Развод. Капкан любви (СИ)

Раздаётся звонок, за ним второй, третий. Демид не отстаёт. Он набирает меня снова и снова. Видимо ищет.
Мне надо менять адрес. С его связями найти меня в столице не составит труда. Надо будет снять квартиру. А перед этим сообщить Ирине Сергеевне, что съезжаю.
Стоп. Лучше позвонить ей и предупредить, чтобы она меня не выдавала. Нет. Он же за мной следил и четко знает, где я живу. Он меня найдет.
Становится страшно. Мне ему нечего сказать. Опять в голове мелькают все мои оправдания и тупые рассуждения. Демид это все поднимет на смех.
— Пофиг, — говорю сама себе, пусть врывается снова в мою жизнь и поднимает все вверх дном. От этого я все равно не забеременею.
Машина тормозит около моего дома, а мое сердце колотится. Выбивает бешеный ритм. Стучит со всей силы. Выхожу из машины, набираю побольше воздуха и поднимаюсь в свою комнатенку.
Снимаю обувь, мою руки и плюхаюсь на кровать. Конечно это не его роскошный диван, где он меня имел. Ерзаю от воспоминаний. Даже вырывается стон. Закрываю глаза.
Представляю Демида. Снова раздается звонок. Вот он, возьми трубку и услышишь его голос.
Но нет.
Вспоминаю смс Маши и это слово минетик. И у меня опять на щеках слезы. Не могу успокоиться, как комок в горле, не продохнуть. Снова прошу себя не жалеть.
Черт, что мне делать с фантазией? Представляю, как она садится на колени, спускает с него штаны, а дальше? На фантазировала себе так, что даже слышу хлюпанья.
Это невозможно, хватаю телефон, хочу ответить и крикнуть со всей силы, чтобы больше не звонил. Забыл раз и навсегда. Не вспоминал.
Потому что больше не могу. Все тело раздирает на части. Хочется спрятаться, укрыться.
О нет, у меня настолько сильные к нему чувства. Я что влюбилась? Устина серьезно? Ну, ты и дура!
Кричу самой себе и не могу успокоить весь пожар внутри себя.
Ты дура, дура! Кричу себе снова и снова. Дура.
Сжимаю телефон и смотрю на экран, у меня отвисает челюсть. Звонит мой муж.
Тебе что надо. Немного прихожу в себя. Звонок заканчивается. Как и наши с ним отношения. Я выдыхаю. И начинаю соображать, что ему от меня нужно.
Что-то собрался делить или наоборот отобрать. Может посмеяться надо мной, сказать, что миллионер или миллиардер меня бросил. Кто там Демид филантроп или магнат.
Влад будет ржать в голос.
— Поматросил и бросил, — отмочит свою глупую шутку. Они у него всегда были плоские и тупые. Правда, у меня никогда не хватало смелости сказать это ему в лицо.
Придурок.
Если нет. Зачем он мне звонил. Почему-то у меня снова сжимается сердце. Наверно, я сильно переживаю, мне нужен сон. Хороший, крепкий, как говорят врачи в фильмах.
Ложусь в одежде на кровать, и сжимаю свой телефон. На всякий случай и закрываю глаза.
Темно.
Но опять раздается звучание телефона. Я хватаю трубку и говорю:
— Алло.
— Устин, — говорит Влад и у меня сжимается сердце. После последнего случая, думала, что я его убью. Теперь у него не такой уверенный голос, а наоборот побитый и сломленный. Мне становится не по себе. Слушаю.
— Мне нужно с тобой срочно встретиться. Я хочу за все перед тобой извиниться.
  
Глава 40
 
Я не знаю почему, но соглашаюсь. Наверно, потому что сама сломлена. Не могу понять. Но называю ему точный адрес. И в конце добавляю:
— Приезжай.
До конца не отдаю себе отчет, встаю с кровати и ставлю чайник. Сама обертываюсь теплым пледом. Жду.
Слышу свист чайника, снимаю его с плиты, наливаю в чашку, накладываю чайной ложкой кофе и разбавляю молоком. Аромат расползается по комнате. Я сажусь на диван и жду его.
Мне хорошо, я делаю несколько глотков горячего напитка, что разносит тепло по всему телу.
— Какого черта я его пригласила к себе? — спрашиваю себя. Конечно, успокаиваюсь, чтобы разорвать раз и навсегда с ним отношения. Послушать его нытье и договориться, что мы идем в ЗАГС.
Делить нам нечего, детей и квартиры с другим имуществом тоже. Все его. Даже если что-то у меня было, например, старая машина или акции, то я всё отдам ему. У него будет ребенок, ему надо кормить семью. Мне хватит банки хорошего кофе и бутылки молока. Я не привереда.
 
