Непокорная жена повелителя иллюзий (СИ)

— Я старалась соответствовать… — синие глаза потемнели, едва маг опустил взгляд на мои губы, — Платье, белье… все…
Брендон на мгновение застыл, а затем сглотнул и резко отстранился.
— Что, и платье не понравилось?
А вот это уже наглость — наряд чудесный. Тоже мне, нашелся ценитель моды…
— Боюсь, правды ты не оценишь.
— Ну, уж нет, говори, — горячо зашептала я.
— Платье красивое, но я бы предпочел увидеть тебя без него.
Вот так просто, с совершенно невинным видом можно огорошить человека, да так, что он лишится дара речи. И я лишилась! Но ненадолго. Способность к красноречию вернулась через пару секунд.
— Как насчет справедливости, Изабель, — лукавый взгляд и обжигающее прикосновение к моей руке, мимолетное движение ладонью по оголенному плечу. — Ты уже видела меня обнаженным, могу я… рассчитывать на сатисфакцию?
— А еще, я уронила тебе на голову яблоко.
— Я не об этом…
— Я тоже…
Мы молча смотрели друг на друга — долго, пронзительно. В глубине его глаз костром желания пылала страсть, а я…
Что же чувствовала я?
Приподнялась на цыпочках и потянулась к его губам — плевать, что вокруг толпа гостей, любопытные взгляды…
Музыка стихла, разговоры смолкли — воцарилась тишина.
— Церемония начинается, — выдохнула я с явным сожалением.
Бренд кивнул и стиснул мою руку, не позволяя отойти на безопасное расстояние. Пришлось в спешном порядке переключить внимание на резную арку, увитую розовыми пионами. Под ней стоял принц Киаран. Довольно высокий молодой человек, даже по местным меркам. Длинные волосы, перевязанные кожаным жгутом, серебристой змеей спускались по спине. Белый камзол, щедро украшенный вышивкой, идеально сидел на безупречной фигуре. Надо признать, принц оказался настоящим красавцем. Можно смело радоваться за нашу принцессу — надеясь, что столь же прекрасна и душа избранника.
Его матушка, королева Дамнэйт, расположилась чуть поодаль от придворных, под пологом импровизированного шатра, надежно защищающего ее величество от солнца. На потускневших волосах благородной леди сияла витиеватая диадема из серого металла, по статной фигуре струилось шелковое платье с необычным декором — серебряная вышивка в виде сложенных крыльев накрывала плечи.
— Сейчас увидим кое-что интересное! — за спиной послышался голос Монфора.
— Хоть бы намекнули, к чему готовиться, — обернулась я к пожилому лорду.
— Да, барон, вы умеете заинтриговать, — хихикнула одна из дам, раскрывая веер — Ах, какая жара в этой Найлирии, поскорей бы разделаться с официальной частью помолвки и отправиться в прохладные залы дворца.
Я вовсе не разделяла ее мнения, но в полемику вступать не стала, разглядывая лица гостей в ожидании появления принцессы Линель. И вдруг… С противоположной стороны, прямо напротив нас стоял…
— Это же…
— Райдер, я вижу.
Почувствовала, как маг сильнее стискивает мою руку. Я знала, что лорд Айтэн Райдер покинул берега Аверлении раньше нас. Его миссия закончилась, и найлириец вернулся на родину. Сердце наполнилось тревогой. Я верила Брендону, и если он считает, что Райдер причастен к происшествию на корабле — значит, так оно и было.
— Вы знаете лорда Райдера? — удивленно переспросил Монфор, — Ах, да. Вы наверняка встречались в Аверлении. Давненько я его при дворе не видел, а его очаровательную сестру и подавно.
Колючий, неприветливый взгляд Райдера царапал битым стеклом, что же касается юной девушки рядом с ним, то она, напротив, выглядела счастливой. Изящная, хрупкая, младшая сестра была невероятно похожа на своего брата.
— Леди Айтэ. После смерти родителей Райдер стал ее официальным опекуном, и так вжился в роль, что запрещает бедняжке выходить в свет, — делился местными сплетнями барон, — Айтэ еще год назад достигла брачного возраста, все ждали ее появления осенью, на первом балу, открывающем сезон, но Райдер воспротивился. Поговаривают, он сжег все приглашения и сам перестал выходить в свет Тем удивительнее наблюдать сегодня брата и сестру вместе на королевской помолвке.
 
