Непростой Путь Про-Героя. Том 3 (СИ)

Во славу твою, Мужественность!
Затем культиватор стойкости, владетель нерушимого тела и воитель стального кулака принял боевую стойку и пафосно объявил:
— Покажи все, на что способен!
А мастер техники воздушного шага, адепт демонической методики «Пинай, пока не упадет», и… ай, я заколебался придумать пышные титулы.
Короче говоря, великий я только почесал в затылке: ну это ты переборщил, брат — если я сходу покажу все, так матч и закончится. Ты ж стоишь у границы.
В любом случае…
Нашел я взглядом Полночь — и пакостно ей улыбнулся. Эт для тебя, дорогая.
— Серьезный Бег!
Сразу усиленный, чтобы в бетоне взрывы оставались, чтобы все видели, какой я нечеловечески сильный и быстрый, и…
Пдыщ — и я наношу кулаком зрелищный удар, за который Оджиро-сенсей мне выписал бы подзатыльник, и Киришима его держит, скрестив руки и оставляя за собой борозды в бетоне!
Трибуна в шоке!
Хдыщ — и я, пафосно и совершенно бестолково, с широким-широким замахом бью ему прямо в блок, и он принимает его, опасно съехал к границе!!
Трибуна ахает!!
Шмяк — и я, сделав подшаг вправо и крутанувшись как балерина, отправляю культиватора стойкости мощным пинком в полет к центру поля, потому что дубина так и не догадался отойти от края.
Трибуна в восторге!!!
— Н-наа!
— А-а-а!!
— Ррра-а-а!
— Кий-а!
— Познай мощь темной стороны!
— Батя?
Несколько минут я по всему полю обрушивал взрывные киношные вертушки на Эйджиро. Который, в свою очередь, просто оставался на месте и только сильнее укреплял тело. К тому времени он уже щеголял голым торсом и даром что не принимал пафосные позы бодибилдеров, Иногда я позволял ему отмахиваться, но так, для разрядки.
Бить Эйджиро кулаками я избегал. Мне еще тромбовать лицо Тодороки или шлепать Тогу, поэтому руки мне нужны целые. Самодельные бинты, конечно, помогали — ткань очень крутая — но панацеей не были, и было таки больновато.
Зато бронированными ногами лягался. Парочку особо мощных пинков на его плечах я оставил неактивированными — эти Множители мне еще пригодятся для дальнейшего выступления.
А еще пару раз я намеренно промазал, чтобы зрители в принципе понимали мощность ударов — и, поверьте, достоверно промазать по неподвижной цели не так уж и просто.
Удары «мимо», существенно более усиленные, оставляли воронки в бетоне, и зрители впечатлялись.
— И это все что ты можешь⁈ — воскликнул Киришима после особо мощного промаха, осыпавшего нас бетонной крошкой.
— Ну все, ты меня достал!
— Нет, ты!
— Игры кончились!
— Да⁈ Тогда покажи все, на что способен!
— Серьезный Бег: Бег По Кругу! — объявил я.
И да, побежал по кругу.
Оставляя за собой рытвины, постепенно ускоряясь и сближаясь с Эйджиро.
А затем, уже перемещаясь огромными рывками и почти достав его, я заорал:
— Отвлечь!
За спиной!
— Сбить с толку!
Удар защищенной голенью, со всей набранной скоростью, по опорной ноге! Взрыв!
Эйджиро подбросило в воздух, придав вращение!
Я ускорил мозг еще больше, с веселым удовлетворением замечая, как замедляется собственный голос:
— Дискомбобулейт!
Прямо в воздухе, протянув руку, поймал пролетавшее мимо плечо Киришимы.
И рванул, ускоряя вращение.
Парня завертело в воздухе как морковку в блендере, и он вознесся куда-то ввысь. Наверное, прорвался на следующий небесный уровень.
— Суммируя, Дискомбобулейт!
Погасив скорость тормозными, я замер в пафосной позе, пригнувшись, выставив одну руку назад и медленно съезжая вбок по склону неглубокой дырищи от последнего взрыва.
Потом сообразил, что красноголовый сейчас свалится ровнехонько туда, где я стою.
Спешно отпрыгнул метра на полтора вперед…
И снова принял точно такую же позу.
«Главное, сохранять покер-фейс, главное, сохранять покер-фейс, главное…»
С грохотом и матюками храбрый покоритель неба и земли свалился прямиком в кратер за моей спиной.
