Место под солнцем (СИ)

- И он тебя инициировал, - нетерпеливо сказал Донат.
- Нет. Ты торопишься… нет. Он просто спросил, может ли надеяться, что я сохраню его тайну – и всё пошло как раньше. Хотя теперь я многое понимал: и почему он предпочитает спать днём, и почему ест так мало и всегда в одиночестве, и платит такие огромные деньги за редкие специи… Теперь я понимаю ещё лучше – он только начинал ощущать вкус, и, как и все мы поначалу, предпочитал пряное и острое. И почему он никогда не пьянеет, сколько бы ни выпил, и почему столь успешен в бою, и почему так не любит носить доспехи, хотя бы кольчугу: так больше была вероятность, что никто просто не заметит быстро затянувшихся ран, - и почему так не любит заходить в чужие дома… И я старался помочь ему скрыть свою сущность – как мог.
- Ты время нарочно тянешь? – спросил Донат, когда Мар замолчал. – Нас уже сожгут скоро, а ты в воспоминания ударился.
- Ещё часа три, - утешил его Мар. – Я, собственно, уже почти всё рассказал… С того момента я начал понимать, насколько он одинок. Он не мог завести семью, не мог родить сына… не мог даже по-настоящему открыться кому-то. Герцог рассказывал мне, что он не особенно любит собратьев, да и опасно было нам в то время общаться друг с другом – слишком велика была вероятность, что вампир просто отдаст тебя Святой церкви, случись вам не поделить что-либо. И я стал уговаривать его на свою инициацию.
- Долго уговаривал? – с незлой насмешкой спросил Донат.
- Почти три года, - отозвался Мар. - Думаю, так и не уговорил бы – помогла дуэль. Мне очень не повезло, и меня принесли домой умирать. Я и умер… но не до конца, - он усмехнулся, на сей раз довольно печально. – Позже герцог мне сказал, что готов был немедленно меня убить, если я, очнувшись, пойму, что ошибался и на самом деле не хочу такой жизни. Но я был просто счастлив, несмотря на все, что потерял.
- Какая романтика, - сыронизировал Донат. – В общем, я что-то такое и предполагал – правда, я думал, что там была какая-то дама… но в целом на тебя похоже. Однако всё это, безусловно, очень трогательно, но на мой вопрос не отвечает никак. За что ты нас не любишь?
- Ошибаешься, - возразил Мар. – Хотя, пожалуй, это можно было бы рассказать и короче. Но видишь ли… я рассказывал эту историю лишь раз, и сейчас всё это вспоминается несколько сумбурно. Я постараюсь побыстрее. Так прошло двенадцать лет – а потом его убили. Вампиры – но я до сих пор так и не выяснил, кто и зачем, - он помолчал. – Их было четверо… они нашли нас днём. Я спал, конечно, а д… герцог не смог с ними справиться. Четверо против одного – это много, даже для сильного вампира.
- Сколько ему было на тот момент?
- Ему? Лет двести пятьдесят. Я никогда не спрашивал его ни о чём, а сам он почти ничего о себе не рассказывал.
- Почему, интересно, они оставили в живых тебя? – задумчиво проговорил Донат.
- Сам не знаю. Скорее всего, они не думали, что выживу… я был слишком юн, чтобы просто уснуть, будучи лишённым крови, и они, по-видимому, это знали. Смерть от голода – не самая простая.
- Смерть от голода? – Донат даже подался вперёд, но цепь его остановила. – А что они с тобой сделали?
- Замуровали в стену, - равнодушно сказал Мар. – А его приковали на верхней площадке полуразрушенного монастыря, в котором мы остановились переждать день, и оставили так сгорать.
- Двести пятьдесят лет? Это не так-то просто…
- Не так, - эхом отозвался Мар. – Было лето… солнечное жаркое лето. Я засыпал днём, но он продолжал кричать и ночами. Я бы умер там, если бы не слышал его крики… и не надеялся успеть.
- Но не успел.
- Нет. Не успел. Когда я сумел расшатать камни, от него не осталось даже скелета – лишь пепел и обрывки одежды.
- И украшения, - меланхолично добавил Донат.
- Нет. Их они забрали. Я пытался отыскать их… но так и не сумел.
- Украшения?
Возникла небольшая пауза, после которой они оба расхохотались.
- Ты прав. Я слишком драматизирую, - признал Мар, вставая – цепь звякнула и натянулась, заставляя его снова сесть.
 