Айтэ… красивое имя, и невероятно идет этой юной леди. Она словно распустившаяся роза, свежа и хороша собой. Уже не ребенок, но еще и не женщина. Прелестное создание. Пухлые розовые губки изогнулись в веселой улыбке, обнажая ряд жемчужных зубов. Райдер наклонился к ней и смех, похожий на перелив колокольчика, растаял. Айтэ покорно опустила голову.
Вот же… гад. А я еще с ним танцевала…
Тогда это казалось чем-то волшебным — первый бал, исполнение мечты… Сейчас же хотелось поскорее забыть об этом.
И чего он так злится на бедняжку? Вон как побледнела вся, осунулась, явно же что-то грубое ей сказал. Мерзавец…
Наконец появилась принцесса, и я тут же позабыла о Райдере. Бледно-зеленое платье волнам шифона спускалось вниз, заканчиваясь каскадом длинного шлейфа. Волосы девушки были распущены, ни одной шпильки или украшения, только блики от солнечных лучей, струящиеся по густым локонам.
Линель остановилась под аркой. Все присутствующие замерли, когда над ее головой появилось ярко-голубое мерцание. Ее высочество, безусловно волновалась, но ни одним жестом не выдала терзавшего смятения. Свечение между тем усилилось, яркая вспышка и свет распались на огоньки. Крошечные точки, цвета морозного неба заискрились, превращаясь в бутоны цветов. Тишину пронзила тихая песня. Сперва еле слышные, девичьи голоса становились громче с каждой секундой. Цветы медленно кружились в воздухе, сливаясь в танце с мелодией невидимого хора.
Секунда… другая… мир вокруг замирает, голубые бутоны растут, становясь просто огромными, раскрывают сверкающие лепестки и опадают вниз. С земли уже поднимаются не цветы, а девушки невиданной красоты. Полупрозрачные одежды не в силах скрыть наготу совершенных тел.
— Лесные нимфы! — восклицает кто-то с придыханием.
Так вот они какие, эти волшебные создания! От очарования и восхищения перехватывает дух. Девы берутся за руки, пускаясь в хоровод вокруг принцессы. Они танцуют под волшебные звуки зачарованной песни. Одна из нимф останавливается, в руках у нее появляется венок из лилий, которым она украшает голову Линель. Принцесса счастливо улыбается, и я вместе с ней. Момент поистине завораживающий, но неожиданно все меняется. Цветы в венке вянут, чернеют нежные лепестки, нимфы плачут, заламывая руки! Совершенные тела растворяются в воздухе — лишь еле заметная голубая дымка напоминает о чуде.
— Так и должно быть? — ошарашенно спросила я, повернувшись к барону Монфору.
— Тридцать лет назад все было куда веселее, — прошептал он, побледнев.
  
Глава 19
 
От ее улыбки теплело на душе — словно прикосновение солнечного луча к озябшей коже. Ему хотелось тянуться к этому свету, согреться самому и согреть ее — если ей хорошо — то ему и подавно, только бы видеть радость в голубых льдинках глаз, слышать мелодию родного голоса. Быть рядом, зарыться лицом в русые волосы, вдохнуть аромат роз… Всего этого мучительно хотелось — сердце, сжимаясь, вздрагивало, мучаясь от тоски.
Он знал, как Изабель любила розы. Однажды не удержался, положил на ее подушку цветок. Уже на следующий вечер от возлюбленной явился ответ — жена на цыпочках прокралась в его спальню и оставила на одеяле яблоко — она знала, как он их любил.
— Изабель? — тень беспокойства глубокой морщинкой пролегла между бровей.
После фиаско на королевской помолвке всем было не по себе. Что это было: знак, дурное предзнаменование? Лесные духи всем женщинам рода давали свое благословение — ритуал, которому следовали на протяжении нескольких веков. Но возможно, дело в том, что Линель не принадлежит к королевскому роду Найлирии? Слабое утешение для перепуганной принцессы. Но девчонка молодец, держится с достоинством, несмотря на юный возраст. Из Линель выйдет хорошая супруга правителя.
 
— Надеюсь, это не означает, что они не смогут пожениться? — прошептала Изабель на ухо Брендону.