Потом я медленно выпрямился, подчеркнуто не глядя в сторону Киришимы. Демонстративно одернул воротник, отыгрывая стереотипного проходного злодея, который весь крутой и стильный, а потом им вытирают пыль:
 
— Что ж, думаю, моя победа уже оче…
— Что ты сказал⁈
Я в шоке оборачиваюсь, мол, как же мог он встать если я его побил?
Трибуны в экстазе!
— Это мы только начали! — воскликнул Эйджиро, выпрямляясь и демонстрируя отсутствие каких-либо повреждений. — Я могу так целый день!
Парень максимально широко расправил плечи и вперевалку направился в мою сторону.
— Сейчас я покажу тебе, что значит настоящий дух Фестиваля! — крикнул он, разрывая на себе остатки верхней одежды.
Потом он поскользнулся на склоне и упал, не удержав равновесие.
— Дискомбобулейт! — сказал я и ткнул в него пальцем.
— Да такого слова даже не существует! — завопил Эйджиро и набросился на воздух рядом со мной, пытаясь исполосовать его своими когтями.
— Да что этот кислород тебе сделал⁈ Подумай о своих детях! Чем они будут дышать, если ты…
— Замолчи, я пытаюсь тебя победить!
Я уворачивался, демонстрируя чудеса ловкости и ловкость чудесатости, и параллельно думал, чего бы еще отчебучить из закусок перед главным блюдом.
О!
Отклонившись назад, сделал корявый мостик, шкваркнув красноволосого по челюсти обеими ногами — сначала одной, потом другой. Я человек такой, мелодичный. Или методичный?
Пока Киришима изучал траекторию и баллистику, набрал каких-то осколков под ногами, и…
Атаковал его горстью камней!
— Опасная Атака Всем, Что Попалось Под Руку! — важно продекламировал я, крутяцки вытянув обозначенную конечность вперед.
— Это даже не название, ты подрываешь дух Фестиваля! — заорал Эйджиро, отмахиваясь от разбившихся об него в пыль снарядов, — Сейчас я покажу тебе настоящее мужественное название! Тьфу! Красный прорыв!
Киришима закрылся руками и просто побежал в мою сторону.
Я отошел, и он пробежал мимо.
Развернулся…
— Ха, и это все? Я ожидал от «Тьфу, красный подрыв» большего! Сейчас я покажу тебе, что такое настоящий подрыв!
Закрыв глаза, я как бы сосредоточился.
Медленно и пафосно простер ладонь над землей и повел ей справа налево…
И отдельные участки площадки начали взрываться, будто бы под ними стояли мины.
Потом, под вопль Вильгельма, накрыло участок с красноволосым.
И вот стою я весь такой пафосный, Эйджиро засыпало бетоном, зрители затаили дыхание, и…
— Ярость Соседа Снизу!
Из динамиков стадиона послышалось приглушенное ржание.
— А-а-а-а! — кричал откопавшийся Эйджиро, впрочем, вполне себе целый. — Я выстою! Я выдержу все, что ты в меня бросишь! Даже названия! Даже неуважение к…
— Опасная Атака Всем, Что Попалось Под Руку! Опасная Атака…
— Ррра! Отведай силу моего кулака! Красный Контрудар! — он сократил дистанцию, прикрывая глаза.
— Коммунист! — завопил я и, видимо, со страху шибанул его в полную силу, выдернув из бетонной крошки как морковку из грядки.
Подождав пока он улетит, рухнет и поднимется, я сложил руки в приветствии шаолиньских… тибетских… воздушных кочевников… короче, каких-то там лысых монахов и слегка поклонился.
И серьезно так сказал:
— Я признаю твою силу. Ты силен, Эйджиро Киришима!
— Ты тоже! Но это не поможет тебе победить!
Вот не понимаю, он в образе или реально искренне говорит?
— Дух Фестиваля силен в тебе!
— Отведай Силы Юности!
— Нет, ты!
— Ты!
Как бы там ни было… я встал в эпичную стойку и сделал приглашающий жест рукой:
— Что ж, покажи мне свой сильнейший удар! Сильнейшую атаку, Киришима! Давай, встреть мой кулак своим кулаком! Фигурально выражаясь, конечно!
— Р-р-ра! Красная Латная Перчатка!
— Почему перчатка… — я невовремя задумался.
Киришима побежал на меня, как носорог, еще побежал… побежал… задумываться пришлось долго… и, наконец, ударил. Довольно-таки мощным апперкотом.