Развод. Капкан любви (СИ)

Потом я ощущаю запах перегара. А на столе стоит бутылка коньяка. Вот так здравствуйте. Удивляюсь я, но продолжаю молчать.
Что это? — спрашивает он и его глаза уставились на меня.
— Мой проект, — говорю спокойно.
— Ты уволена, поняла! И чтобы я больше тебя не видел. Сегодня обзвоню все агентства, чтобы тебя даже на помойку не взяли бутылки разбирать. Проваливай дура!
— Что случилось? — произношу я, смотря на его разъяренный вид.
  
Глава 18
 
Он столбенеет от моего вопроса.
И белеет еще сильнее.
Мне становится страшно. Он действительно выглядит угрожающе.
— Да что собственно случилось, — кричу я про себя. Не может быть, чтобы проект не подошел. Или что-то другое.
Мой начальник обводит меня взглядом и видно прикидывает, что со мной сделать. Я в это время сглатываю несколько раз и делаю пару шагов назад.
— Ты меня Устина за идиота считаешь? — кричит он, что мне становится не по себе, — думаешь, что самая умная. А я дурак!
Ситуация выходит из-под контроля. Я вообще не понимаю, что происходит, а он по-прежнему продолжает на меня наезжать.
Ситуация накаляется до предела.
И он швыряет мой проект об стол. Бумаги летят в разные стороны. Я смотрю, как мои усилия разлетаются по кабинету, и не понимаю почему?
Он начинает на меня дико орать.
Неприятно, страшно и просто обидно.
— Да как ты смеешь! Я тебя взял по большому блату, чтобы ты такое мне устроила!
Ор стоит невыносимый. Просто ужасный.
Я склоняю голову и просто жду, когда он пророется. На меня так никто не орал. Точно не припомню. Даже папа, который нас бросил, когда мне было четырнадцать.
— Ты просто подумай, что ты натворила, — нескончаемым потоком льются тирады.
— Да что случилось? — вырывается у меня. Я действительно не понимаю, что собственно происходит, чем я заслужила все это.
Он тяжело дышит, смотрит на меня с такой злостью, что становится страшно.
— Вон, — кричит он, видимо выдохся и больше не в состоянии на меня орать. Я просто в шоке. Глупое выражение, я его ненавижу, но по-другому не могу описать того что творится. Я стою посередине его кабинета и ничего не понимаю.
— ВОН! — орёт он, рукой указывая на дверь. Я вылетаю. Мне больше не хочется здесь находится. Одна мысль, которая преследует меня, бежать.
Я подлетаю к своему столу и собираю вещи. Правда, у меня их совсем немного, что могу кидаю в сумку.
Все смотрят на меня, вытаращив глаза. Испуг читается на их лицах. Но я не собираюсь им ничего объяснять, мое дело просто убежать, как можно дальше.
В этот момент выходит начальник и продолжает орать:
— Ты меня слышишь, чтобы даже духу не было. Убирайся ко все чертям, поняла!
Я смываюсь.
Буквально ничего не понимая. Мои руки трясутся. Я реву.
Не помню, как вылетаю из офиса.
Теперь я сижу в парке и с трудом понимаю, как сюда добралась, наверно, бежала. Яркий солнечный свет слепит мои глаза. Рядом со мной играют дети. Громко кричат, пиная мячик.
Я просто смотрю вдаль.
Странно это всё. Он прилетел такой с презентации. Ошпаренный, злой, что же там произошло. Почему он обвинил меня.
Даже ничего не мог объяснить, только одни оскорбления из него вылетали. Вообще не понимаю, за что огребла. Даже стало как-то не по себе. Если честно обидно.
Сидеть в парке, греться на солнышке и размышлять, что же на самом деле произошло, мне помешал телефонный звонок.
Звонит Ирина Сергеевна.
Может хоть она внесет ясность.
Я отвечаю и слышу привет. Её голос не злой и она не собирается на меня кричать. Уже хорошо. Прогресс за сегодняшний день.
— Что случилось Устин? — спрашивает она, и я теряюсь, — мне сейчас звонил твой начальник, орал как сумасшедший.
— Не знаю, я пришла в офис, меня вызвал начальник и начал кричать. Я так и не поняла почему.
— Ладно не переживай, с ним такое бывает. Я не хотела говорить, но он вспыльчивый.
— Ничего себе вспыльчивый, — подумала я про себя. Я бы сказала пожароопасный. Так орать на меня.
— Как проект? — спрашивает она, и я отвечаю, что не знаю, он забрал его себе.
 
