесь и предложил своему собеседнику один из фужеров.
— Ваше здоровье, мистер Кинг, — поднял Ренау свой фужер и залпом осушил его.
— Благодарю вас, — ответил Кинг. — А теперь будем[]считать, что знакомство состоялось, и приступим к делу. Что мне от вас нужно, дорогой Ренау? — продолжал Кинг. — Вы, как мне известно, располагаете неплохой сетью агентов, — которых вы сохранили или не сохранили, что пока неизвестно, так как война идет пять лет, — в разных европейских странах и в Советском Союзе. Вашу картотеку вы нам уступите по сходной цене, и об этом мы договоримся особо. У нас еще будет много бесед и много встреч, а сейчас меня интересует вот что. Я имею честь состоять акционером нескольких солидных компаний, которые интересуются нефтью и всем, что из нефти производится везде, во всех уголках этого полушария, которое ждет хозяйской твердой руки. И оно, это старое глупое и отсталое полушарие, получит эту твердую руку. Но это, так сказать, большие задачи. А мы сейчас с вами не на заседании сената и не на банкете конгрессменов. Поэтому перейдем к маленькому, но вполне конкретному делу. Нам нужно уже сегодня в числе прочих адресов направить свою группу далеко-далеко, на мирный юг Советского Союза, в город Советабад, находящийся на берегу Хазарского моря. Что вы можете мне предложить?
Ренау на минуту задумался, а потом спросил:
— А что вас могло бы устроить?
— Прежде всего люди с безупречными биографиями и безупречным знанием русского языка, разумеется, абсолютно дисциплинированные и готовые выполнить задание в любое время, при любых обстоятельствах. С ними будет мой человек. Для него вам придется достать подходящие документы, но не старье и не фальшивки: русские бдительны, и их не проведешь; нужны подлинные безупречные документы. Я думаю, что для начала в Советабаде нам следует иметь человека два-три. Осмотрятся, устроятся, завяжут связи… В общем, не мне вас учить. Вы, кажется, немолодой специалист по русским делам.
Ренау наклонил голову.
— Вы не спрашиваете об условиях? Впрочем, хорошо делаете, что не спрашиваете, — продолжал Кинг. — Долларов мы жалеть не будем. На наши нужды мы располагаем неограниченными средствами, такими, какие и не снились вашему крохобору Гиммлеру, считавшему каждую марку. Так кого же вы можете мне предложить?
— Я могу предложить вам русского агента, украинца по национальности Миколу Нечипуренко, сына кулака, убившего в свое время какого-то советского деятеля и бежавшего в Польшу. Мы подобрали его в Польше. Он хорошо служил нам, окончил нашу разведывательную школу, силен, груб, хорошо владеет аккордеоном и всеми средствами радиосвязи. Ради денег готов на все. Есть у него еще одна симпатичная черта — он не любит применять оружия.
— Это интересно, — заметил Кинг. — А если нужно?
— Один удар ребром руки наотмашь — и трехлетнее деревцо переламывается надвое.
— Занятно, — заметил Кинг. — Дальше.
— Эрна Юстус — литовка, безупречно говорит по-русски. Дочь владельца крупного магазина в Вильнюсе, ревностная католичка. Кроме бога, любит и слушается только меня.
— Красива? — заинтересовался Кинг.
— Страшна, как смертный грех, — ответил Ренау. — Красива другая, агент № 18, Луиза Дидрих, бывшая уголовница, помесь немца с русской. Вам, господин Кинг, нравятся киноактрисы, так вот она похожа на нашу Марину Рокк, только выше ростом.
— О! Вы мне ее покажете? — спросил Кинг.
— Пожалуйста, — ответил Ренау.
— Ну, хорошо, при случае, когда она сделает все, что нужно, вы ее привезете в Штаты.
— Как угодно, господин Кинг,
— Еще кто?
— Мой ближайший помощник обер-лейтенант Роберт Фоттхерт. Но его лучше держать здесь, в Германии, или в других европейских странах. Он прилично владеет русским языком, но у него неистребимый прусский акцент.
— Не надо, — отрезал Кинг. — А впрочем, трое ваших и один мой — это уже больше чем достаточно для начала. Мы назовем условно эту группу словом «Октан», так будет удобно для деловых разговоров. Все задание по Советабаду определим названием «Береговая операция». Кстати, о резиденте группы, что вы думаете на сей счет, господин Ренау?
— А разве не ваш человек будет? — спросил Ренау.
— Нет, нет, — перебил его Кинг. — Нашему нужно будет устроиться шофером. А когда дело дойдет до серьезных операций, нужно, чтобы у нас был человек, который сможет не только ездить по различным адресам, но жить и действовать в нужном нам адресе. Кто из ваших подойдет для этой цели?
— Эрна Юстус, — ответил не задумываясь Ренау.
— По каким признакам? — спросил Кинг.
— Некрасива, молчалива, умна, скромна и бесстрастна.
— Да что она у вас — монахиня? — спросил Кинг.
— Именно «монахиней» значится у меня этот агент номер тринадцать.
— Отлично, пусть будет монахиня, — согласился Кинг. — С моим я вас сейчас познакомлю.
Кинг нажал сонетку, болтавшуюся под торшером, и приказал прислать Боба.
В гостиную вошел невысокий, рыжеватый, но на вид совсем молодой человек.
— Иди сюда, Боб, — подозвал его Кинг. — Знакомься, это господин Людвиг фон Ренау. Он поможет тебе осуществить заветную мечту твоего детства и даже, чтобы твое путешествие было приятным, познакомит тебя с обаятельной фрейлейн, похожей на Марику Рокк. Бобу очень нравится Советабад, — пояснил Кинг Ренау. — Он был там во время войны со своим патроном полковником Шервудом. Они везли через этот город оружие, снаряжение и продовольствие для советских солдат, чтобы те могли быстрее вас разгромить. Кроме того, Боб мечтает пожить в Советабаде — это родина его матери. Ведь верно, Боб?