Рута Нортвич, человек и некромант (СИ)

И тонкая длинная кисть с алыми хищными коготками приложила свой связной артефакт к платёжному механизму.
Две минуты в ожидании готовящегося кофе показались униженному Руте вечностью. Ещё эта девица в фартуке понимающе хмыкнула: сопоставив ярко-красный спорткар, стильно одетую Заразу с платиновой картой и нечёсаного Руту в драных поношенных джинсах с чужого бедра. Рута рассвирепел. Да как эта пигалица могла подумать, что бы он — и на содержании у какой-то Заразы⁈.. И мстительно убил ей все продукты в кофейне.
— Что, вернулась, презренная? — высокомерно заявил Рута, садясь в машину и не зная, как по-другому скрыть радость от внезапного появления слуги. — Осознала, что служить мне — это честь и другой такой работы тебе не найти?
— А ведь вчера на «вы» и по имени-отчеству, — покачала головой Зараза. — Быстро же мой птенчик оперился. Что, босс, перенервничали? Ну, простите, что вам одному пришлось в присутственное место идти. Справились же. Я вам мороженку куплю, хотите?
— Ты меня бросила! — набросился на неё Рута, едва сдержав позорный всхлип. — А я… я… а там НинПална ещё эта… Как вы могли? Я думал, ты вообще больше никогда не придёшь!
— Господитыбоже, — пробормотала Зараза. — Я же вам написала, что возьму отгул на полдня, у меня дела были. Но вы, конечно, сообщения не читаете. Вам что, как моей бабуле, на бумажке записать пошагово, как мессенджеры открывать? Пейте свой кофе, босс.
Кофе был вкусный. На пенке девица нарисовала не солнце мёртвых, но тоже сильный знак — звезду в круге и ещё обвела сердечком. Вроде как приняла его за служителя местного культа и расписалась в преданности их верховному демону. Преданность — это хорошо. Может, Рута к себе её переманит, когда прилюдно утрёт нос этому Вельзевулу, или как его там. Надо Заразе сказать, чтобы онлайн баттл с этим демоном организовала.
— Какие у тебя могут быть дела, прах на моих ногах? — опомнился Рута. — Лишь из моей милости ты ещё топчешь эту землю, а не корчишься в муках в вечном пламени загробного мира!
— Под.
— Чего?
— Прах под вашими ногами. Если «на» — то получается, что у вас просто ноги грязные. Так себе звучит. Вам бы копирайтера грамотного нанять, босс. Ну, для устрашения. Да и вечное пламя… С нынешними расценками за отопление это грешную душу только согреет. Лучше угрожайте ипотекой под пятьдесят процентов на том свете.
Рута насупился, но запомнил.
— Так чем занята то была? — буркнул он.
— Ничем. Просто с семьёй хотела побыть, — пожала плечами Зараза.
Этого некромант уже стерпеть не мог.
— А я тебе кто? — обиженно взревел Рута.
Он же этой Заразе и властитель, и работодатель, и благодетель… Да чуть ли не мать родная!
— Босс в пальто, — хмыкнула Зараза. — А кем хотите быть? Моё трепетное сердечко, если что, уже занято отцом того непочтительного ушлёпка. Он мне, кстати, муж по совместительству. И по паспорту. Градоначальником ещё подрабатывает.
— Да понял уже, — буркнул Рута. — Что мне твоё сердце, презренная. Старая ты для меня. Хоть и красивая. Подари мне свою душу и будем в расчёте.
— Не облезете, босс? Душу вам. Давайте лучше в китайский ресторан свожу — там вам и сердце будет, и почки, и прочие потроха.
В китайском ресторане Рута открыл для себя устричный соус и куриные желудки, и уже сам готов был отдать душу шеф-повару. Люди там сидели большими шумными семьями, оттого вдвоём с Заразой они смотрелись немного чужеродно. Своей семьи Рута не знал, ибо был подкидышем и только пробудившаяся в нём магия позволила избежать печальной судьбы. И отчего-то тоска взяла.
А ведь эта тоже вчера грустила. Ей-то с чего… Вон, и муж есть, и дитя. А-аа, точно… Татарин же рассказывал вчера про родителя её. И что злодея-убивца так и не сыскали, да и в целом обстоятельства смерти очень уж мутные были. И что денег Зараза в расследование целую уйму вбухала, да так ничего и не узнала.
Решено! Сделает он ей доброе дело. А то, ишь, вздумала какие-то там отгулы брать из-за хандры своей! О нём Зараза должна думать, а не о прошлом! Исключительно о его благе печься!
