В лабиринте нереальностей. Книга вторая (СИ)

— Ирочка! Не спорь! Мы тебя в три счета в прежний вид приведем и на ноги поставим, так что нечего ерунду всякую в зеркале наблюдать!
— Всё так... плохо?
— Нормально всё!
— Не кричи... — сил спорить и настаивать на своём не было совсем. То ли потому, что он всё-таки отравил меня своей силой смерти, то ли от того, что я чуть не умерла от нехватки кислорода... — Я его прокляла?
— Да. Да, всё получилось, теперь он гиена. А теперь спите. Спите, вашество...
В меня принудительно влили не самый вкусный отвар, в котором я распознала едва ли десятую часть трав, а затем ещё несколько раз добавили:
— Спите. Спите и поправляйтесь, дальше мы сами всё сделаем.
Их пациентка и подопечная наконец уснула, так что по комнате разнесся многоголосый вздох облегчения, а затем знахарка торопливо выбежала за двери и только там дала себе воли и разрыдалась.
Сон...
То ли сон, то ли не сон...
В какой-то момент душе стало невыносимо тесно и она покинула тело.
Тело...
Без особого интереса рассматривая своё тело, я наверное должна была удивляться или грустить, а может даже злиться, но эмоций не было.
Ни одной.
Бледная, осунувшаяся... с некрасивыми черными разводами от полопавшихся сосудов по всей шее и нижней части лица. Это были даже не сосуды, а скорее выжженная силой смерти моя энергетическая структура.
Да, точно. Именно так выглядит энергетическая структура ведьмы.
Но обычно её не видно...
Почему-то стало грустно. Обидно. Но больше грустно.
Неужели всё было зря?
Неужели сейчас я умираю? Или уже умерла...
Скользя невидящим взглядом по комнате, поняла, что понятия не имею, где нахожусь, но в принципе мне это было и неважно. Какая разница, где именно я умерла...
Отошла к окну.
Парк...
Прильнула к стеклу. Дождь. Снова дождь, но уже сильнее, чем вчера.
В какой-то момент мне показалось этого мало. Мало просто смотреть. Хочу ощутить.
Снова посмотрела на тело...
Нет, хочу дождь.
Опоздал.
Опоздал всего на пять часов.
По ночному дворцу шел мужчина, а под его шагами замерзал пол, покрываясь ледяной коркой. Ледяным воздухом было тяжело дышать, но ему было на это плевать.
Гордость не позволила ему проиграть дело и он добился для провинившихся существенного послабления в наказании, но это стоило ему тех самых пяти часов.
В Закольцованном мире он появился непосредственно в своём доме, где и узнал всё самое главное: Ира во дворце, причем в качестве главного действующего лица и противника Якова, обманом захватившего власть.
О том, что его невеста при смерти, он узнал уже во дворце.
Яков...
Воздух похолодел ещё на несколько градусов.
Яков умрет. Чуть позже.
Сейчас же...
— Где она? — вопрос был тихим, но он мог вообще не спрашивать — черти, стоящие в карауле, были рады не только сказать, но и показать, лишь бы не попасть под горячую, а точнее под ледяную руку полубога, чьи глаза были такими жуткими, что никто не мог вынести их взгляда.
Ледяной синий и смертельный черный.
— Я провожу... — Младшая, не справившаяся с задачей по охране бесценного сокровища, была сама не своя и если бы умела, давно бы плакала навзрыд.
Но увы, плакать Тени не умели.
— Здес-с-сь...
Когда он прикоснулся к двери, а та, вместо того, чтобы открыться, в мгновение замерзла, а затем рухнула к его ногам ледяной пылью, только тогда он понял, почему рядом с ним нет никого кроме Теней. Даже домовушки лишь грустно глянули и предпочти торопливо уйти из комнаты, когда он шагнул внутрь.
Нет, надо взять себя в руки. Надо.
Закрыв глаза, Эйнар замер на месте, не желая навредить своей лапушке одним своим присутствием. Нет, на это он не имеет права. 
  
