Венсеремос! (СИ)

Вася прошелся вдоль ряда трупов, четверых раненых и нескольких солдат, которых вязали другие солдаты точно в такой же форме.
— Н-да, хрен бы мы выжили, будь вместо них мои люди. Искай бы нас передушил ночью, как кроликов.
— А можно заполучить этого Иская на полгодика? — вдруг спросил Торрихос, успевший раскурить сигару, но так и оставшийся в оранжевой пижаме и шлепанцах. — Я думал о создании специального подразделения, но не хочу, чтобы его обучали американцы.
Вася не успел ответить — по гравию дорожки прокатились шины джипа, скрипнули тормоза и на землю спрыгнул невысокий широколицый офицер:
— Мой генерал!
— Майор Норьега, вы вовремя. Какова обстановка?
— В столице путч, во главе член хунты полковник Фабрегас и начальник генштаба полковник Сильвера! — отрапортовал майор, не переставая косить глазом на Васю. — Мои солдаты в вашем распоряжении, генерал!
Боевой адреналин сгорел, Васю накрыл отходняк. Он машинально помог медикам, уложил убитых левака и пулеметчика и сел чистить винтовку. Краем уха он слышал, как генерал обзванивал командующих в провинциях, раздавал приказы и поднимал сторонников.
Примерно через час Торрихос, уже в форме и похожей на ковбойскую шляпе, с пистолетом на боку оторвался от телефона и закинул за спину автомат:
— Мы выступаем на Панаму.
Колонна из десятка грузовиков вырулила на Трансамериканское шоссе и тронулась на восток. Вася ехал с генералом в джипе Норьеги, сам майор пересел в пикап. Первоначальные опасения, что сил недостаточно для подавления мятежа, начали улетучиваться уже через час — в Толе к колонне присоединился пехотный батальон. Еще через час, в Саньтяго-де-Верагуа — второй. Там же в марш на столицу влились и грузовики с гражданскими — крестьянами, молодежью, рабочими, сжимавшими охотничьи ружья и чуть ли не косы.
И чем дальше на восток продвигался генерал, тем больше росло число идущих с ним людей. Неудивительно — Торрихос всего за год наконец-то раскочегарил аграрную реформу, дал людям землю, затеял программу здравоохранения, ввел минимальную зарплату на заводах и фабриках и предпринял еще кучу вполне социалистических мер.
По всем четырем, включая встречные, рядам Панамериканского шоссе двигалась грандиозная колонна, в которую вливались все новые и новые отряды панамцев из провинций Верагуас, Эррера, Кокле, Панама. Как потом восторженно писали журналисты, на подходе к столице сторонников генерала набралось до ста тысяч, а редкие знамена летчиков, полиции, моряков и национальной гвардии просто терялись среди сотен и тысяч национальных флагов. Генерал вошел в город, как триумфатор — при наглухо закрытых воротах американских баз.
Вася улетал на следующий день.
В пустынном аэропорту (почти все авиакомпании на всякий случай отменили рейсы) Васе на глаза попался магазинчик с сувениркой, он зашел выбрать что-нибудь для Исабель и Уаски, но замер, увидев футболку, с которой вдаль сурово и печально смотрел Че Гевара. Ну вот, а Фидель еще сомневался — продажи в Германии и Японии пошли на ура, вот и в Панаму добрались.
На выходе касик чуть не столкнулся с генералом, Торрихос выкроил время проводить президента Хунты революционной координации, несмотря на безумную занятость.
— Что с заговорщиками?
— Арестованы, дали показания, есть свидетельства причастности ЦРУ.
— Вы их расстреляете?
— Нет, вышлем, я же говорил, что не люблю насилия.
Они дошли до пустого бизнес-зала и уселись в кожаные кресла, сигара в руках Торрихоса возникла словно из воздуха, щелкнула гильотинка, зашипела зажигалка и вверх потекли первые клубы табачного дыма.
— Ваше предложение о выборах, я полагаю их преждевременными.
— Вчера и позавчера вы могли убедиться, что главная ваша сила — люди, поддержка снизу. Дайте им возможность самим решать свои проблемы и ваши реформы станут необратимы.
— Я надеюсь сделать их такими до того, как меня убьют.
— И все-таки подумайте насчет низовых выборов. Ваши коллеги в Боливии и Перу их провели. К тому же, вы знаете доктрину Че — нет партизанской войне, там где есть хоть минимальная демократия.
