О вампире

Джеймс выглянул в окно, закусив губу. – Откуда ты знаешь?
– Она ест, Джеймс, – заметила Холли. – Старые бессмертные, которые не связаны браком, теряют интерес к пище и вновь обретают его, когда встречают возможного спутника жизни. За все время моего пребывания в Южной Калифорнии Джиа ни разу не ела. Но она ест с тех пор, как ты проснулся после обращения.
– Я этого не знал, – признался он. – Я имею в виду, что до этого она ничего не ела.
Холли пожала плечами. – Это так...
– Ну и что? – спросил он.
– Значит, ты хочешь развестись со мной. – Это был не вопрос.
– Как ты…
– Почему же еще ты хочешь поговорить со мной наедине? – сухо перебила она, стараясь не закатывать глаза. Честно говоря, мужчины считали женщин такими тупицами.
Джеймс внимательно посмотрел на нее неуверенно, а затем спросил: – Ты расстроена?
– Как ни странно, нет, – призналась Холли со слабой улыбкой и покачала головой в некотором замешательстве. – Я поняла, что происходит, как только она положила в рот первый кусок. Я слушала, как вы смеетесь и шутите. Я даже видела, как вы смотрели друг на друга, и все ждала, что почувствую ревность, хотя бы самую малость. Но этого так и не произошло, и тогда я поняла ...
– Что, хотя ты и любишь меня, но не так, как Джастина, – с пониманием предположил Джеймс.
– Она рассказала тебе о нем? – спросила Холли.
Джеймс кивнул. – Она не выдала никаких секретов, Холли. Но она сказала мне, почему Джастин обратил тебя. Она также сказала мне, что ты твердо решила быть верной своим брачным клятвам. Я ценю это, – добавил он. – И я тоже ... в основном.
Ее брови поползли вверх. – В основном?
– Я никогда не прикасался к ней, – быстро сказал он, а потом поморщился и добавил: – Не тогда, когда не спал.
– А, общие сны, – весело сказала Холли. – Довольно мощная штука, а?
– У тебя с Джастином? – спросил он с удивлением, и она поняла, что Джиа не выдала никаких секретов.
– Да, они у меня тоже были, – только и сказала она.
Джеймс помолчал с минуту, а потом сказал: – Они – довольно мощная штука.
– Давай, говори, – настаивала Холли.
– Что? – осторожно спросил он.
– Что у нас никогда не было и половины страсти тех снов. То, что у нас было, было больше похоже ...
– Любовь и привязанность между братьями и сестрами, – сказал он, когда она заколебалась.
Она кивнула. – Полагаю, это не должно нас удивлять, поскольку мы выросли вместе.
– Да, но ты была самой горячей девушкой в округе, – заверил он ее.
Она усмехнулась шутливым словам, которые он часто говорил ей, и дала свой обычный ответ: – Я была единственной девушкой в округе.
– И это тоже, – согласился он и взял ее за руку. – Холли, я не хочу терять нашу дружбу. Ты был частью моей жизни, почти с самого моего рождения. Ты – моя семья.
– И всегда буду, – заверила она, нежно сжимая его руку.
– Прекрасно, – улыбнулся он с облегчением, а затем признался: – Ты восприняла это лучше, чем я ожидал. Когда Джиа сказала, что ты твердо решила придерживаться своих брачных обетов, я ...
– Я вышла за тебя по доброй воле, Джеймс, – тихо сказала она. – Я действительно люблю тебя, и если бы мы оба были смертными, то могли бы стать парой. Уютный дом, дети, совместная старость и все то, о чем мы оба мечтали, пока росли.
– Но обстоятельства изменились, – сказал он.
Холли кивнула. – Есть причина, по которой мы редактируем то, что говорим. Как только слова произнесены, их нельзя не услышать. К сожалению, то же самое можно сказать и о мыслях, если вы умеете их читать.
– Я прошу прощения за все, то, что ты, возможно, услышала, могло причинить боль, – быстро сказал Джеймс. – И действительно, эта история с Элейн…
– Даже не думай об этом, – сухо сказала Холли. – Тебе даже не нужно об этом сожалеть. Твои мысли должны быть твоими, Джеймс, а не тем, за что ты должен извиняться, – усмехнулась она и добавила: – И с Джиа они будут такими.
