Змеелов. Книга вторая (СИ)
При этом наш «добрый вождь» в нелепом желании «установить порядок» никогда не отказывал просьбам руководителей с мест увеличить им лимит на убийства. Например, в ответ на телеграмму из Кирова, где бесповоротно глупо просили дополнительно расстрелять еще 300 человек, «отец народов» от души предложил сразу 500!
В этой же канве и здесь действовали.
Так, главным чекистом Туркмении было собрано все греческое население Ашхабада, все сорок пять человек, за исключением малолетних детей, но включая подростков, и как потенциальные граждане страны представителя Малой Антанты, с другим членом которой — Финляндией сейчас идет жестокая война, все они были обвинены в подготовке вооруженного восстания. И захвата власти в Ашхабаде.
А поскольку арест сопровождался многодневными избиениями в застенках, а в финале арестованного привозили на место казни, заставляли смотреть на казнь других узников и говорили «теперь твоя очередь» — то как правило, все хором подписывали признательные показания. Подбадриваемые уколами раскаленного шила. И попутно оговаривая множество своих друзей и просто знакомых.
В финале картина выглядела так: все греки, 45 человек поголовно, в том числе старики и подростки, дружно покупают в магазине «Динамо» охотничье мелкокалиберное оружие, затем быстренько атакуют милицию, уничтожают ее, добывают более серьезное оружие, после нападают на армейскую дивизию, расквартированную в Ашхабаде и окрестностях, разгоняют ее, разгоняют другие воинские части и спец части НКВД, свергают советскую власть в городе и республике в целом. И вуа-ля греки призывают войска Антанты! Спуская с цепи собак войны! Все эти удивительные показания зафиксированы официально, под протокол.
Я, конечно, прекрасно понимаю, что в столичном городе особистам работать более комфортно, чем по пескам гоняться за басмачами, но не в такой же степени!
Ситуация достигла апогея, когда после греков под эту же сурдинку чекисты импульсивно взялись за местных казахов. А на севере Туркмении их проживало до тысячи человек. Из которых 800 были арестованы и осуждены. Мол, они — те же турки. Как и туркмены. Но арестовать всех туркменов в республике при всем желании не получалось, поэтому аборигенов сильно не трогали.
От длинных рук НКВД не спасал даже дипломатический иммунитет. Так, в качестве превентивных мер, часто арестовывались работники афганских и персидских консульств и подвергались пыткам. Так выбивались признания и добывались новости и полезная информация.
При этом английские резиденты с багровыми лицами, чувствующие себя в Ашхабаде как дома, старательно обходились чекистами стороной. За версту. А как же — «белые люди, высшая раса». Вот такое вот проявление звериного фашизма и расизма со стороны представителей советской власти.
Чувствовалась, что «работа» доставляет Борщову буквально садистское наслаждение. Он радовался как испорченный ребенок ножу хирурга. Не знаю, правильно ли я сделал, что полез в эту опасную игру. Засветился по полной. Как бы меня ненароком, как таракана, выползшего на свет, не раздавили. Боюсь я сам не могу ответить на этот вопрос. Но отступать уже поздно. Назвался груздем — полезай в кузов.
Но пока и здесь тоже все прошло гладко. После вручения моего подарка. Мне было обещано, что на базе жуткой тюрьмы в пустыне, под названием «Рохи Сафед» — Белый песок, будет организована «шарашка», которой и поручат мою разработку. НКВД обеспечит шарашку штатом: учеными, «технарями», квалифицированными рабочими, для опытных производств. Я же передал туда свои эскизы, техзадания и наработки.
Правда, все это выглядело несколько сложновато, особенно для здешних мест. Не уверен, что из этого выйдет какой-либо толк. Все же у нас не старые университетский центры вроде Москвы и Ленинграда, откуда у нас здесь ученые? Особенно среди заключенных?
Как я уже упоминал, тут был такой тотальный дефицит грамотных людей, что даже ссыльнопоселенцев, которых в Сибири использовали только в качестве разнорабочих, у нас вынуждены были продвигать на мелкие руководящие должности. Требующие высокой квалификации. А куда деваться? Да и никакой кузницы кадров пролетариата в Туркмении не имелось. Ёклмн, хоть из России нужных специалистов выписывай, за бешеные деньги.
В целом скажу, что с близкое знакомство с главными руководителями республики оставило у меня в душе неприятный осадок. От которого было нелегко избавиться…
Машина с нквдешниками доставила меня в гостиницу уж около десяти часов вечера. Я сразу поспешил сообщить Байрамову, что тоже закончил все дела и еду завтра с ними. Что было удобно, так как они отправлялись рано утром, чтобы провести в пути весь световой день, а ждать бы они меня не стали. А так и обратно я поеду с ними.
Чуть свет мы тронулись в путь. Что ждет меня впереди? Выдержу ли я предстоящие жизненные невзгоды? Не знаю…