Венсеремос! (СИ)
Глава 17 — Веселенькое Рождество
Высокий голубоглазый блондин назвал пароль от Моссада, назвался Марком и уселся в кресло напротив.
— Вы не похожи на еврея, — сразу решил развеять свое недоумение Вася.
— Я из литваков, у нас много таких, — гость махнул хозяину и показал два пальца.
На стол небольшой забегаловки на выезде из Кочабамбы почти мгновенно опустились две чашки с кофе, мелодично звякнув ложечками.
— Хорошо, тогда к делу.
— Вы знаете, кто такой Йозеф Менгеле? — чуть наклонил голову Марк. — Он был в переданных нам списках.
— Да, врач Аушвица.
— Несколько лет назад у нас была возможность…ммм… изъять его, но ввиду более приоритетной цели…
— Я в курсе, — спокойно кивнул Вася. — Эйхман.
— Да, Эйхман. Тогда Менгеле бежал в Бразилию, его следы потерялись, пока мы не получили ваш список. Мы нашли его, он время от времени наезжает в Аргентину и Парагвай, но мы никак не могли установить время поездок. А сейчас мы точно знаем, когда и где его искать.
— Прекрасно, Марк, а мы-то вам зачем?
— Дело в том, что наци собирают на Рождество нечто вроде съезда в Сан-Карлос-де-Барилоче…
— Это почти на границе с Чили, я не путаю?
— Да, там постоянно живут несколько человек из вашего списка, плюс приедут Менгеле, Мюллер и Кучман.
— И вы хотите прихлопнуть их всех разом, но у вас не хватает сил? — въехал Вася.
— Именно так. Вы же не любите наци?
— Не люблю, но сейчас перед нами стоят другие задачи. Поэтому задам сакраментальный вопрос — а что мы с этого будем иметь?
— Оружие, инструктора? — предложил Марк.
— Нет, спасибо, своего хватает. А вот… сможете пролоббировать кредиты на строительство промышленных предприятий?
— Ого! — Марк откинулся на спинку и на пару секунд замолчал. — В Америке точно да.
— Кроме Америки. Германия, Франция, Швейцария, Голландия, Япония…
Моссадовец задумался.
Нацисты в Аргентине сразу после Второй мировой устроились весьма неплохо, не в последнюю очередь благодаря заботам президента Перона. Кое-кто даже попал на государственную службу, делиться ценным опытом, прочие заделались бизнесменами или трудились на незаметных должностях, но человек десять из списка проживали в Барилоче. Почему там? Уж больно на Альпы похоже, благодать, чистый курорт на озере Заггута, только называется озеро Науэль-Уапи. Даже горные лыжи и альпийские шале есть, плюс туристы из Европы в количестве, легко можно чувствовать себя дома, в Германии или Австрии.
Вася проглядел списки Марка: Эрих Прибке, массовые расстрелы в Италии, а ныне директор школы; Эдвард Рошман, комендант Рижского гетто, уважаемый лесоторговец; Шваммбергер, комендант гетто Перемышля, служит портье… Гости — ангел смерти Менгеле, убийца львовских евреев Кучман, командир айнзацкоманды Мюллер… Славная компания, действительно здорово накрыть эту сволочь разом.
— А с чего вдруг они решили собраться?
— Обстановка, — коротко ответил Марк.
В Аргентине уже несколько месяцев шли стачки и студенческие выступления. Причем перонистский профсоюз CGT с подачи самого Перона не объявлял всеобщую забастовку, а поднимал по одному городу. Остановили работу в Кордобе, тут же подтянулись студенты местного университета, власть блокирована, город по примеру шахтеров Оруро объявлен «свободной зоной». Правительство генерала Онгания посылает войска на усмирение, как только они прибывают — местные сворачивают движуху и расходятся, но через день все начинается уже в Росарио, Байя-Бланка или Мендосе. И так по кругу, заставляя армию играть в «пятый угол», при растущей угрозе левого переворота. Да и партизаны расширяли свои действия на юг вдоль Анд и уже добрались до соседнего с Барилоче департамента Неукен.
Надо полагать, что фашисты занервничали и решили подстелить соломки, отработать пути ухода…
— Нам известно, что уже проложена «крысиная тропа» через перевалы в Чили…
— В таком возрасте? — уж в хождении по горам Вася понимал побольше прочих.
— Там невысоко, максимум полтора километра, весь переход километров двадцать, из них подъем и спуск с перевала не больше трех.
