Кодекс Крови. Книга ХI (СИ)

— А у меня пропуск есть, — я вынул амулет из кармана и протянул перед собой на раскрытой ладони. — Вам привет от пра-пра-пра-пра и ещё дохрениллион раз прабабушки.
  
Глава 4
 
Рассерженное шипение прекратилось. Я просто-таки нутром чувствовал недоумение божества. Давление невидимой стены спало.
— Ес-с-сли ты меняс-с-с обманываеш-ш-шь, найдёш-ш-шь здес-с-сь с-с-свою с-с-смерть!
— Слушайте, уважаемая Тайпана. Моё дело маленькое. Вам просили передать кое-что, чтобы вы случайно не попали под раздачу в чужих разборках. Это я про сверку магического следа силы, устроенную Кречетом, — я всё так же стоял почти на входе, не желая нарушать чужое божественное уединение. — Я могу это прям здесь оставить и дальше пойду своей дорогой.
Я покачивал амулетом перед собой на вытянутой руке, словно ядовитой змеёй.
— Откуда мнес-с-с знать, ш-ш-што ты не врёш-ш-шь?
— Да ни откуда. Могу кровью поклясться, что амулет не принесёт вам вреда.
При этом я искренне надеялся, что Найада не засунула туда чего-нибудь этакого, отчего Тайпане поплохеет. Но вроде бы вредить своей родной крови не входило в планы аспиды.
Я принёс клятву и хотел уже было оставить амулет, как передо мной появилась обнажённая девушка с красно-розовыми волосами.
Я сглотнул слюну и прикладывал просто-таки титанические усилия, чтобы смотреть ей в красивые, округлые, упр… глаза, в общем. А ещё она мне чем-то напомнила Райану. Совершенное создание, длинные ноги, крепкие ягодицы, полное отсутствие волос в нужных местах, и розовая чешуя, мерцающая узором поверх кожи.
— Вы прекрасны! — решил я не скупиться на комплименты, раз уж всё равно оценил облик богини. Хотя насчет божественности у меня теперь появились вопросы.
— Вс-с-сё, конеш-ш-шно, хорош-ш-шо, но у меня нет бабуш-ш-шки!
М-да, объяснять пришлось бы долго, да и что-то мне подсказывало, что тайны аспидов не из тех, о которых можно распространяться. Не хватало мне ещё делегации богов из этого мира. И так Комаро едва не собрался за алтарями, которые и алтарями-то не были, а ещё, как оказалось, вполне успешно развоплощали местных богов, выпивая их досуха.
Нет, привести на экскурсию, конечно, можно, но вот объяснять, что я не я, и благодать Рассвета вся моя, а не ваша, как-то не хотелось. У меня там ещё и адамантий на крыше Обители сверкает, как звезда на имперской ёлке. За него не просто передерутся, на меня охоту откроют похлеще, чем на Андрея с его полутора килограммами.
Справедливо оценив риски, я ответил:
— Хотите верьте, хотите нет, но бабуля у вас есть. Ну а подтверждение родственных связей… От амулета фонит той же силой, что и от вас.
— Откуда тыс-с-с знаеш-ш-шь? — Тайпана наворачивала круги вокруг меня, но делала это так пластично, будто перетекала из одного положения в другое без резких движений. Ну точно змея настоящая.
— Отсюда! — я создал вокруг себя Радужный щит, отгораживаясь от аспиды. Та попыталась пробиться сквозь него, но у неё ничего не вышло. Тайпана остановилась и принялась принюхиваться, даже кончиком змеиного языка попробовала щит на вкус.
— С-с-сила с-с-схожа, но с-с-след иной… Кто ты?
Глаза аспиды загорелись алым огнём, я почувствовал давление на голову, будто её зажали в кольцо с шипами внутрь, вскрывая мою черепную коробку. Радужный щит от посягательств на мозги не спасал ни разу. Недолго думая, я облил аспиду Аурой Святого. Как сказал однажды ковчег, даже благословения могут работать убойной силой, если знать, как их применять. Вот я и облагодетельствовал Тайпану.
Вроде бы ничего особенного, но аспиду проняло. Кажется, в этом мире она была оторвана от магии Рассвета, и такой её поток разом обезоружил беднягу. Даже более того, девушка вся изогнулась, задышала тяжело, с её губ сорвался протяжный стон удовольствия, а после тело одномоментно покрылось чешуёй алого цвета с перламутровыми переливами.
Пока аспида розовела от удовольствия, я оставил амулет у её ног и ушёл. Посылку доставил? Доставил. А на остальные вопросы я отвечать не обязан.
 
