Истинная для дракона. Меч трёх стихий
Светлана Томская
Истинная для дракона. Меч трёх стихий
Глава 1. Алекса. Новый мир
Бежать мне некуда. Дверь рядом, но добрые люди подпёрли её снаружи. А на окнах решётки. Лёгкие полны дыма, мысли путаются. Это всё. Я не привыкла сдаваться, но сейчас выхода нет. Деревянный дом пылает, как факел. Я надеюсь только на то, что огонь доберётся до меня, когда я буду уже без сознания.
*****
– Вот так находка, – звучит над моей головой мужской голос.
Медленно прихожу в себя. Чувствую, как горит кожа, но дымом больше не пахнет. Напротив, воздух свежий и пропитан хвойными ароматами.
– Она хоть жива? – спрашивает другой голос, низкий, с волнующими бархатными нотками.
– А ханг её знает, синяя, как курёнок.
Чьи-то руки прикасаются ко мне, и я вздрагиваю, ожидая усиления боли в обожжённой коже.
– Жива. Ледяная только. Дайте что-нибудь, завернуть.
Меня бесцеремонно поднимают на руки, и я чувствую приятное тепло чужого тела. Боль не усиливается, а, наоборот, отступает. При ожогах так не бывает. Меховое нечто, в которое меня заворачивают, ласково нежит кожу.
– Молодая вроде. И мордашка ничего, только грязная немного. Красотка.
Это обо мне? Меня ни разу в жизни никто красоткой не называл.
– Может, чампы потеряли?
– Ну да, девки для них ценность, дороже золота. Да и не похожа она на обозную. Ткань рубахи смотри какая. И руки, – я чувствую, как кто-то касается моей руки, осторожно переворачивает её ладонью вверх, резюмирует, – работы не знали. Вы её с собой хотите взять?
– Ну не бросать же на дороге, – отвечает обладатель бархатного голоса. – Довезём до ближайшего селения. Или города, раз, говоришь, на селянку не похожа.
– Только зря вы, ваше высочество, сами её подняли, извозились вон все.
– Не называй меня так, – в бархатном голосе появляются сердитые стальные нотки. – Особенно при посторонних. Только по имени.
– Да без сознания она.
Я всё слышу, но, да, я без сознания. Высочество? Может, мне приснился пожар? А теперь снится высочество. Да я просто вижу сон во сне. А это значит, я всё-таки жива. Я не верю в загробный мир, я материалист до мозга костей. Там, за гранью, есть только чёрное ничего. А если я способна мыслить, значит, ничего не случилось. И это просто сон. Приятный такой сон. Меня никогда ещё не носил на руках мужчина. И пахнет от него очумительно, каким-то древесным ароматом. Может быть, пора уже разглядеть эти приятности во всех подробностях?
– Давайте мне, я приму, – продолжает тот же голос грубоватый голос.
Пора оглядеться, интересно, кто, кому и зачем меня собирается передавать. Я потихоньку открываю глаза.
Прямо надо мной морда огромной рептилии.
– Мама!
В один прыжок я умудряюсь слететь с рук того, кто меня держал, и оказаться за его спиной. Сон сном, а это чудовище, кажется, собралось меня сожрать.
– Ты глянь, живая!
– Да прыткая какая.
Хохот множества мужских глоток звучит настолько реально, что я начинаю испуганно озираться.
Я стою на лесной дороге в окружении двух десятков странно одетых мужчин, вооружённых мечами и арбалетами. И рядом с каждым из них огромная рептилия, точно такая, как та, от которой я шарахнулась. Пискнув, я утыкаюсь носом в своего спасителя. А он уже успел развернуться, и я вжимаюсь лицом прямо в его мощные грудные мышцы. От него исходит тепло, словно от камина в холодный зимний день. К растерянности и страху примешивается новое ощущение, которое просто невозможно в такой ситуации: доверчивая неуверенность. Мужчина кажется мне единственным защитником, и при этом остаётся львиная доля опасения. Вот сейчас он отодвинет меня и вместе со всеми посмеётся надо мной. А потом? Меня либо скормят чудовищам, либо сон превратится в эротически-порнографический. Вон их сколько самцов вокруг. Ох и воображение у меня.
Но тот, кого назвали высочеством, одной рукой прижимает меня к себе, защищающим жестом, а второй поправляет на моих плечах меховое нечто. Не успела разглядеть, не до того пока.