Касик приподнял бровь — насколько он помнил карту, расстояния там существенно больше, но Марк объяснил что маршрут идет по озеру на моторной яхте «Rivadavia», потом по горам и финальная часть тоже по воде от устья Рио-Пеуйя. Мда, вон тебе лодка, вон тебе Чили, там под горочку, даже не вспотеют. Хорошо придумали, стервецы.
— Сколько их будет?
— Человек двадцать максимум.
— Сколько у нас времени?
— Съезд через неделю.
Вася аж присвистнул:
— Нам нужно минимум два дня определиться.
— Хорошо, за два дня и я смогу ответить по кредитам.
В планирование боевой операции штаб включился с упоением — давненько они не брали в руки шашек, все политика да политика. Если евреи впишутся в гарантии кредитов, то почему бы не помочь хорошим людям и не выпилить людей плохих?
Но как, если в городе живет двадцать пять тысяч человек и расквартирован целый горнопехотный батальон? На прочесывание никаких сил не хватит.
— А нам и не надо прочесывать, — ткнул в карту Че. — Они сами к нам в руки придут.
— В смысле???
— Ну у них же есть путь отхода, значит, нам остается только сделать так, чтобы они им воспользовались. А там, на чилийской стороне выставить заслон. Есть данные по тропе?
Вася доложил полученную от Марка информацию.
— Ба! — обрадовался Че. — Знакомые места!
— Откуда? — удивился было Вася, но вспомнил, что Гевара аргентинец.
Однако, все оказалось куда лучше.
— Мы как раз там с Альберто путешествовали на мотоцикле в пятьдесят втором. Только немножко иначе, вот так, — Че показал свой маршрут на карте. — До Блеста на паромчике, потом проехали до соседнего озера, тоже переправились, а оттуда дорога идет уже на чилийский пост, как его… а, вот он, Пасо Перес Росалес. Но они пойдут северней, так?
«Немецкий» маршрут действительно шел иначе — двойная пересадка сильно съедала время, да и светиться на погранпереходе так себе идея.
— Ну а дальше, — Че вел карандашом, — путь один, долина Пеуйи, до озера Всех Святых и снова паром, правда, хреновенький, мы там с Альберто чуть не потонули.
Логистику просчитали быстро — сколько людей, джипов и пулеметов можно стянуть к Барилоче к назначенному сроку, сколько миристов перебросить на чилийскую сторону границы, как организовать связь, где добыть тяжелый грузовик… И ускорили подготовку, когда Марк подтвердил кредиты — в европейские посольства Кубы, Перу и Боливии передали гарантийные письма от весьма серьезных людей из финансового мира.
Утром 25 декабря Кржемидловский с пассажирами приземлился на полосу малюсенького, всего на три отельчика, горного курорта у реки Пеуйя. Он и еще один самолет Servicio Andino de Comunicaciones Rapidas привезли шестерых людей Марка, а десяток миристов добирался на перекладных, автомобилями и паромом через озеро Всех Святых. А вот Вася и Марк, как настоящие генералы, прибыли на вертолете — предприятие Болеслава стремительно развивалось и наращивало авиапарк, бравый летчик подумывал о том, чтобы выкупить свой «Скайтрейн» обратно…
Первым делом развернули радиостанцию и едва успели — в назначенное время запищал вызов и на связь вышла атакующая группа в Барилоче. Рикардо, аргентинец при советнике Хоакине, выдвинул свои невеликие силы к горнолыжному курорту, перерезал телеграфные и телефонные провода и доложил о готовности.
Вася переглянулся с Марком и махнул радисту — в эфир ушла кодовая фраза, поздравление с Рождеством. Через пять минут радист повторил ее, а еще через десять получил ответ — тоже кодированную благодарность.
Все, теперь нужно двигаться самим.
Летние горы буйно зеленели, неслась по камням хрустальная вода и Васе совершенно не хотелось, чтобы в мире были какие-то фашисты… Марк, похоже, испытывал такие же чувства, но радио из Аргентины подтвердило начало акции. После быстрого завтрака командиры распределили обязанности и отдали приказ выдвигаться, но случилась заминка. Кто из чилийцев ляпнул Кржемидловскому «Мы идем убивать фашистов», неясно, но летчик вцепился в Васю с требованием взять с собой и дать оружие. Никакие аргументы, что он нужен как пилот и не дай бог что случится, не действовали, Марк даже в сердцах выругался psa krew.