 
— Пакт? Я провожу выборы, левые меня поддерживают?
— Можно сформулировать и так.
Вошла перуанская стюардесса и жестом пригласила на посадку.
— И поговорите с Веласко, — придержал вставшего Васю генерал. — Я хочу устроить военную школу, такую же, как военная академия у него. Мне нужны советники.
— Хорошо. Но вы помните, что главное не получить перуанских, боливийских или каких угодно еще советников, а выпереть этих умников из Корпуса Мира, Всемирного банка и Агентства по экономическому развитию?
— Panama si, yankee no! — Торрихос дружески хлопнул касика по плечу.
 Глава 20 — Не отдадим родных Мальвин! 
Сеньор Торрелио о выступлении депутата исландского альтинга господина Оулавюра Йоуханнесона не узнал по одной простой причине — аргентинская пресса об этом ничегошеньки не написала. А даже если бы и написала, то сеньор Максимо, как его теперь величали соседи, вряд ли бы решил, что проблемы маленького северного государства имеют хоть какое-либо отношение к нему, к его закусочной и к перспективам ее превращения в ресторанчик.
Он бы просто похлопал себя по округлившемуся брюшку и презрительно бросил:
— Рыба! Скользкая и мерзкая! Фу! Здесь, в Аргентине, важно только мясо — асадо, матамбре или, на худой конец, альбондигас!
И сильно бы ошибся.
Потому что господин депутат альтинга говорил не просто о рыбе, а о треске, о тресочке, о трескулечке, вернее, о том, что Исландии пора расширить экономическую зону с двенадцати до пятидесяти миль.
В отличие от Аргентины, эта новость взбудоражила Великобританию — оппозиция Ее Величества немедленно подала запрос в парламенте на тему, что намерено предпринять правительство Гарольда Вильсона. Но демарш обнаглевших скандинавов оказался еще цветочками, ягодки вылезли, когда в Северную Атлантику вломилась 7-я оперативная эскадра, усиленная ракетными кораблями и частью сил Северного и Балтийского флотов ВМФ СССР под общим названием «Учения «Океан». Тут уж правительство Ее Величества отделаться посылкой парочки фрегатов не могло никак — на кону стояли выборы, а успехи лейбористов были так себе. Пришлось раскочегаривать все авианосцы — «Игл», «Арк Рояль» и даже сильно устаревший «Гермес» и гнать на север чуть ли не весь Хоум Флит.
В районе учений вообще начался сумасшедший дом — англичане следили за русскими, русские за англичанами, туда же вперлись союзники по НАТО — пара крупных кораблей американцев, мелочь от бельгийцев, голландцев и скандинавов… Даже «Бешеный Хельги» Халльдварссон вывел из Рейкьявика свою лоханку «Тор». Неудивительно, что в этом бедламе неизбежные на море случайности пошли косяком.
О столкновении советского эскадренного миноносца «Бывалый» с «Арк Роялем» аргентинская пресса написала с нескрываемым злорадством, особенно о том, что упертые русские на кораблике раз в пятнадцать меньше по водоизмещению заставили-таки авианосец свернуть с курса! А уж как ржали над английским капитаном, который сперва выпрыгивал из штанов с сигналом «Уматывай! Уматывай!» и только потом спохватился и дал команду переложить руль!
Но поздно — «Бывалый» долбанул англичанина в скулу.
И хоть помяли корабли друг друга слегка, но оба покинули зону маневров для ремонта.
Торрелио всего лишь проглядел заголовок и не стал даже читать саму новость, поскольку никак не мог знать об ажиотаже, который она вызовет среди командования аргентинского флота. Адмирал Гнави и начальник морского генерального штаба вице-адмирал Кихада буквально прибежали в президентский дворец с требованием срочно! вотпрямщаз! немедленно! приказать кораблям и десанту двинутся к Мальвинам.
На Мальвинские острова, именуемые богопротивными англичанами Фолклендскими, давно зарились аргентинские военные и тем более моряки, а тут такая везуха! В строю Armada de la Republica два авианосца — новенький «25-е мая» и старенький однотипный «Индепенденсия» — а Великобритания в самом худшем случае сможет выставить лишь один, для «Гермеса» Южная Атлантика слишком далека. Но даже «Игл» появится здесь только если Советы свернут учения — но русские наоборот, усиливают свою группировку новыми кораблями!