Бывшие. Без срока давности (СИ)
Богдан посмотрел на меня в шоке.
— Ты… Ты не говорила!
— А ты спрашивал?! Нет!
— Бл… Это все меняет, — он нахмурился. — Я был уверен, что ты с ним мутишь интрижку, гуляешь налево. Я был в этом уверен…
тем временем внедорожник Богдана притормозил и остановился возле одного из домов в зажиточном районе.
— Что мы здесь делаем?
Богдан растер лицо.
— Полицию подождем. Иначе боюсь дров наломать. В том районе, где сбили Яну, камер нет. Но есть немного дальше. Виновника аварии нашли. И думаю… он тебе знаком.
Глава 24
Она
После слов Богдана в голове появилось масса самых различных мыслей, от неверия в происходящее до фантастических предположений на тему, кто бы это мог быть!
— Не знаешь, чей это дом? — поинтересовался Богдан, показав рукой на двухэтажный коттедж за коваными воротами.
— Нет, откуда? Слушай, давай перестанем говорить загадками. Говори, кто! Кто это был…
Мой голос задрожал от гнева.
Кто обидел мою девочку, мое сокровище… Мое… все!
Я была готова броситься на обидчика с кулаками и просто голыми руками оторвать голову виновнику!
— Скажу. Только полицию дождемся, идет?
Тем не менее, Богдан вылез из машины, чтобы покурить. Я нервно ходила рядом, пока мужчина курил.
— Я сойду с ума. Говори, кто! — потребовала я.
— Мурзалиев. Знакомая фамилия?
— Мурзалиев… — повторила я. — Ты шутишь, что ли?!
— Нет. Машину засекли на соседней улице.
— Точно?
— Ошибки быть не могло. Других таких машин рядом не проезжало, Настя. Машина оформлена на имя… Мурзалиев…
— Руслан Гамзатович, — добавила я. — Ах ты, урод. Урод! Еще и сестру… мою…
— А что с сестрой?!
— Трахает ее… — вырвалось. — Боже. Тьфу! Урод… Нет сил… Ооо… Боже, я готова его убить!
— Твою сестру?! Младшую?! Принуждает, что ли? Настя, твою же мать, ты чего молчишь-то?
— Не принуждает ее никто, — огрызнулась я. — Она совершеннолетняя и спит, с кем хочет. Поверь, я слышала, как они… развлекались… И все было очень даже добровольно.
— Следила?
— Тьфу! — плюнуть в сердцах захотелось. — Нет! Не следила я за ними. Не было нужды… Я как-то вернулась из больницы раньше, спать легла и проснулась от того, что они развлекались… Шумно и с удовольствием. О боже… — выдохнула. — Голова кругом. Я же ее предупреждала. Не стоит с ним связываться. Взрослый, женатый… Другой национальности. Ничего хорошего не выйдет. Она на меня вскинулась, как сумасшедшая…
Моя рука взметнулась вверх, к шву, который я прикрывала волосами.
Жест был быстрый, едва уловимый, но Богдан заметил.
— Та-а-ак! — произнес он. — Это с ней ты подралась, что ли?
— Это был несчастный случай. Она меня просто толкнула, я упала.
— Надеюсь, что так, и вы не дрались из-за мужчины…
Я стиснула зубы и посмотрела на Богдана.
— Действительно. Только из-за этого и можно спорить. О чем я вообще с тобой разговариваю? У тебя же все мысли обо мне лишь о том, как я ложусь с чужими мужчинами в постель, да? Если ты считаешь меня такой дрянью гулящей, то что ты рядом со мной делаешь, а?! Почему в покое не оставишь! — повысила я голос.
— Потому что не могу! — повысил голос в ответ, почти крича. — Хотел бы, но не могу. Не выходит выбросить тебя из головы. И ведь думал, что прошло, но нет, бл…! Стоило только получить то гребаное сообщение, о тебе, о дочер… И все. Пропал. Я словно качусь в бездну. С каждым днем все глубже… Ты думаешь, только для тебя это испытание? Но и для меня тоже… Постоянно крутить в голове одно и то же, одно и то же, думая, где же я налажал, почему не поступил иначе, почему сразу тебя с собой не забрал. ПОЧЕМУ?
Отбросив сигарету, Богдан отвернулся и коротко выдохнул, потом резко повернулся в сторону дома Мурзалиева и ругнулся.