Джеймс кивнул, расслабился и взялся за ручку двери. – Да уж. Джиа ужасно волновалась, как ты это воспримешь. Она боится, что ты рассердишься на нее, а ты ей очень нравишься. Давай сообщим ей хорошие новости, а потом мы втроем сможем пойти поужинать и отпраздновать.
 
– Иди и скажи ей, – предложила Холли. – Я подожду здесь.
Когда он нахмурился от этого предложения, с беспокойством на лице, она указала, – Она может почувствовать себя странно, целуя тебя передо мной, и вы двое захотите поцеловаться.
– Ты права, – рассмеялся Джеймс и выскользнул из машины.
Холли посмотрела ему вслед, потом встала с переднего сиденья и пересела на заднее, оставив переднее Джиа. Потом она сидела и смотрела на дом, который они с Джеймсом купили после свадьбы. Они планировали продать дом и переехать в более просторное помещение, когда будут готовы завести детей, но это был хороший стартовый дом.
Дом внезапно расплылся перед ее глазами, и Холли моргнула, а затем подняла руку, чтобы вытереть слезы. Они были неожиданными. Она не думала, что это расстроит ее. Она действительно была счастлива за Джиа и Джеймса и ни на секунду не почувствовала ревности, что было просто неправильно. На самом деле, больше всего она чувствовала облегчение. Те две недели до аварии были невозможны. Она не могла себе представить, каково это – бороться всю жизнь. А теперь в этом не было необходимости.
И все же Холли полагала, что скорбит о том, что произошло. Сны, которые она видела, будучи миссис Джеймс Босли. А может быть, она немного плакала, потому что не была уверена в своем будущем. Она отвергала Джастина, неоднократно отвергала его. Что, если он сейчас сделает то же самое с ней? А если нет, то как она может быть уверена, что у них все получиться? До недавнего времени она была уверена, что они с Джеймсом смогут все преодолеть. С Джастином она ни в чем не была уверена.
– Piccola!
Холли удивленно огляделась, когда Джиа скользнула на заднее сиденье рядом с ней.
– Я поеду сзади с Холли, – объявила женщина.
– Ах, ты хочешь, чтобы я сидел здесь один?
Джиа прищелкнула языком. – Поезжай, Джеймс.
– Ха-ха, очень смешно, – пробормотал он, заводя мотор.
– Почему это смешно? – в замешательстве спросила Джиа.
Холли встретилась взглядом с Джеймсом в зеркале, и оба расхохотались.
Джиа только улыбнулась им и взяла Холли за руки. – Не волнуйся. Все будет хорошо. Джастин не отвергнет тебя. Он понимал и даже восхищался твоим решением соблюдать обеты. И, – добавила она твердо, когда Холли открыла рот, чтобы заговорить, – ты не должна доверять себе с Джастином. Доверяй нанотехнологиям, да? Они никогда не подведут вас. Если они думают, что вы – спутники жизни, тогда вы – спутники жизни, и вы будете работать над этим.
– Сейчас, – она сжала руку Холли и улыбнулась Джеймсу в зеркало заднего вида. – Мы поужинаем и отпразднуем ... в Канаде.
– Что? – Холли с удивлением повернулась к ней.
– Хм-м-м. Я позвонила тете Маргарет, и она настояла, чтобы мы все прибыли на ужин.
– В Канаде? – недоверчиво спросила Холли.
– Хм-м-м. Всего пять часов полета или что-то в этом роде, – заверила она ее. – И в самолете есть закуски.
– Самолет? – эхом отозвалась Холли.
Джиа кивнула. – Он должен приземлиться, когда мы доберемся до аэропорта. Люциан Аржено устроил так, чтобы он забрал нас, когда я звонила ему раньше.
Глаза Холли сузились. – А почему ты ему позвонила?
– Потому что я хочу быть счастливой, но я хочу, чтобы и ты была счастлива, – просто ответила она.
– И как полет в Канаду на ужин сделает нас обеих счастливыми? – осторожно спросила она.
– Ну... когда мы с Джеймсом наконец-то обо всем поговорили, и он решил, что должен поговорить с тобой, как только ты вернешься домой ... Я не могу праздновать и радоваться тому, что Джеймс стал моим спутником жизни, если вы с Джастином не вместе, Холли.
– Ты когда-нибудь слышала выражение «ты можешь привести лошадь к воде, но не можешь заставить ее пить»?