Бывшие. Без срока давности (СИ)

  
Глава 20
 
Он 
Мы обернулись синхронно. Рядом с нами остановился Кортунов. Тот самый начальник из отделения экстренной медицинской помощи. Богдан при виде мужчины ничуть не смутился, мне же не понравился его взгляд. Он словно говорил, мол, знаю-знаю, какие у вас делишки! А сам-то?
Поэтому я стряхнула его руки со своих плеч и отошла на шаг в сторону.
— Добрый день, Максим Владимирович.
— Добрый, — он кивнул, но ничуть не улыбнулся. — Все хорошо, Анастасия?
— В порядке, мы просто разговаривали.
— Довольно напряженно, — заметил врач.
Богдан развернулся корпусом в его сторону, ничуть не стушевавшись. Напротив, он вел себя довольно вызывающе: достал пачку сигарет и сунул одну в рот, заложил руки в карманы брюк и медленным взглядом обвел Максима.
— Чем обязаны?
— Тебе? — вздернул бровь в ответ. — Ничем. С Настей зашел поздороваться. Так и знал, что ты будешь здесь, — полностью перевел внимание на меня. — Слышал, что случилось, сочувствую. Что-нибудь известно?
— Скоро приедет врач, посмотрит Яну. Будем отталкиваться от его обследования и рекомендаций.
— Ммм.. Как зовут врача? Хороший специалист?
— Явно лучше местных коновалов, — с презрением отозвался Богдан.
Я обернулась на него с негодованием: он явно нарывался на скандал. Он поймал мой взгляд и не отвел в сторону свой, как бы намекая, что мы еще не договорили и обязательно вернемся к прошлой теме.
— Богдан, Яна, наверное, уже заждалась… — нейтральным, мирным тоном произнесла я.
Он коротко рассмеялся и пошел в сторону палаты.
— Богдан, — тихим голосом позвала я. — Сигарета.
— А, черт! — мгновенно выкинул в урну. — Ждем тебя, — и скрылся за дверью палаты Яны.
Несмотря на напряжение нашей беседы, сердце отреагировало на его «мы». Все-таки Яна хорошо ладила с отцом, смотрела на него блестящим взглядом, боготворила.
— И как ты? — иронично спросил Кортунов. — Только честно? Франт-папаша тебе только нервотрепки добавляет?
— Мне и без него нервотрепки хватает, а Богдан… — я пожала плечами. — Он непростой человек.
— Потому что при деньгах? Ты же понимаешь, что не все в этом мире деньгами измеряется?
— Конечно, понимаю, Максим. Вот только когда речь идет о жизни и здоровье дочери, а через бесплатную медицину никак не пробиться, я совсем не против его денег и связей. Он выбил посещение Крынского, даже я о нем слышала.
— Ясно. Нет, ты не подумай, я тебя ни в чем не упрекаю…
— Если так рассудить, у тебя и нет никакого морального права упрекать меня в чем-либо!
— Ох, черт, ты до сих пор на взводе. Как насчет немного расслабиться в компании мужчины, заинтересованного тобой? — подмигнул.
Я покраснела.
Только вчера таяла от страсти в жарких объятиях бывшего, а сегодня ко мне уже другой мужчина пытался подкатить. Неужели я такая красавица стала? Или что это, дух конкуренции?
— У меня сейчас очень сложный период, Максим. Все мои мысли только о дочери, извини.
— А бывший? С ним у тебя есть что-то?
— Бывший. У нас напряженные отношения…
— И куча претензий к прошлому?
— Лучше и не скажешь.
— А в настоящем и на перспективу? — не унимался Максим.
— Его женщина беременна. А он, как оказалось, хороший отец…
Сказав это, я испытала укол ревности прямиком в сердце.
Не только своей ревности, но и ревности за дочь, за любовь и внимание Богдана к Яне. Они только-только обрели друг-друга, и я переживала, что внимание Богдана теперь качнется, словно маятник, в другую сторону — в сторону ребенка от его нынешней любовницы. Она красивая, эффектная и точно умела привлечь внимание мужчины. Я еще хорошо помнила, как «завис» Богдан, разглядывая ее фото в белье из примерочной кабины.
Словом, беременность чужой, незнакомой женщины добавила мне причин для переживаний, будто у меня своих проблем мало!
— Я все-таки настаиваю, что тебе нужно немного развеяться. Проблемы проблемами, но отдыхать тоже нужно. В дружеской компании. Обещаю не наливать. Тебе пока не рекомендуется. Говорю, как врач, — улыбнулся Максим и коснулся локтя, поглаживая немного.
 
