Инкарнация (СИ)

– Я хотела совсем другого, – покачала головой Адель.
– Ты получила то, к чему шла, дорогая. Раньше надо было думать. А теперь… соберись и будь королевой. Другого уже быть не может.
Когда леди Сания вышла за дверь, Адель легла на подушки и накрыла лицо ладонями, однако снова заснуть она боялась, поэтому провалялась совсем недолго и решила наконец выбраться из постели. Случилось то, что случилось. Она уже не могла изменить прошлого. А вот будущее… Теперь будущее, королевства и ее собственное, зависело от нее.
Только она накинула на плечи синий халат, как в дверь постучали, и на пороге появилась высокая женщина в темно-бордовом платье. На груди ее сверкал амулет в виде лунного месяца. Она присела в реверансе, склонив голову.
– Вас ожидает Канцлер, – тихо сказала она, заставив Адель окаменеть на месте, а потом подняла голову и хищно взглянула на нее. – Немедленно.
***
Адель вышла из своей королевской спальни следом за женщиной, предпочитая оставаться молчаливый – вдруг сболтнет что-то невпопад. Теперь каждое слово придется взвешивать, чтобы не выдать себя. Она уже стала обманщицей и убийцей, и наказание за это вряд ли будет мягким. Она не могла позволить себе еще одну ошибку.
– О! – только и выдохнула Адель, когда они завернули за угол и оказались перед непримечательной на вид дверью.
Женщина повернулась и изогнула бровь.
– Как видите, Канцлер не теряет времени даром. Он велел переместить его апартаменты ближе к королевским.
– То есть…
Адель хотела сказать, что она не намеревалась идти к нему в спальные комнаты, а держала в уме хотя бы рабочий кабинет, но в этот миг дверь отворилась, и на пороге вырос сам Канцлер Фрост. Он был в белой батистовой рубашке и черных брюках, и Адель невольно порадовалась, что он не в халате. Пожалуй, она не могла бы представить этого человека в чем-то столь домашнем. А вот она сама куталась в синий халатик, который еле прикрывал ее тонкую сорочку.
– Заходи. – Он посмотрел прямиком на Адель, которая задрожала еще больше. И все же она не была готова так скоро оказаться с ним лицом к лицу. Не после всего, что произошло. Она бы с радостью отгородилась от Канцлера и стала бы строить свою жизнь по-новому, но приходилось все же его учитывать. Неизбежное зло.
Под его пристальным взглядом Адель зашла внутрь, а сопровождавшая ее женщина осталась снаружи.
Адель оказалась в комнате, заваленной бумагами и книгами. Под тоннами документов она разглядела письменный стол, простой, прямоугольный, без каких-либо вензелей или украшений. Полки по обе стороны от стола скорее всего были сделаны не для книг, а для аксессуаров, подумала Адель, разглядывая секции под драгоценности, перчатки, туфли. Должно быть, здесь находился гардероб, который Канцлер велел уничтожить, а потом захламил кипами бумаг. Дальше в арочном проеме виднелась кровать – чудовищная в своих размерах. Интересно, кто же раньше занимал эти комнаты? Кто жил рядом с королевой, если не…
Король?
Прежний Канцлер?
И тут Адель заметила в углу бывшего гардероба деревянный манекен, на котором висел… белоснежный сюртук. Холод пробрался под тонкую ткань халата и сорочки, заставив Адель поежиться. Прошлое… настоящее…
О Королева! Он велел привести ее в спальню, а не в кабинет…
И этот сюртук из ее сна! Канцлер в белых одеяниях, божественно красивый, убийственно опасный!
– Надеюсь, ты выспалась, – привел ее в чувство равнодушный голос Канцлера Фроста. – Нам многое нужно обсудить, особенно наши планы на ближайшее будущее.
Адель расправила плечи и повернулась к нему лицом.
– Я слушаю, – сказала она с величием королевы.
Лицо Эрика Фроста оставалось каменным.
– Это не та игра, в которую тебе стоит играть со мной, моя королева, – отозвался он, чуть склонив голову набок. – Проясним сразу: ты – королева, я – тот, кто управляет страной и королевой, – сказал он, отчеканивая каждое слово.
Ей хотелось возмутиться, но она смолчала.
