Изгой (СИ)
Чего боялся? Сам не пойму. Наверное, привычки из прошлой жизни сказались. Раскрыли — значит провал, со всеми вытекающими неприятностями.
— Прелестно, прелестно… — бормотал тем временем Пётр Петрович, составляя стёклышки в различных вариациях. — Так-с, а это у нас что? Ох ты… даже так! Потрясающе, просто невероятно…
«Ну всё, трындец. Нашёл», — подумал я и скривился, словно клопа раскусил.
— Ну что могу сказать, молодой человек, — док сделал паузу, чтобы уложить обратно прибор.
«Да уж скажи что-нибудь», — скрипнул зубами я, ожидая плохих новостей.
— На подобный результат я даже боялся рассчитывать, — ответил он, роясь в недрах своего саквояжа.
— А поподробнее? — вкрадчиво спросил я.
— Думаю, мы сможем вернуть вам магию… Нет, я просто уверен, что вернём, — пояснил он, продолжая чем-то греметь. — Не сразу, не вдруг, процесс будет долгим. И вам потребуется приложить немало усилий… А, вот, нашёл.
Док повернулся ко мне, я увидел толстую цепь, свисающую из пухлой ладони. И камень в окладе из червонного золота. Размером с перепелиное яйцо и лазурно-молочного цвета. Вокруг камня переливалась едва заметная аура.
— Это что? — насторожился я.
— Реконваленсер Дживы. Восстановитель магических структур, если проще, — пояснил он и надел цепь мне на шею. — Артефакт древний, редкий и дорогой, но ваш Род может его себе позволить.
«Ну ещё бы не мог».
Я нащупал пальцами камень. Гладкий, тяжёлый… и тёплый.
— Ага, почувствовали? — улыбнулся Пётр Петрович, заметив, как у меня дрогнула бровь. — Артефакт уже начал работать. Специальные добавки в золото положительно влияют на регенерацию маны, а особым образом зачарованное плетение придаёт физической бодрости. Носите его не снимая. К концу недели посмотрим на результаты.
— «ОК», — чуть не брякнул я, но вовремя спохватился. — Хорошо, док. Что-то ещё, или я побегу.
— Нет. Я и сам собрался уходить. Ежедневное наблюдение вам уже ни к чему. Это я заберу, — он спрятал малахитовый кристалл в саквояж. — Ароматизаторы вы и сами сможете поменять. Всего доброго, юноша, до пятницы.
— Всего доброго, док.
— И не забывайте пить порошочки, — напомнил он уже в дверях.
Ещё раз мы с ним попрощались, когда я обгонял его в коридоре.
— Мишенька! Что за вульгарный наряд⁈ — услышал я матушкин голос, сбегая по широкой лестнице в холл. — А этот ультимативный кумач? Он тебе совсем не идёт… Куда ты, сынок?
— На пробежку! — откликнулся я, перепрыгивая через две ступеньки.
— Осторожнее, расшибёшься! — вскинулась она и протянула руки, чтобы меня подхватить.
— Мам, прекрати, я уже взрослый, — увернулся я от материнской заботы и толкнул тяжёлую дверь.
— А Пётр Петрович? — спохватилась она. — Он разрешил?
— Разрешил. Док сейчас спустится. Поговори с ним, — крикнул я, выбегая на улицу.
* * *Род Смолокуровых, в самом деле, не бедствовал, и это, если мягко сказать.
Особняк располагался посреди соснового бора. Нет, деревья в ближайшей округе выкорчевали и вместо них разбили сад, цветники и газоны, но там дальше да, лес. Причём я даже «Панорамой» не видел ограды.
Архитектор, кем бы он ни был, придерживался стиля барокко Петра. Центральный портик с колоннами, фасад в два крыла, крыша, крытая листами железа. Кстати, вон те окна на третьем этаже — моя комната. Покои, как здесь принято говорить. Единственно, цвет стен не впечатлял. Невыразительный какой-то. Бледно-жёлтый.
По большому счёту, я мог прекрасно бегать вокруг усадьбы. Там и дорожки гранитной крошкой отсыпаны, и сам он был размером со стадион. Но я хотел совместить спорт и разведку, поэтому направился к главной аллее. Обогнул круглую чашу фонтана, подышав влажной свежестью. Мимоходом полюбовался героической композицией в центре…
В потоках шумящей воды голый мужик спасал голую девушку из щупальцев морского чудовища. Мужик мускулистый, девушка с хорошей фигурой. Местами, так с очень хорошей.