 
На следующий день Рута узнал у не по возрасту многомудрого ушлёпка, на каком погосте покоится его безвинно и загадочно убиенный дед. Правда, пришлось прежде познакомиться с мужем слуги, потому что дверь открыл именно он. Рута такой вариант предвидел, а потому заранее подготовил для несчастного утешительные слова. Ну, бывает. Ну, досталась жена ведьма — так не всем же в супружестве везёт. Вон, принц-консорт скарратонский сам терпел, и нам велел. Принц, правда, недолго терпел и от королевы своей сбежал уже через два года, но о том горемыке знать не надобно. Однако ж многострадальный градоначальник несчастным вовсе не выглядел, а при каждом упоминании своей Зазнобы лишь улыбался. Точно, околдовала, а прежде всю душу у бедолаги вынула. Борщи ему, поди, каждый день варит.
Тем не менее искомое было вызнано и Рута торжественно объявил слуге, что завтра они едут на кладбище.
— По работе соскучились? — лишь хмыкнула она. — Подарю вам формикарий — развлекайтесь на досуге, мастерство оттачивайте. А в общественных местах внимание к себе прошу не привлекать.
— Вот Заеда, для тебя ж стараюсь, — проворчал некромант.
Сам отыскал нужную могилу и подвёл к ней Заразу.
— Вопрошай же, ничтожная, — торжественно сказал он, простёр руки, и над могилой заклубилась густо-фиолетовая магия смерти. — Из первых уст, так сказать. Сорви покровы с тайн прошлого и успокой уже свою мятущуюся незнанием душу. Решил я услугу тебе оказать и, заметь, бесплатно.
Зашевелилась трава, загудела потревоженная земля, а Зараза закаменела лицом, рассмотрев наконец надгробье. Это она от радости, понял Рута. Не знает, как благодарность хозяину выразить. Но в следующий момент магия развеялась, а Рута зашипел от боли, получив чувствительный удар зонтиком по пальцам.
— Да что ж вы за дебилушка у меня такая, босс, — тихо сказала Зараза.
— Чего!.. — взвился некромант, дуя на отбитые пальцы. — Вот сама и спросишь у родителя, кто его порешил, да зачем!
Но Зараза не ответила, а молча развернулась и зашагала прочь, увязая тонкими каблучками в кладбищенской земле.
Нагнал он её на парковке. Зараза сидела на капоте своей «ламбы» и задумчиво крутила в пальцах незажжённую тонкую сигарету с золочёным фильтром. Рута и не знал, что его слуга тоже этой вонючей пакостью балуется. Он осторожно присел рядом.
— Эй… Презренная… Ну ты чего? Я ж как лучше хотел. Для тебя ж старался…
— А о моих чувствах вы не подумали, босс? — Зараза снова улыбнулась той печальной улыбкой, что Руту ещё у Чеки напугала. — Каково мне будет увидеть то, что там спустя пятнадцать лет осталось? Да ещё и говорить с ним…
— Так давай я сам спрошу! А ты тут посиди пока, — подскочил Рута.
— Не нужно, — опять улыбнулась она, удержав Руту за руку. — Прошлое должно оставаться в прошлом. Я его давно отпустила. А вот вы меня удивили, босс. Надо же, не думала, что вы способны за кого-то переживать.
— Хороший хозяин всегда заботится о своих слугах, — гордо сказал некромант. — А то ходишь в последние дни как в воду опущенная, печалишься. А я страдаю от недостаточного твоего усердия!
— Да не потому я печалилась, — хмыкнула Зараза. — Привыкла к вам, босс. Расставаться не хотелось. Ну, да пришла пора. Вот, босс, держите. Возвращайтесь уже в свой Скарратон, как мечтали.
И протянула ему аккуратно скрученный лист пергамента.
— Чего это? — замерев, спросил Рута.
— Насколько я сумела расшифровать, заклинание для создания межпространственного перехода. Несложный язык, кстати: явное сходство с германской группой, очень близок к нидерландскому.
Рута уставился на корявые значки, с ужасом признав собственный почерк. И вспомнил.
…крепко же он тогда надрался. И бахвалился в кабаке перед местными магами, что ему, великому и ужасному Амарутанису, не то, что этот — и тот свет нипочём! На слабо его, кажется, и взяли… Рута смутно припомнил, что сам залез в запретную секцию университетской библиотеки… Выкрасть старинный фолиант он, конечно, не мог — чары на нём стояли такие, что и магам высшего уровня нарушить их не под силу. Зато выписал себе могучее заклинание — вот он сейчас этим высокомерным скарратонским магам покажет! А дальше…