Снегурочка против воли (СИ)

- Снежа…
Сайрон был растерян, он не знал, что делать, а моя выдержка дала сбой.
- Сайрон, после нового года, я уеду, навсегда.
***
Когда я проснулся и открыл глаза, увидел пятна… Вроде все как обычно, но теперь пятна стали немного более четкими и обрели цвета.
Раньше для меня было два вида пятен, светлые и черные, а теперь я вдруг смог различать голубой, красный, зеленый. Сначала я не мог поверить, но вскоре не было смысла отрицать, я стал видеть лучше!
Это потрясло меня настолько, что я был вне себя от счастья. Встреча с наместником так же расставила многие вещи на свои места.
Мэтт действительно не справился с управлением герцогством, а я заново взялся за свои дела, от чего мой кошелек пополнился значительной суммой.
Эти деньги я знал, как буду тратить, впервые мне хотелось купить платье, и я даже был готов потратить на это несколько часов. Мне и самому нужно было приодеться, поэтому вместо ожидания потратил время на примерки для костюма.
До нового года осталось пара дней, и я с Снежей должны были появиться на балу во всей красе, особенно Снежа…
Я хотел сделать для нее хоть что-то хорошее, за все, что она сделала для меня.
Но как бы я не старался, девушка сегодня была не похожа сама на себя. Она была грустной и подавленной.
Я решил узнать о ней больше. Но наткнулся на стену, которая, разделяла меня и девушку.
Надежда, что красивое платье поднимет ей настроение также оборвалась на корню.
Окончанием вечера стала сцена дома. Мать, испуганная присутствием огромного волка, заперла его на кухне.
И Снежу это расстроило настолько, что она расплакалась. Я пытался успокоить ее, и услышал самые ужасные слова, к которым был совершенно не готов:
-Сайрон, после нового года, я уеду, навсегда.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 37
 
Сначала герцог опешил, его лицо приобрело задумчивый и грозный вид.
Я отпустила волчка из хватки и серый решил оставить нас вдвоем.
Пока Сайрон молчал, я сидела на полу и рассматривала котелки, стол и кухонные приборы.
- Почему? – наконец спросил он.
Это был не совсем тот вопрос, который я ожидала услышать, но и на него я дала ответ.
- Мне нужно вернуться к семье.
- К той, которая выгнала тебя на улицу зимой?
В его голосе было недовольство, он потер переносицу и нахмурился.
- Сайрон я ведь говорила, что никто не виноват, только я.
- Я не понимаю, почему ты не можешь остаться?
- Просто не могу.
Из глаз снова покатились слезы.
- Отлично – пробурчал он.
После развернулся и вышел, так и оставив меня на полу.
Разговор был недолгий, но тяжелый и на моей душе висел огромный камень.
Я вышла из кухни и столкнулась с Оливией.
- Снежа,, что с тобой?
Должно быть мать герцога заметила мои припухшие глаза и красный нос.
- Все в порядке…
- Сайрон тебя обидел?
Ее предположение меня оскорбило.
- Сайрон меня никогда не обижал, он самый замечательный человек из всех, что я встречала.
Мы стояли друг напротив друга и глаза женщины были полны недоумения.
- Я пойду спать – сказала я – Приятных вам снов.
Как только я дошла до комнаты, обнаружила, что Сайрона нет. Было больно, что он обиделся на меня. Последние свои дни, я не хотела проводить в одиночестве.
Но выбора мне особо никто не давал, поэтому я улеглась на кровать замотавшись в одеяло и снова дала волю своим чувствам.
***
Я просидел в кабинете несколько часов, дожидаясь пока звуки стихнут и все уснут.
После этого я вышел и решил спуститься в низ по лестнице в гостиную, чтобы немного посидеть на любимой софе рядом с портретом маленькой Розы.
Но оказалось в гостиной я был не один, в свете камина я обнаружил большое двигающееся пятно и сразу понял это волк.
 
- Что серый, отдыхаешь? – спросил его я, не знаю зачем, ведь ответа животное мне дать не могло.
Конечно он молчал, но с места не сдвинулся, что уже было хорошо. Я уселся на софу. Теперь, когда пятна стали яре и чётче смотреть на портрет Софии было приятнее, конечно я ничего не видел, кроме серебряной рамки, отражающей свет луны и камина, но теперь я хотя бы мог частично различать форму рамки.
- Ты знаешь, что твоя хозяйка решила уйти от меня? – обратился я к волку.
На удивление тот фыркнул.
- Я тоже не понимаю, зачем ей уходить, но что я могу поделать?
Волк зашевелился, я отчетливо слышал, как он встал.
- Но знаешь, я не хочу оставаться без нее… - я не сознался бы в этом никому, только безмолвному другу Снежи, который не смог бы это рассказать.
Волк подошел ко мне, и я почувствовал, как он положил свою морду мне на колени.
Я положил ладонь на его голову и начал гладить. Теплая шерсть давала какое-то успокоение. И я стал понимать, почему Снежа так ценила своего питомца.
- Когда она пришла я мог ей дать денег, чтобы она оставила меня в покое. Но мне было страшно, снова остаться одному в темноте.
Я зажмурился и вздохнул. Волк молчаливо слушал, а в камине потрескивали полена.
- Я больше не боюсь темноты, и я бы с легкостью остался один, но только не без нее. Ведь она больше, чем просто человек рядом, как были другие. Она дарит мне смысл…
Так мы и просидели с волком. Когда полена догорели я накидал новых и направился спать.
В такие моменты мне было особенно жаль, что я ничего не вижу. Снежа спала, я слышал ее ровное дыхание, как же мне хотелось провести пальцами по ее волосам.
Или хотя бы увидеть ее один раз в жизни. Мне хотелось ее запомнить. Хотя и без единого взгляда я знал, эта девушка отпечатается в моем сердце на всю оставшуюся жизнь.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 38
 
Настроение было отвратительным, утром, разлепив глаза я ели заставила себя встать с кровати. Мне ничего не хотелось, но нужно было приготовить есть и заставить Сайрона выпить отвар.
Поэтому я направилась на кухню, где столкнулась с матерью герцога.
- Доброе утро – вздрогнула Оливия.
- Доброе – без особого энтузиазма сказала я. Но мать герцога не была виновата в моем ужасном настроение, поэтому я постаралась проявить дружелюбие. – Вы решили приготовить завтрак?
Оценив беспорядок, который натворила бывшая герцогиня на кухне, я ели сдержалась чтобы не ахнуть.
- Да, но у меня не особо получилось.
- И что вы пытались приготовить?
Я осмотрела липкие кастрюли и никак не могла понять, что именно она пыталась в них сварить.
- Я хотела сварить карамель, меня еще моя бабушка учила. В этом доме нет совсем ничего сладкого.
Спорить здесь было не с чем, сладкого здесь отнюдь не водилось.
- Снежа, а вы не поговорите с Сайроном…Сегодня третий день и мне пора уезжать.
Я нахмурилась.
- Не думаю, что мои слова для него что-то значат.
- Я уверена, что значат – вдохновилась женщина, не получив четкого отказа. Просто мне сейчас совершенно некуда идти – Захлопала она глазами, будто сейчас расплачется.
К скверному настроению мне еще не хватало слез Оливии.
- Хорошо, я поговорю с ним.
- Спасибо! – обрадовалась женщина – Она начала оглядываться. Оценивая натворивший бардак.
 
- Милая ты ведь уберешься?
А вот это было наглостью, самой настоящей и будь я сейчас хоть немного в настроение, заставила бы убираться Оливию самостоятельно, но желание остаться одной пересилило.