— Я подумаю, но ничего не обещаю.
— Неплохое начало! — обрадовался он.
Мужчина посмотрел на часы, вздохнул:
— Уже не успею познакомиться с твоей дочуркой, но, кажется, она любит слоников. Держи, этот для нее, — протянул небольшой пакет, который находился у него в левой руке.
— Откуда ты узнал?
— Это было несложно, Настя. У тебя много фото дочери в сети, и часто можно увидеть слоников у нее в руках.
Надо же, какой он внимательный, меня это тронуло немного.
— Кстати, добавишь меня в друзья? Я отправил тебе запрос.
— Да, прости. Конечно, добавлю. Просто руки не дошли до соцсетей.
— Все понимаю. Пока.
Я кивнула, а он… дотронулся до моей щеки губами, вызвав сильный румянец.
***
Как следствие этого, в палату я вошла с бешено колотящимся сердцем, пульс зашкаливал. Яна играла с отцом, он рисовал для нее что-то, присев рядом. Я засмотрелась на них, радуясь такому единению, предалась мечтам о совместном будущем.
И вдруг…
Телефон Богдана, лежащий на тумбе, зазвонил. Высветилось имя «Хелен» и фото той красавицы…
Настроение сразу испортилось. Она как будто чувствовала, когда следовало позвонить и омрачить мысли.
Богдан мне не любимый мужчина и не муж, я же думала с такой ревностью, что должно быть стыдно…
Это его женщина, у них… встречи, страсть… секс…
На последнем образе горло сковало удушьем. Я заставила себя взять телефон и протянула Богдану.
— Тебе звонит. Кое-кто.
Он смахнул звонок, едва взглянув на экран, и перевел телефон на беззвучный режим, спрятав в карман.
— Вдруг там что-то важное?
— Дочь важнее, — отрезал и внимательно посмотрел на меня. — Не планируй ничего на этот вечер.
— А что?
— Мы проведем его вместе.
— Ты не спросил, хочу ли я этого.
— Нам это нужно. Пора выяснить кое-что. И на этот раз ты не отвертишься.
  
Глава 21
 
Она 
Необходимость встретиться вечером с Богданом откровенно нервировала. Я переживала и даже дома не могла оставаться спокойной, все валилось из рук.
Хотела нажарить дочери ее любимые блинчики, но тесто никак не удавалось замесить правильно! Сначала оно получилось слишком жидким, потом чересчур густым. Толстые блины не хотели пропекаться и расползались по сковороде.
— Не мучь себя и тесто, — покачала головой мама. — Оставь. Давай я лучше переделаю тесто на другое, а ты сядь, отдохни. Расскажи, что у тебя с Богданом.
— Ничего.
— Как бы после этого ничего ты вторым не забеременела.
— Мама! — я с возмущением на нее посмотрела. — Как ты могла обо мне такое подумать?!
— Щеки у тебя покраснели и уши горят. Помню, какой ты была в то время, когда этот мажор тебя зацепил. Такая же ты и сейчас, — улыбнулась. — Сияешь даже через наплыв проблем и трудностей.
***
Я тоже помнила, какие яркие и эмоциональные отношения были у нас, какой красивый роман!
Дементьев давным-давно не жил в нашем городе, даже его родители покинули провинцию, еще когда Богдан был совсем маленьким и ходил в детский сад. Отец Богдана получил повышение, семья перебралась в столицу, дела пошли в гору…
Когда мы познакомились, Дементьев приехал, чтобы продать старый дом родителей. В конторе нотариуса, где я работала в приемной, мы и познакомились. Он сразу меня обаял — высокий, широкоплечий мужчина яркой внешности. У него был магнетический взгляд, и я постоянно смотрела на него, как на чудо света. Таких мужчин я никогда в жизни не видела, он притягивал к себе взгляд, умел говорить и обаял даже вредного, говорливого нотариуса, завязав с ним беседу. Сначала они обсудили нюансы.
Продажу, встречу и сделку с покупателем назначили на следующий день. Я, как все девушки, которым кто-то приглянулся, нарядилась в тот день, достала свои туфли с выпускного в университете. Ни на что особо не надеялась, просто хотела выглядеть красивее, понимая, что это безнадежно, конечно же, но…