– И откуда ты такая дикая? – спрашивает он, но вопрос похоже риторический. – Ладно едем, закоченела совсем, потом разберёмся.
Он снова подхватывает меня на руки и одним махом взлетает на испугавшую меня рептилию.
– Не бойся, ты что ящеров никогда не видела? – он говорит это, наклонившись к самому моему уху. И его тёплое дыхание провоцирует марш приятных мурашек от уха вниз по шее до самых плеч.
– Кого? – переспрашиваю я тоже шёпотом.
– Ящеров, обычных верховых ящеров.
– Э-э-э, видела, – вру я. – Но нечасто.
Я уже давно сомневаюсь, что это обычный сон. И начинаю подозревать, что при всём моём материалистическом мировоззрении книжки-фэнтези не врут. Закрадывается даже мысль: «А не этот ли мир реальный?» Слишком уж гадким был тот предыдущий.
В любом случае инстинкт выживания подсказывает мне, что любой мир надо принимать всерьёз и играть по его правилам. А значит, если я не помню, кто я такая, то придётся играть частичную амнезию. Совсем амёбой выглядеть не хочется, особенно перед таким красавцем. Надо же, перепуг перепугом, а я успела его разглядеть, заметила и прямой нос, и тёмные короткие волосы, и глубокие синие глаза. Вроде всего на миг в них заглянула, а затянуло словно в омут.
Посмотреть бы, на кого я сама теперь похожа.
Так вот, чтобы не опростоволоситься, то, что считается здесь общепринятым, буду стараться принимать без удивления. В том числе и этих жутких ящеров. А вот кто я такая, пусть выясняют сами. Мой спаситель похоже не из тех, кто бросит девушку в беде.
– И я не их испугалась, – продолжаю я. – А незнакомых людей.
– И меня тоже? – в его голосе появляется заинтересованная нотка.
При этом его губы касаются моего виска слегка, словно невзначай.
– Н-немного.
– Ну так давай знакомиться. Как тебя зовут?
– Алекса…, – я спотыкаюсь, чуть не ляпнула своё полное Александра, не зная, какие имена приняты в этом мире.
– Алекса? А полное Алексия?
Я молча киваю. Почти угадала.
– А как ты тут оказалась? И что случилось? – продолжает интересоваться он.
Я вздыхаю. Вот этого мне ни за что не угадать.
– Не помню.
– Похоже, тебя крепко приложило. Ну ничего. Отдохнёшь, вспомнишь, – и он замолкает, задумавшись о чём-то.
А вот это вряд ли, думаю я. Я могу вспомнить свою прошлую жизнь, но что-то мне подсказывает, что лучше об этом помолчать. А ещё лучше попытаться понять, что произошло, пока меня больше ни о чём не спрашивают.
Пожар. Он точно был? Всё как в тумане. Звон разбитого стекла. Огонь. Спросонок я бросаюсь к дверям, откидываю засов, но они не открываются. Первая мысль, что я заперла их ещё и на ключ. Успеваю обрадоваться, что завела привычку вешать его на гвоздик у входа, вот он. Трясущимися руками вставляю ключ, поворачиваю, но дверь по-прежнему не поддаётся. И только тогда я окончательно прихожу в себя и понимаю: это всё. Совсем всё.
Я невольно всхлипываю, и это не остаётся незамеченным. Он наклоняется ко мне, заглядывает в лицо. Таких глаз в природе не существует, и эти омуты так близко.
– Ты что-то вспомнила?
– А? – не сразу понимаю вопрос, а потом честно отвечаю: – Огонь, много огня.
– Гм, и всё?
Я киваю, опуская взгляд, чтобы разорвать контакт с его невероятными омутами. Они вгоняют меня в краску.
Рептилия, которую он назвал ящером, а для меня это скорее дракон с книжной иллюстрации, движется плавно, как… лексус, на котором будущий владелец торгового центра подвёз меня к моей халупе. Как ещё назвать единственный деревянный домишко, оставшийся на огромном пустыре?
С торгового центра всё и началось. Все мои соседи успели подсуетиться и прописать у себя кучу родичей, едва только услышали о проекте. И только мне не к кому было обратиться. Родителей я не помнила, бабушку похоронила за полгода до этого. Надеялась, что за целый дом предложат двушку. Но, наверное, и на однушку бы согласилась. А они начали с комнаты в коммуналке и обещания, что однушка через годик. Не поверила.