Непокорная жена повелителя иллюзий (СИ)

— Про-о-ости, Брендон! Пощади нас, умоляю! — выл толстяк, приплясывая в кресле.
Его кузина, напротив, проявляла удивительное спокойствие. Лишь бескровные губы слегка подрагивали на бледном лице. Леди де Клермон даже хватило сил одарить чудом воскресшего кузена презрительным взглядом. Такая сила воли даже у меня вызвало некоторое уважение, несмотря на то, что я, мягко говоря, не испытывала к родственникам Арундела теплых чувств.
— Мама была права… Она всегда говорила, что ты — дьявол воплоти, — процедила Гертруда, пятясь назад.
Тем временем пламя разгоралось все ярче. Огонь вспыхнул, ослепив на мгновение. Гарольд заорал, и я вместе с ним.
— Твоя матушка была сама доброта, — шипел Брендон, приближаясь к девушке — Ты, дорогая Герти, безусловно, пошла в нее…
— Не смей говорить о моей матери, чудовище!
— Ты сама ее упомянула.
— Мама всегда говорила, что замок и титул должен был достаться нашему отцу, а не тебе! Даже дедушка тебя ненавидел. Ты — исчадие ада! Мерзость, родившаяся в нашей семье. Видано ли дело, чтобы человек мог отделить свою душу от тела? Такое могут вытворять только демоны.
Сиятельный граф Арундел помрачнел и остановился. Ладонь сжалась в кулак — вспыхнули тяжелые портьеры.
— Ты знала, что я жив. Поэтому торопилась с погребением… Как. Ты. Могла?!
— Неправда! Я… я… не знала. Не знала! — всхлипнула несчастная, затравленно оглядываясь по сторонам в поисках выхода.
Кольцо огня сжималось вокруг, отрезая пути отступления.
— За что вы так ненавидите меня? Что я вам сделал? Чем помешал?
Первым сдался кузен — видимо, нервы не выдержали.
— Бренд, это не я! Слышишь? Это все она! Она! — дрожащий палец указал на девушку, — Гертруда твердила, что мы больше достойны наследства Арунделов, чем ты. Мы — законные наследники всего состояния.
Граф, обернувшись на подпрыгивающего в кресле кузена, усмехнулся.
— Состояние Арунделов? Занятно… От нашего глубоко презирающего меня дедули я получил одни долги! Заложенные земли, груды старых камней, гордо именуемые «замком» и пустые счета!
— Не смей наговаривать на покойного деда, — темные глаза Гертруды наполнились яростью, хотя еще мгновение назад в них читался лишь страх перед огнем и взбесившимся графом, — Он был достойным, уважаемым человеком! В отличие от тебя…
— Очень достойным, — неожиданно согласился Брендон — Как и твоя добрейшая матушка.
— Опять паясничаешь! Мерзавец.
— Ваш… простите, наш, достойный, всеми уважаемый дед проиграл все семейные деньги в карты. Он оставил мне в наследство долги, которые я выплачивал много лет. Даже кругленькую сумму твоего, кузина, приданного, я заработал сам.
— Ты — адское отродье!
— Продолжай, Герти.
— Ты… ты… что ты творишь?
Пламя растекалось смертоносными ручейками по почерневшему паркету.
— Я? Отдаю долги. Как и всегда.
Я все еще нерешительно топталась на последней ступеньке, издали наблюдая за недружелюбной беседой родственников. И хотя я всецело была на стороне графа, и гнев его считала праведным, но позволить испепелить живых людей я не могла. Даже таких не симпатичных, как кузены его сиятельства.
  
Глава 6
 
Огненное кольцо сомкнулась вокруг дрожащей от страха молодой женщины. Кто-то закричал.
Кажется, это была я.
Хотелось бежать. Далеко, подальше от пламени, несущего боль и смерть.
Трусливый шаг назад, глубокий вдох.
— Не надо, Брендон!
Не сразу поняла, что назвала его по имени.
Странный взгляд графа Арундела. Мужчина хмурится, а я шепчу пересохшими губами, чтобы он прекратил.
— Изабель… не нужно смотреть.
Кивнула, словно заводная кукла.
Да. Не буду на это смотреть.
Развернулась и побежала со всех ног во тьму узкого коридора. Несколько мгновений я слышала только свое дыхание и чувствовала лишь гулкий стук бешено колотящегося сердца. Я стремглав неслась туда, где располагалась кухня. Память не подвела и вскоре я уже была на месте. В этот раз решила не здороваться со служанкой, виделись же.
— Мисс?
 