- Откровенно говоря, да, - согласился с ним Донат. - Учитывая, во-первых, сколько с тех пор прошло времени, а во-вторых, нынешние обстоятельства. Итак, ты хочешь сказать, что четыреста с лишним лет разыскивал ту четвёрку?
- Да, - спокойно признал Мар. – Поэтому и не жил в Городе… сперва потому, что знал, что не справлюсь с ними, если столкнусь случайно, а потом… потом просто привык жить с людьми. Я не люблю Город и не люблю вампиров.
- Ты любишь людей, - фыркнул Донат. Звякнула резко натянувшаяся цепь, послышалось что-то вроде глухого рычания. – Говорят, ты им всё отдаёшь – и прощаешь им неблагодарность.
Мар напрягся, и его цепь звякнула.
- Осторожнее, - предупредил он.
- Или что? – насмешливо поинтересовался Донат. – Что ты сделаешь?
- Я бы не хотел, чтобы последним делом в этой жизни стала наша ссора, - ответил Мар.
- Я просто понять хочу, - отозвался Донат. – Что ты в них нашёл? Вампиры разве получаются не из людей? Но нас ты не прощаешь – а я слышал, что людям случалось предавать тебя, однако…
- Закрой рот, - глуховато проговорил Мар.
- Заставь меня, - насмешливо предложил Донат. – Я сейчас впервые выступаю в роли человека – в том смысле, что ты сейчас мне наверняка ничего не сделаешь. И я хочу понять, почему ты позволяешь им обращаться с тобой как со слугой.
- Донат, - предостерегающе прорычал Мар.
- Всё равно мы сгорим скоро, - отмахнулся тот. – Меня этот вопрос мучает почти что с самого нашего знакомства. Почему? Когда мы встретились, ты был едва живой – я был уверен, что ты отомстишь. Следил за ними. Ждал. Но нет – ты всё спустил им с рук. Считаешь себя хуже их?
- Донат! – цепь Мара звякнула.
- Я не понимаю, - продолжил Донат. – Как будто ты им что-то должен. Или словно ты и вправду полагаешь, что они особенные. Знаешь, я встречал таких вампиров, но не думал, что ты из них. И что о тебя любой из них может ноги вытереть.
- Закрой рот! – рявкнул Мар.
- Заставь меня! – издевательски предложил Донат, устраиваясь поудобнее у стены и продолжая свои рассуждения в том же духе.
Цепь загрохотала как безумная, заглушая тихое шипение, издаваемое вампиром от ярости и боли, которую причиняли ему, касались открытой кожи, посеребрённые наручники.
- Да что ты сходишь с ума? – пренебрежительно бросил Донат. - Вот не думал я, что человечки могут вызвать у вампира такую бурю эмоций. Зря ты так дёргаешься, никто ещё…
Окончание этой фразы застряло у него в горле, потому что, хотя с цепью, удерживающей Мара, так ничего и не случилось, зато не выдержал камень, в который она была вмонтирована – и началась короткая, но очень бурная драка.
- Басту! – наконец сумел выдавить из себя Донат. – Стой!
Как ни странно, тот послушно замер, впрочем, хватку не разжав.
- Я предупреждал тебя, - начал он, но тот досадливо перебил:
- Ты не хочешь теперь мне помочь? Раз сам вырвался.
Мар мотнул головой, будто оглушённый, а потом спросил:
- Так ты доводил меня нарочно?
- Угу, – Донат ухмыльнулся. – Ты сильнее… у тебя был шанс. Нужно было только стимул отыскать – и я справился. Впрочем, с тобой это несложно… Ну так как?
- Я всегда подозревал, что ты хитрец, - сказал Мар, обматывая волочащуюся за ним цепь вокруг талии. – Хотя смысла в этом никакого нет – из башни нам не выбраться – но мне нравится мысль не сгореть, а умереть в бою. Во всяком случае, мы их точно удивим. - Он схватился за цепь Доната и, скомандовав: - На счёт «три», - с силой рванул её на себя.
Выдернуть цепь Мар сумел отнюдь не сразу, но в конце концов и здесь камень поддался, и вампиры отлетели к противоположенной стене.
 
- Заодно оружие, - довольно заявил Донат, тоже оборачивая цепь вокруг себя.
- На самом деле это вправду не имеет никакого смысла, - сказал Мар. – Их будет слишком много, мы их всех не перебьём. Но даже если вдруг нам повезёт – что дальше? Куда нам деться дальше? На нас объявят охоту