— Да где они, а? Что здесь за дыра такая? Мусора работают только после пинка под сраку и то не чешутся. Я его сейчас сам убью! Живьем закопаю! — прорычал и двинулся в сторону дома, возле которого как раз остановился седан.
Из него показался Мурзалиев, с женой. Она была беременна…
— Иди сюда, ты…
— Богдан! Богдан, стой… Богдан… Ты же полицию вызвал, Богдан! — выкрикнула я и побежала следом.
Но куда мне успеть…
Когда я подбежала, Богдан уже бросился в драку и пустил в ход кулаки. Мурзалиев сначала опешил, потом начал отбиваться, как умел. Жена директора магазина кричала, звала сыновей.
Вот это свалка намечалась!
— Дрянь, паскуда! Что этот человек делает здесь? Салим, скорее, Салим! Вызывай полицию! — громко крикнула она.
— Полиция уже едет. Скоро она будет здесь. Чтобы арестовать вашего мужа. Ублюдка! — вырвалось у меня изо рта.
— А ты кто такая?! Ааа… Ты сестра той шалавы, которая ноги перед моим мужем раздвигает. Надеялась отсрочить увольнение, тоже раздвинув ноги, или пришла продать услуги своей сестрички подороже? — надменно произнесла она.
Клянусь, если бы не беременность, я бы стянула платок с ее головы и за волосы хорошенько оттаскала.
— Закрой свой грязный рот! Посмотрим, как ты запоешь, когда он за решеткой окажется, потому что сбил ребенка.
— Какого ребенка, что ты несешь? Муж никого не сбивал! — истошно завопила она, сильно занервничала. — Салим, скорее в дом. Пусть эта сумасшедшая…
— А ну стой… Чего это ты так занервничала, а? — вцепилась я в ее локоть.
— Отпусти! — заверещала она.
Раздался вой сирен полицейской машины.
Дерущихся мужчин бросились разнимать, а жена Мурзалиева попыталась изобразить обморок, но на нее никто не обращал внимания.
Мурзалиева, с разбитым лицом, превращенным в лепешку, грузили в полицейский уазик.
— Сгниешь в тюрьме, сволочь! Слышишь? Я тебе устрою. Жди горячий прием! — ругнулся Богдан.
— У тебя кровь… — дотронулась я до его рукава.
— Выхватил немного, ерунда! — отмахнулся он. — Как ты?
— Не знаю. Такой вечер сумасшедший…
Наш разговор прервал громкий крик жены Мурзалиева.
— Салим, постой! Что ты творишь? У них нет никаких доказательств… — запричитала она.
Прямо у нас на глазах развернулась целая семейная трагедия. Салим, подросток лет пятнадцати, бросился к полицейским и требовал, чтобы арестовали его, а не отца.
— Это был я. Я был за рулем! Отец не виноват! — выкрикнул. — Он не знал, что я взял его машину. Не знал… Я взял машину без спроса и… погонял по городу. Папа, прости.
— Что ты творишь? Молчи! — ругалась его мать.
— Молчи, иди к матери, и не ной. Не слушайте его. Он несовершеннолетний. Машина моя. Я был за рулем…
— Проверим, — отрезал полицейский.
— Это точно был не он, — вдруг встрепенулась я. — Послушайте… Мурзалиев — та еще сволочь, непорядочный человек. Но в тот день, когда случилась беда, я была на работе, мы делали ревизию.
— Замолчи.
— Это можно проверить по камерам, если записи не стер, конечно.
— Мы все проверим, о результатах сообщим! — пообещал полицейский, посмотрев на Богдана.
— Это правда? — поинтересовался он, посмотрев на меня. — Про ревизию.
— Да, мне нет смысла врать, и посмотри на мальчишку, его трясет. Думаю, это реально был он… И мать, судя по всему, была в курсе. Ты слышал, что она сказала, да? Мол, у них нет доказательств. Наверняка, машину загнали на ремонт…
— Неважно, кто виноват! Он или его сын! Кто бы это ни был, он ответит по всей строгости закона! — отрезал Богдан. — Скажу больше, я уверен, что он знал. Все они знали… Мрази.
Как это все сложно… Покрывали виновного сына, молчали…
Я могла лишь надеяться, что никогда не окажусь в ситуации, когда передо встанет выбор — защитить своего ребенка ценой здоровья другого…
Глава 25
Она
После эмоциональной, драматической сцены мы не сразу разъехались по домам. Так вышло, что Богдан начал кружить по городу на машине, а я не противилась этому.