Глава 20
 
Дождь...
И рассвет.
Я его не видела, лишь чувствовала. Хмурые тучи не позволяли его увидеть, но я чувствовала, как на востоке стало светлее буквально на долю процента.
В голове не было особых мыслей, да и бессмысленно это было — думать. О чём?
 
Вот и я не знала...
Мне не было ни тепло, ни холодно, ни больно, ни даже грустно.
Липкая, заполнившая всё моё сознание апатия обволокла и не отпускала.
Я сидела на низком бортике фонтана, который нашла в придворцовом парке и просто смотрела, как в его чашу падают капли дождя и расходятся по воде кругами. Кап, кап.
Кап.
Кап...
Капли были разными. Какая-то чуть больше, какая-то чуть меньше и поэтому круги тоже были разными.
Наверное, это даже немного завораживало.
А спустя минуту моё уединение и тишину самого раннего утра нарушили незваные гости.
— Она здесь!
— Здесь!
— Здесь-здесь!!!
Вокруг меня закружили, закричали странные серые тени, не похожие ни на что определенное, вызвав глухое раздражение.
Зачем они мешают мне слушать дождь?
А затем всё резко стихло.
Стало так тихо, что я даже сначала не поняла, лишь через мгновение сообразив, что это закончился и дождь.
А затем я услышала чье-то дыхание. Резко обернулась...
— Кто вы?
Удивленно рассматривая мужчину с разноцветными глазами, я никак не могла понять, откуда он кажется мне знакомым, но потом поняла, что в принципе это не слишком важно и особого значения не имеет.
Даже его разноцветные глаза и брови престали удивлять и ещё пару секунд посмотрев на хмурого и кажется даже чем-то взволнованного незнакомца, я отвернулась.
Наверное заблудился...
— Ира... Ира, ты меня не помнишь?
А вот он оставлять меня в покое не хотел.
— Нет.
— Я Эйнар.
— Понятно... — кивнув, провела рукой по воде, но пальцы прошли сквозь жидкость, не потревожив её спокойствие и я расстроилась. — Верни дождь. Пожалуйста...
— Зачем? — он всё не уходил и даже обошел, чтобы наверное лучше видеть.
— Он красиво поёт...
— А хочешь, он споёт для тебя настоящую песню?
— Настоящую? — его слова удивили и я переспросила: — Ты можешь его попросить?
— Конечно, — он кивнул так уверенно, что я удивилась снова. — Я ведь бог. Точнее полубог... Но это неважно. Хочешь услышать настоящую песню дождя?
— Да.
Он искал её полночи. Почти сразу увидев, что тело ещё живо, но душа его уже покинула, он сразу бросился на её поиски, понимая, что времени не так много.
А когда нашел, то понял, что едва не опоздал.
Она уже начала забывать.
— Красиво... — на лице и в голосе призрака было катастрофично мало эмоций, но он чувствовал, что ещё не всё потеряно.
Если бы она не стала с ним разговаривать, то да — он бы наверное опустил руки. Но не сейчас!
Ему было довольно сложно подчинить дождь, ведь он был полубогом льда и тумана, но ради Иры он бы перевернул горы, что там какой-то дождь!
— Нравится?
— Да...
— А хочешь... — голос срывался, но он запрещал себе думать о худшем и пытался достучаться до её сознания и пробудить хоть какие-то эмоции. — Хочешь, я буду делать красивые и удивительные вещи ежедневно? Только для тебя.
— Зачем?
— Потому что люблю тебя.
— Странно... — она посмотрела так удивленно, что его сердце пропустило удар. — Я тебя не знаю. Как ты можешь меня любить?
— Ты знаешь. Только забыла. Знаешь... — он попытался взять её за руку, но она отшатнулась, не позволив, так что у него получилось лишь указать ей на её же руку. — Посмотри. У тебя на пальце кольцо. Кольцо, которое я тебе подарил. Пожалуйста, вспомни!
— Не кричи. Ты мешаешь дождю петь... — её взгляд был таким по-детски укоризненным, что вся его злость, всё его раздражение на свою же беспомощность испарились и осталась лишь безысходная грусть. А затем она посмотрела на кольцо. Задумчиво нахмурила бровки... — Нет, я не помню. Это плохо?
— Да, это плохо. Очень плохо.