Меня не тронули и не колыхнули все богатства Дашковича, в которых он так меня упорно купал. Даже ему оставила дорогущее платье, которое он мне подарил. Я так и осталась простой девчонкой без закидонов и выпендрежа.
Согревшись, я вытягиваю ноги. Хотя с другой стороны, мне хочется послушать, что Влад мне расскажет. Просил встретиться и говорил, что хочет извиниться.
Вряд ли он дошел до этого сам. В это я точно не верю, и представить никак не могу. Наверно, опять отец заставил. Даже представляю, как это было.
Но честно плевать.
Может он поругался со Светой. Или она будучи беременна выставила ему неподъемное условие. Даже боюсь представить какое. Владу теперь придётся за всё платить, даже за ее большие сиськи.
Смеюсь от своей язвительной шутки.
Мой смех прерывает звук домофона.
Пришел. Я встаю с кровати и подхожу к двери.
Меня ведь никто не заставляет ему открывать. Можно просто лечь спать и забыться обо всем.
Крепкий сон, вот что вызывает у меня кофе. Почему-то я хочу спать. Не спорю, что этот напиток действует бодряще, но может я другой человек, неправильный. Поэтому на меня все действует по-другому.
Я стою полусонная, практически не соображаю, когда раздаются тихие удары по двери. Открываю без раздумий, и вот он мой муж.
Жалкий, убитый, загнанный. Он похож на лошадь, проскакавший пол страны. Он стоит пришибленный, пряча от меня свои глаза и боится поднять голову. Его руки висят, как и одежда, он сильно похудел.
На висках седина, одежда не опрятная и мятая. Сначала долго не могу поверить, что передо мной Влад. Даже аромат его любимых духов я не могу уловить. От него идёт въедливый запах алкоголя с другими различными примесями.
— Влад! — восклицаю я, боюсь, что обозналась, узнала в этих чертах другого человека. Нет, это не может быть мой Влад. Стоп. Его большой нос стал еще больше. Это от его бесконечного вранья.
Еще его двухнедельная щетина, что постепенно превращается в бороду. Это он. От этого вывода у меня только сильнее сжимается сердце.
Боже, как это вообще возможно, говорю я про себя и делаю несколько шагов назад, впуская его вперед.
Он кивает головой и мне показалось, что она отвалится и покатится по полу. Настолько у него стала тонка шея.
Влад садится на единственный стул, а я на кровать, что скрипнула под моим весом. Видимо тоже принялась слушать его историю.
Он смотрит на меня, сглатывает, видимо готовится вылить на меня свою историю и произносит:
— Привет.
— Привет, — отвечаю я, боясь что-то спрашивать и вообще пугаюсь его нового вида. Смотрю на своего мужа, не верю, что это он. Ну, никак не могу поверить.
— Как у тебя дела? — он кидает дежурные вопрос, устремляя своим глаза на пол.
— Все хорошо, — отвечаю я.
— Ты с ним встречаешься? — он поворачивает ко мне голову и мне становится страшно. Зачем я его пустила. Полностью высушенное лицо. Он вообще что-то ест?
Его вопрос с ходу добивает меня. Значит, ты переживаешь, а в руках ты переминаешь телефон, где наверно статья про нас. Ты хочешь зачитать. Только я слушать не хочу. Стоп. Я уже напридумала.
— Нет, мы расстались, — говорю откровенно, и гордо поднимаю голову. Хотя что-то во мне гложет, надо было наврать ему. Сказать неправду, что я приехала по работе.
А он меня ждет в своем огромном особняке. И я ему в отличие от тебя нужна. Сильно нужна и он меня примет любую, пусть даже и бесплодную. Но я понимаю, что это вранье. Даже если я все расскажу ему. Мне не станет легче.
Он хмыкает. Его глаза опять уставились в пол. Мы так сидим пару секунд в полном молчании и жестком одиночестве. Я бы сказала жестоком.
Мне хочется пару раз подняться и сказать ему откровенно — уходи. Может и проваливай, просто пропади из моей наконец-то жизни.