* * *
Тайпана смотрела вслед смертному, принесшему ей столь неожиданный, но очень своевременный дар.
Амулет из неизвестного камня просто-таки фонил знакомой и родной силой. Вот только раньше Тайпана даже подумать не могла, что сможет встретить кого-то с похожим даром. Богиня нежно погладила фигурку змеи, и та рассыпалась брызгами розового цвета, моментально впитываясь в кожу.
Сразу стало спокойно и тепло, будто на солнце пригрелась. В душе у Тайпаны пузырился восторг, слегка омрачённый недомолвками со стороны смертного. Это надо же… довёл до оргазма богиню и сбежал! А как же награду получить?
Тайпана облизнула губы кончиком язычка. Её просто распирало от силы и эмоций. Хотелось кружиться в танце, предаваться разврату и творить чудеса, но вместо этого богиня обратилась к отцу:
— Отец, проверь мой след, будь добр.
С минуту ничего не происходило, пока Тайпана подслушивала разговор смертного со своей последовательницей с пробуждённой кровью.
— Ничего нет, как так⁈ — Тайпан появился в святилище дочери без предупреждения, пребывая в крайней степени изумления. Огромный алый змей раскачивался на мощном теле, то и дело обнюхивая дочь в человеческом обличье.
— Ты… — он запнулся, не веря своим ощущениям, — ты, как мы, один в один… Как так?
От отца исходили волны облегчения и непонимания. Тысячелетия попыток решить проблему младшенькой дочери вдруг подошли к концу. Ему бы радоваться, но Тайпан слишком долго жил на этом свете, чтобы верить в бесплатный сыр.
— Род… Мой род привёл ко мне смертного, тот подарил амулет, чтобы я случайно не попала под раздачу в чужих разборках.
— К-хм… — кашлянул змей. — Выходит, Мангустов побеспокоился… Невесту защитил и даже амулет где-то на своих изнанках отыскал… Что ж, на ближайшем совете я отдам ему свой голос… возможно, и другие меня поддержат, ведь теперь необходимость бойкота отпала. Всё же выщипывать Кречету перья из задницы коллективно интересно, но нужно знать меру.
— Смертные узнали, что против нас в игру вступила Инари, эта вишнёвая вертихвостка, — поспешила добавить Тайпана отцу информацию для размышления. Всё же круг соратников и врагов лучше очерчивать сразу.
— Она допрыгается… И так число желающих укоротить ей хвосты растёт не по векам, а по годам… Может, отправить её на более низший план бытия в воспитательных целях? Пусть бы посидела без благодати да без сил.
Тайпан ещё что-то бормотал сам себе под нос. Чмокнув дочь в лоб раздвоенным языком, бог ушёл обмениваться новостями с остальным божественным серпентарием.
Сама же Тайпана не спешила ликовать. Роль выбраковки, гадкого утёнка, выродка в собственной семье научила её сперва всесторонне обдумывать ситуацию и лишь потом действовать.
А выводы напрашивались следующие. Нашлась никому не известная родня с идентичной силой, о которой отец либо не знал, либо намеренно скрывал информацию о ней не только от родной дочери, но ещё и от всего местного пантеона. Почему-то Тайпана скорее верила в первый вариант.
Последыш в кладке великого ядовитого змея, она родилась по местным меркам бессильной.
Говорили, что подобное изредка, но случалось. Так вышло и у Красного Змея Тайпана. Из дюжины яиц одиннадцать змеёнышей унаследовали отцовскую ядовитость, коварность, выносливость… и лишь двенадцатая Тайпана уродилась с личным даром. Дар был настолько слаб, что по меркам местного мира едва дотягивал до мага девятого-десятого уровня. И это у дочери бога… Невозможно. И всё же. К чести отца, дочь он не убил и не позволил остальным братьями и сестрам её унижать. Он поступил мудрее.
Выделив остальным детям племена для опеки и пополнения благодати, Тайпан задумался, как обеспечить прилив благодати младшей дочери. Ведь без постоянного притока она рисковала прожить жизнь обычной смертной и уйти в Реку Времени на перерождение.