— Воды, — пропыхтела я, оглядываясь по сторонам.
— Может, чаю? — женщина удивленно уставилась на меня.
Отрицательно покачала головой. Взгляд уткнулся в ведро с водой и очистками.
То, что нужно!
— Мисс?!
Ох! Какое… тяжелое.
Ладони ныли от нелегкой ноши, но это ерунда, по сравнению с ураганом, бушевавшим в душе. Не то, чтобы я жалела, о том, что помогла Арунделу, но можно же было как-то более деликатно решить вопрос с местью? Например, пауков в постель подсыпать или еще чего… Но жечь заживо — это уж слишком.
Добравшись до холла, оросилась к попавшей в огненную западню Гертруде и, собрав последние силы, выплеснула содержимое ведра. От неожиданности все смолкли. Даже Гарольд замер в своем кресле и уставился на нас.
— Изабель…
Пламя, что терзало тяжелые портьеры и пожирало голодным зверем паркет, испарилось. Словно и не было.
— Что… что… это? — первой ожила Гертруда.
Она с трудом могла говорить. Струйки воды бодро стекали по ее волосам, на ухе покачивалась шкурка от яблока.
— Где огонь? — достопочтенный лорд Гарольд словно мальчишка спрыгнул на совершенно целый паркет и даже топнул ногой, проверяя сохранность досок.
— Так это была иллюзия, — ахнула я, когда неожиданная догадка мелькнула в голове.
— Очень качественная иллюзия, прошу заметить, — обиделся граф Арундел.
Вот я дуреха… Он просто хотел напугать своих кузенов. А я поверила… попалась на удочку. Впрочем, не я одна. Вон как трясутся поджилки у Гарольда, а его сестра бьется в истерике, пытаясь смахнуть с лица намокшие пряди волос.
— Марч, проводи леди и лорда Арундел до экипажа, — произнес Брендон.
В дверном проеме появился мажордом. Он осторожно заглянул внутрь, а затем ушел, чтобы через несколько минут появиться с тростью и плащом. Пока его не было, в холле царила звенящая тишина.
— Мы должны забрать свои вещи, — жалобно произнес Гарольд.
— Я пришлю их вам.
— Но…
— Что-то еще?
— Нет, — пискнул кузен и попятился назад.
Гарольд решил не спорить, и я его не виню. Кто знает, может граф все же умеет превращать иллюзорный огонь в настоящий?
— Я это так просто не оставлю! — Гертруда, вцепившись в мокрые юбки, сыпала проклятиями, обещая кузену небесную кару.
— Марч.
— Да, милорд?
Возле хозяина материализовался дворецкий.
— Проследи, чтобы они убрались отсюда.
— Будет сделано.
Мажордом поклонился и поспешил исполнить приказ, а я занервничала, так как сейчас все внимание его сиятельства сосредоточилось на мне.
— Так что мне с вами делать, Изабель?
Взгляд синих глаз почему-то был уже не такой дружелюбный, как раньше.
А я, между прочим, ему жизнь спасла. А он…
Ну, подумаешь, решила спасти кузенов, и испортила весь спектакль. Я все приняла за чистую монету, и между прочим, если бы так оно и было — спасла бы графа от смерти второй раз, потому как виселица за убийство родственников ему бы грозила.
— Я ведь велел вам стоять и ждать, — вкрадчиво проговорил Брендон, подходя ближе, — Где же покорность, достойная добродетельной супруги?
Нет, ну вы только посмотрите на него! Мог бы предупредить хотя бы, так нет! Его сиятельство, видите ли, оттачивали свое мастерство на провинившихся родственниках! И пускай они заслужили свою долю наказания — я-то тут при чем?
— Там же, где и сама «добродетельная супруга», граф Арундел. В ваших мечтах, — парировала я, сжимая в ладони деревянную ручку пустого ведра.
— Осторожно, Изабель… Вы ведь уже убедились в том, что я умею превращать фантазии в реальность?
 
— Это всего лишь иллюзия, — фыркнула я. — Так каждый мужчина умеет. Ну… не столь буквально, конечно. Но все равно! Пускать пыль в глаза вы все мастаки.
— И много вы сталкивались с такими… «мастаками»?