Место под солнцем (СИ)

- Ты меня утешаешь? – с ласковым удивлением оборвал его Амени. – Не стоит, Себастьян. Ты поставил меня на место – и это правильно. Хотя и, должен признать, неприятно. Но ты имеешь право, - он улыбнулся. – Хотя бы потому, что, как оказалось, когда-то рискнул собой ради совершенно неизвестного тебе вампира. Я-то всегда полагал, что ты знал, кому оказываешь услугу…
- Нет, - покачал головой Мар, с прочти неприличным вниманием разглядывая Амени. – Я был совсем молод… да какой «молод» – мне было…
- Семь. От момента инициации. Я запомнил. Совсем дитя, - улыбнулся Амени. – Я тогда очень надеялся, что ты успеешь снять с меня хотя бы часть цепей до того, как займётся рассвет. Потому что одному мне с ними было бы не справиться, а ты с его началом неминуемо уснул бы, пусть даже прямо верхом – а потом сгорел. Но обошлось… Ты что же, никому не рассказал о случившемся? Хотя бы просто бахвальства ради?
- Нет! – Мар рассмеялся. – Я еле успел домой до рассвета – и упал спать, кажется, едва ли не на пороге. А когда проснулся – мой… меня так отругали за безответственность и неосторожность, что я не стал ни о чём рассказывать. Наверное, я подозревал, что в этом случае мне достанется ещё больше… Влезть в такую историю неизвестно из-за кого и едва не погибнуть – это вряд ли ему бы понравилось, - закончил он очень тихо.
- Ему – это? – вопросительно произнёс Амени. – Тому, кто тебя инициировал?
- Да. Теперь это уже не важно.
- Ты, значит, так ничего ему и не рассказал. Анн, полагаю, имя бы опознал.
Бриан дёрнулся:
- Ты… откуда ты… откуда ты знаешь, о ком я говорю?
- Я всегда знаю, кто инициировал того, с кем говорю. Его кровь в тебе – навсегда. В принципе, я могу проследить всю цепочку: в тех, кого обратил ты, и в их потомстве, и в его детях, и так до бесконечности всё равно сохраняется кровь того, кто создал тебя.
- Ты знал его? – очень тихо спросил Бриан.
- Я и теперь его знаю, - пожал плечами Амени.
- Ты… ты ошибся, - с облегчением выдохнул Люк. – Это не он.
- Анн д’Алэ. Верно?
Мар замер – только губы растянулись в жутковатой улыбке, да внезапно расширившиеся зрачки сделали его глаза совершенно чёрными.
- Он мёртв, - глухо проговорил Мар. – И очень давно.
- Разве? – спокойно спросил Амени, внимательно его разглядывая. – Я так не думаю… во всяком случае, я об этом не слышал. Когда и как он умер?
- Его… казнили. Сожгли, - с видимым трудом выговорил Мар.
- В самом деле? Когда же?
- Давно… очень давно. Оставим это, довольно! – резко сказал Мар, скривившись, как от боли.
- Ты ошибаешься, Себастьян, - покачал головой Амени. – Я, правда, не видел его в этот раз – но лет полтораста назад он был ещё вполне себе жив… если, конечно, можно считать вампиров живыми.
- Нет… нет, нет! – замотал головой, не обращая внимания на резкую боль, Мар. – Ты ошибаешься… это невозможно! Нет!
- Я никогда не ошибаюсь, мальчик, - мягко возразил Амени, касаясь его запястья. – Не в таких случаях.
- Он мёртв, - упрямо повторил Мар. – Мёртв!
- Ты видел его смерть?
- Да! – выкрикнул Мар. Повисло молчание, прерванное негромким:
- Нет.
- Я... слышал, - прерывисто выдохнув, отозвался Мар. – Я слышал, как он горел. Я видел его пепел.
- Пепел у всех одинаков, - возразил Амени, глядя на него с сожалением. – Расскажи мне подробно, что случилось.
  
Глава 28
 
- Мне очень жаль, мальчик, - сказал Амени, выслушав несколько сбивчивый рассказ Мара. – Тебя разыграли.
Бриан молчал, отвернувшись и глядя в одну точку – и не замечая, что его пальцы комкают и разрывают край простыни.
- Не знаю, почему Анн поступил так, - продолжил Амени, - не знаю, кто были те вампиры. Я знаю лишь, что если он умер, то вовсе не тогда. Я встречал его позже, Себастьян. Много позже.
- У него не было причин поступать так со мной, - тихо проговорил Мар.
- Конечно, были, - возразил Амени. - Вампиры нечасто действуют без причин. Ты просто их не знаешь – вот и всё.
- Не знаю, - эхом откликнулся Мар. Амени посмотрел на него с грустью, встал – и ушёл, так ничего больше и не сказав.
 