Наступает молчание, видимо она обдумывает.
— Это тоже в его духе, надо было тебе сказать сразу. Впрочем, теперь ты это сама знаешь. Ладно не переживай, я у своих спрошу, что не понравилось Дашковичу, может кто-то расскажет. Ну всё, у меня совещание, я побежала.
Она кладёт трубку, я задумываюсь, смотрю вперед. Что теперь мне делать? С работы меня уволят сто процентов. После такого ора не прощают. Я больше никуда не устроюсь! Нет, мне не верилось.
Впрочем, неважно.
В этом время раздается телефонный звонок. Я думаю, что Влад. Рассматриваю на своём смартфоне незнакомый номер. Одни шестерки. Это Дашкович.
Я нажимаю кнопку вызова и готовлюсь слушать.
— Привет, — раздаётся железный голос Демида.
В этот момент вспоминаю наш с ним договор. Мне становится не по себе. Блин, спать с ним целый месяц, так ведь договаривались.
Я сжимаю зубы, и мне кажется, что все это нереально. Неужели меня можно заставить заниматься, тем, чем я не хочу.
— Ну, ты проспорила, — говорю я сама себе.
— Да, — отвечаю я в трубку. Мечтаю только об одном, чтобы он пропал.
— Устина, вам мама не говорила, что брать чужое это плохо?
  
Глава 19
 
— Стоп, — говорю сама себе. Если честно, вся эта ситуация уже вышла из-под контроля. Что вообще все это значит?
— Я ни у кого ничего не воровала, — резко отвечаю ему, и думаю что делать. Ситуация правда критическая. У меня нет работы, нет денег.
И еще я обещала … Лучше об этом не вспоминать.
— Сегодня в шесть около ресторана, где мы с тобой первый раз увиделись.
Он отключается, а я остаюсь одна, просто сижу и соображаю. Собственно думать нечего. Вариантов у меня больше нет.
Я доезжаю до дома, переодеваюсь и ещё раз прочитываю проект, который остался у меня дома в ноутбуке. Ничего необычного. Думаю, что где-то сильно накосячила.
Нет, все отлично.
Хотя, если вспомнить, как орал мой бывший шеф. Меня до сих пор трясет. Самое главное никто ничего не рассказывает. Это по мне издевательство.
Я переодеваюсь, долго рассматривая свою одежду. Не могу выбрать какое платье надеть.
Выбрала синее. Оно спокойное, мне сейчас как раз нужен такой цвет. Да и я не каждый день встречаюсь с магнатом. Хотя, если честно отдала бы многое, чтобы его не видеть.
Еду в метро и уши закладывает от шума. Напротив меня сидит девочка, что вся искрутилась и без конца спрашивает маму, когда они приедут.
Моя остановка.
Отель, где располагается ресторан, находится в самой престижной части города. Здесь очень шумно. Я стою на парковке и хочу его набрать.
Как ко мне подъезжает огромная представительская машина.
Открывается дверь и знакомый голос говорит:
— Привет, садись.
Я сажусь. Такой роскоши в машине я еще ни разу не видела. Дашкович сидит рядом, вид у него расслабленный. В этой машине он выглядит более ужасающе. Мне становится не по себе, я сижу с краешка, хотя сидение в машине огромное.
— Привет, — говорит он и, обратившись к водителю, приказывает ехать.
Машина тихо тронулась и стала набирать скорость.
— Здравствуйте, — говорю я, смотря в пол.
— Устин, — давайте уже перейдем на ты. Называй меня Демидом.
— Хорошо, — отвечаю я. Вообще я готова тебя называть как угодно лишь бы ты отстал от меня, — теперь скажи, что ты от меня хочешь?
Я поворачиваю голову и начинаю наступать. У меня вариантов нет. Меня выкинули с работы — не могу это пережить. Этот богатый нахал просто с маниакальной уверенностью хочет меня уложить в постель.
Не сдамся!
— Ты прекрасно знаешь? — отвечает он легко и смотрит на меня. Нет, раздевает меня глазами прямо в машине. Его взгляд останавливается на моей груди. Я ее непроизвольно закрываю рукой.