«Интересно, это скульптор что-то курил, или такие чудища здесь реально водятся? А девочка ничего, жопастенькая. Мужик, вообще, красавчик, — отметил я и обратился к Мишеньке: — Слышь, недоросль, вот к чему ты должен стремиться. Видел, какие дельты? Накачаешься, будешь таких же тёлок спасать. Смекаешь, о чём я?».
Это я так его мотивировал, но тот не ответил. Или не услышал. Или проигнорировал. Да и хрен на него.
Я уже бежал вдоль живой изгороди, наслаждаясь розовым ароматом. За стриженной в длинную коробку кустами пестрело красным, белым, лиловым. Торчали шары и колонны сформированных туй. Мелькнула ещё парочка статуй, но кто и кого там спасал, было не разобрать. Далеко.
Под ногами хрустел гравий, ветерок разгонял запахи лесных трав, дорогу перечёркивали тени шикарных сосен — толстых, с густыми кронами, растущих через одинаковые расстояния. Вряд ли они здесь сами выросли. Их посадили. И посадили давно — такие деревья обычно называли вековыми. Род Смолокуровых, похоже, и вправду древний.
И ещё я заметил один непонятный момент. Среди сосен я почувствовал себя лучше. Золотистые стволы словно делились энергией. Хвойный дух бодрил хлеще, чем скипидар между булок… Сравнение грубоватое, но отчасти, возможно, и верное. Если вспомнить, из чего скипидар добывали.
Отмахиваясь от комарья, унюхал отголоски едкого дыма, уловил смутное движение в лесу, что-то лязгнуло и, показалось, что услышал шум мотора. Звук донельзя странный. Низкий, шипящий, неровный, как будто мотор тот троил. Автомобиль? Я попытался вспомнить, какие они были в XIX веке, но ничего конкретного в голову не пришло, и я оставил эту затею. Да и потом, какие автомобили в лесу?
Но заметочку сделал. Надо этот момент прояснить. Позже, когда тело окрепнет.
По пути попалась парочка перекрёстков. Условных, конечно же, без светофоров. Обычные тропинки отходили от главной дороги и скрывались в кустах. Куда они вели, я решил выяснить позже, на сегодня уже был чёткий план.
Наконец, отмахав не меньше полутора километров, я упёрся в забор. Вернее, в ворота.
От высоченных кованых створок с цветочным рисунком в две стороны разбегались ряды кованых пик. С натуральными остриями на наконечниках и золочёнными вилюшками по древку. Мне такое не нравилось, оружие должно быть оружием. Забор, кстати от добрых людей. В смысле, что для злоумышленников — не преграда. Хотя… Я заметил лёгкую красноватую ауру вокруг пик. Какое-то поле? Трогать не стал, ну их к бесу с их непонятной волшбой. Неприятностей мне и без того за глаза хватало.
«Ох, чёт переборщил я с дистанцией для первого раза. Мишенька завтра охренеет», — злобненько подумал я и побежал обратно.
Лёгкой трусцой.
* * *Контрастный душ, обед — я вновь весёлый и бодрый сидел в позе лотоса и тянул:
— Ом-м-м-м…
Нужно было побыстрее вывести Дары хотя бы на третий уровень. И не потому, что я торопыга. Просто пока вспомогательные способности не достигнут третьей ступени, «Интуит» не тронется с места. Такая вот особенность.
С «Интуитом», вообще, всё непросто. Он двойной, и его развивать сложнее, чем остальные. Сначала растёт нить «Инсайта» (предвидения), и только когда она достигнет четвёртого уровня, стронется «Модуль» (способность влиять на ситуацию). Именно поэтому нас по малолетству и обучали рукомашеству. Потому что хрен ли толку предвидеть, когда повлиять не можешь? Интуит без вспомогательных Даров — не боец. Так, свинтить, если только вовремя и по-быстрому.
Со вспомогательными Дарами есть свои трудности. Сейчас они у меня все на единичке. И я могу активировать лишь самые слабые суб-способности, а это уровень детских шалостей. Где-то подсмотреть, что-то разбить, напроказить по мелкому.
Как «Псионик» я разве что и мог заставить нос почесать. Ну или что-нибудь близко к этому… Палец, например, в опу засунуть.
Следующая суб-способность — «Внушение» — откроется только на третьей ступени развития. Вот тогда да, тогда я могу дать посыл к последовательным действиям. Да хотя бы элементарное: пойди-возьми-принеси. Нет, в принципе, и так можно попросить. По-хорошему. А когда надо что-то украсть? Кого-то побить? Я уже не говорю о чём-то серьёзнее. Вот то-то и оно. «Локус контроля» активируется и вовсе на пятой ступени, но это уже непосредственно боевая способность.