– Почему вы позвали меня сюда? В спальню? – Адель сложила руки на груди. Лучше прояснить все сейчас, пока она не попала в очередную неловкую ситуацию. – А не в кабинет, к примеру?
 
Фрост посмотрел на нее с такой злостью, что Адель сразу же пожалела о своей дерзости. Может, и впрямь стоило немного помолчать и поулыбаться, пока он не отпустит ее, а потом уже решить, как поступить дальше.
– Запомни. Никогда, ни при каких обстоятельствах, не приходи в мой кабинет.
В его голосе появились стальные нотки. Что там, в его кабинете? – тут же подумала Адель. Вот зачем он так сказал? Запретный плод…
– Это не место для девушек, королевы они или нет. Монсальваж под моим контролем, королева не имеет никакого веса в политике. Принцессы-регенты прекрасно понимали это и, по крайней мере в открытую, никогда не переходили границ дозволенного. И ты не будешь.
– И для чего тогда королева, если она не может править своим королевством, – выпалила Адель и вновь встретила свирепый взгляд.
– Ты можешь править своим гардеробом, править балом, можешь выбрать торт на торжество или само торжество. Но не более, Адель. Да и сама подумай, – Канцлер будто немного смягчился и отступил от нее на пару шагов, приближаясь к белому костюму. – Разве не лучше довериться тому, кто разбирается во всех делах? Это разумно. Что ты понимаешь в устройстве королевства? Знаешь ли что-то о политике? Об угрозах внутренних и внешних? – Канцлер снял с манекена сюртук и ловко накинул себе на плечи, хотя Адель видела, что костюм еще не доделан. – Иди сюда, – позвал ее Фрост. – Мне нужно, чтобы к коронации ты доработала мой парадный наряд. Я никому не позволю прикоснуться к…
Взгляд Адель вдруг затуманился, и ее снова будто выкинуло в тот сон, где Фрост… где он склонился над ней, касаясь черными, как смоль, волосами ее щек. Эта фраза… Он кажется говорил ей что-то такое во сне. У нее перехватило дыхание.
«Я никому не позволю прикоснуться к тебе, кроме меня».
– … ко мне, кроме тебя, – договорил Фрост. – Меня давно хотят отравить, уже пытались, но безуспешно. А тут такой случай, коронация. Я должен быть начеку, и ты мне в этом поможешь. К тому же, я слышал, ты мастерица.
Адель тут же вздрогнула и посмотрела ему в глаза. Что он знал о ней? Выяснял? И ведь он даже знал, где она жила!
Она приблизилась к Канцлеру, стараясь оценить сюртук и сколько еще нужно было над ним поработать. В этом белом одеянии Фрост казался еще более крепким, будто высеченным из ледяной скалы. Не хватало золотого канта и пуговиц… Адель закусила губу, проводя ладонью по мягкой ткани, такой податливой.
Канцлер вдруг приподнял ее голову за подбородок, заставляя посмотреть на него.
– Ты ведь не захочешь убить меня, Адель, правда? – спросил он. – Ты в долгу передо мной. Я сделал тебя королевой.
Убив другую.
Адель отпрянула, но быстро собралась с духом и улыбнулась.
– Коронация совсем скоро, – проговорил Канцлер серьезным голосом. – Гортензия и ее брат Георг будут твоими помощниками, они подскажут и выручат, если что-то пойдет не так, ведь ты далека от придворного этикета. Но… все теперь считают тебя королевой, а значит ждут открытия Грааля. Я постараюсь узнать, что нам делать с твоей меткой. – Он ухватил Адель за руку и снова всмотрелся на оставленный там знак. – И как нам заставить поверить всех, что магия возвращается. Пока мы видели лишь всплеск силы в момент гибели Джудит.
– Так что же произошло тогда? – спросила Адель.
Канцлер скинул с себя сюртук, возвращая его на место, потом взял Адель за руку и повел дальше, в свою спальню, останавливаясь возле кровати.
– Что? Вы что? На такое мы не договаривались, – встрепенулась Адель, не собираясь подчиняться Фросту, если он вдруг что надумал. Ночь. Спальня. Канцлер и Королева. Отличный расклад.
– Я не трону тебя, – сказал он, – забирайся в постель. Быстро.
Адель плюхнулась на кровать, а Канцлер вытянулся рядом с ней, склоняя голову к ее плечу и будто бы… вдыхая…