Мар же некоторое время сидел, глядя в одну точку и твердя себе, что в том, что он сейчас узнал, на самом деле вовсе нет ничего ужасного. Что, в конце концов, произошло? Его даже не убили – просто предали. Д’Алэ неоткуда было знать, что это предательство так сильно повлияет на дальнейшую жизнь Мара. Впрочем, может быть, его это даже и не волновало… теперь Мар мог это предположить.
Но почему? Должна же быть какая-то причина?
Он потёр лицо руками и, прижав к нему ладони, замер так на несколько секунд. Затем опустил руки и, наконец-то, огляделся. И почему-то даже не удивился, обнаружив, что находится в собственной спальне. Если Амени и в самом деле был Древнейшим, тем, кто создал этот город, легко было предположить, что он мог войти к любому его обитателю.
Встав – и не обращая внимания на довольно сильную головную боль – Мар отыскал в шкафу халат, оделся и отправился на поиски своего странного гостя. Тот обнаружился в гостиной: сидел в кресле и листал один из альбомов по искусству Северного Возрождения, то и дело внося какие-то пометки в файл на маленьком серебристом ноутбуке.
- Я хочу увидеть его, - сказал Мар.
- Твоего бывшего сюзерена? – Амени прекратил печатать и потянулся, разминая, видимо, уставшие спину и плечи.
- Он не бывший, - прикусив нижнюю губу, возразил Мар, останавливаясь на пороге и облокачиваясь о дверной косяк.
- И то верно… хотя бы это нужно исправить, - подумав, кивнул Амени. – Что же… попробую его отыскать. Думаю, Аргел справится с этим лучше… я попрошу его.
- Не надо, - Мар нахмурился. – Если так – то не нужно. Я его сам найду.
- Найдёшь, - опять кивнул Амени. – Конечно, найдёшь… дети всегда находят отца.
- Я не его сын, - болезненно поморщился Мар, входя в комнату и садясь напротив Амени на диван.
- Это как сказать, - возразил Амени и спросил: – Кто такие родители? Те, что дают жизнь. Он дал тебе эту жизнь – по сути, он твой отец… Для любого вампира можно отследить цепочку тех, кого обратили обращённые ими – и для считать отцом того, с кого всё началось. Или матерью.
- Как в семьях и кланах? – спросил Мар.
- Как в семьях и кланах, - кивнул Амени. – Люди – даже неживые – всё равно, как это теперь говорят, социальны. Им свойственно сбиваться в стаи… вероятно, это в их природе. И это та одна причина, по которой сама мысль о выборах главы Города неприемлема и порочна, - неожиданно сказал Амени. – Стоит позволить такое – начнётся борьба, закулисная или явная, не важно. И я хорошо представляю, чем она обязательно кончится. Поэтому такого не будет.
- Покуда ты жив, - утвердительно проговорил Мар.
- Покуда жив как минимум один их нас, - поправил его Амени. – Для этого, правда, придётся заменить часть Совета – туда попало слишком много тех, кому там вовсе не место. Впрочем, я сам виноват, - баз малейшего намёка на раскаяние заметил он. – Однако мы с тобой отвлеклись. Ты хочешь отыскать д’Алэ? Для чего?
- Хочу узнать, почему он так поступил со мной, - тихо сказал Мар.
- Брось, - поморщился Амени. – Прежде подумай, как всё это будет выглядеть: спустя четыре с половиной столетья являться и спрашивать: почему ты предал меня тогда? Себастьян, это смешно.
- Пусть смешно, - упрямо возразил Мар. – Мне всё равно.
- Тебе всё равно, - внимательно посмотрев на него, кивнул Амени. – Правда. Ну что ж, это отличное качество… я отыщу его для тебя. А ты обещай подумать, стоит ли всё же самому задавать вопросы.
 
- Я хочу знать.
- Узнавать можно по-разному, - Амени вдруг отвлёкся и забегал пальцами по клавиатуре. – У тебя есть я, помнишь? – спросил он после некоторой паузы, отключая и закрывая ноутбук.
- Ты сделал бы это для меня? – с некоторым недоверием спросил Мар.
- Почему нет? – удивился Амени. – Я сделал бы куда больше… я уже говорил тебе: моя жизнь стоит дорого. Очень. Намного, намного дороже, чем, к примеру, твоя. Так что мне с тобой ещё расплачиваться и расплачиваться! – он рассмеялся.