В этот раз хочу злодея (СИ)

— Кира, как у тебя там дела? — вывел меня из транса голос наемника, и я тут же опомнилась.
О чем я думаю, вообще? Мне ли не знать законы жанра? Стоит лишь раз пожадничать, как это непременно обернется серьезными проблемами. Особенно для главной героини истории. Хоть я решила прожить эту жизнь вопреки заповедям святой, не стоит забывать элементарных правил жанра.
Словно в подтверждение моих мыслей, от стены откололся огромный кусок породы и с грохотом свалился в воду, поднимая не только брызги, но и заставив пещеру задрожать.
— Все отлично, — после очередного оклика Джинна на этот раз уже с тревогой в голосе, отозвалась я. — Переживать не о чем, я скоро вернусь. Нужно кое-что отыскать.
— Не рискуй понапрасну. Я чувствую странную вибрацию под ногами. Думаю, пещера вскоре разрушится. Нам нужно убираться отсюда как можно скорее.
— Поняла. Это не займет много времени, — кивнула я. А после решительно нырнула в темные воды.
Надеюсь, я успею до того, как закон жанра настигнет меня.
В прошлый раз было куда темнее, да и уровень воды значительно выше, что, впрочем, не помешало мне отчетливо запомнить место, где находилась святыня. Небольшой ларец, от которого исходила божественная сила и мерцала в темноте, покоился прямо у черепа дракона, рядом с его пастью. Именно туда я и поплыла, к счастью, избежав очередного обвала, когда кусок скалы упал в нескольких метрах от меня, едва не погребя под водой.
Кажется, я переоценила оставшееся время. Возможно, уже сегодня пещера не выдержит и будет затоплена. У меня могут быть как часы, так и всего минуты, так что стоит поторопиться, хотя внутренняя жаба буквально рыдала от взгляда на все это золотое богатство.
— Кира? — позвал меня Джинн, когда я доплыла на золотой островок.
— Я цела! — оповестила я, что меня не придавило. Ходить по золотой груде оказалось ничем не лучше, чем по песчаным барханам. Напротив, было скользко и трудно: под ногами то и дело осыпались монеты, украшения и прочие безделицы, норовя утянуть меня обратно в воду.
Я уже даже подумала, что до нужного места доплыть было бы удобнее. Подплыла бы к голове дракона и дело с концом, так нет, решила пройтись, выйдя на остров в районе живота дракона.
Скелет также лежал неудобно, свернувшись в клубок, потому кости хвоста, что прикрывали живот и грудную клетку, заметно усложняли и без того непростой проход.
Сбоку вновь отвалилась скала, заставив поторопиться, когда я в очередной раз едва не соскользнула в воду, испугавшись громкого звука.
— Да чтоб тебя! — выругалась я и уже решила, что вплавь действительно будет быстрее, как нечто, спрятанное меж костей дракона привлекло мое внимание. Оно отличалось от драгоценных сокровищ и белоснежных костей скелета по цвету и форме. Но не только это заставило замереть на месте. Всего на секунду… мне показалось, что я услышала детский плач, наполненный страхом и горечью потери. Он был коротким, но таким тоскливым и одиноким. — Что это? — начала я оглядываться в замешательстве. Быть такого не может, чтобы здесь был кто-то живой. Никто, тем более, ребенок, не мог выжить в этом месте.
Могло ли мне почудиться? Тем не менее, несмотря на все свои мысли о том, что подобное невозможно, я уже не могла просто проигнорировать внутреннее чутье. Благодаря божественным силам, я могла ощущать как скверну, исходящую от монстров, так и биение светлой жизни. Драконы — чудные существа, обладающие всеми перечисленными качествами, не являлись ни людьми, ни монстрами. Их жизненная энергия отличалась от иных возможных, и отголосок этой энергии все еще исходил от скелета.
Прежде я никогда не встречала живых особей дракона. Вероятно, этот скелет — был последним из существующих в этом мире. Потому считала, что энергия, которую я сейчас ощущаю — лишь остаточный след от некогда могущественного существа. Но что, если энергия исходит вовсе не от скелета?
Сглотнув от своей пугающей догадки, я упорно приближалась к месту, которое было сокрыто хвостом. Теперь и предсмертная поза дракона казалась мне странной и такой… оберегающей, точно даже перед лицом смерти дракон что-то отчаянно защищал. И это не может быть обычным золотом.
 
— С ума сойти, — просипела я, стоило только подтвердить свою догадку, в ужасе прикрыла рот рукой и с благоговейным трепетом в свете светляка рассматривала… яйцо.
На самом деле, одно из трех яиц. Единственное уцелевшее.
Теперь… картинка начала складываться. Теперь понятно, почему дракон впал в такую неистовую ярость, что даже погреб себя вместе с охотниками: он защищал свое гнездо. А уж если потерял при этом свое потомство, безумие — полностью оправдано.
Однако… одно яйцо цело. И, сейчас бессмысленно отрицать, что именно от него исходит причудливая энергия жизни. Поборов нерешительность, я приблизилась к яйцу и с опаской положила на него ладонь, пустив незначительный поток маны, чтобы проверить состояние яйца и зародыша.
— Жив… — ощутив едва заметный отклик, выдохнула я, а после в панике и смятении осмотрелась. Хоть зародыш еще и не погиб, уже сейчас понятно, что, потеряв тепло матери и ману, которая должна была его питать, дракончик вскоре погибнет. Теперь у него почти не осталось жизненных сил даже на то, чтобы вылупиться. Но если он это сделает, то без помощи матери умрет от голода. А уж если это произойдет после затопления пещеры — умрет прежде, чем поймет, что родился.
И все же, драконы — слишком большая переменная, которая может повлиять на мир. В прошлый раз драконы считались вымершими, но что произойдет, если это изменить? Не то, чтобы я собиралась становиться матерью драконов, но в голове все еще эхом отдавался детский плач потерянного и испуганного несчастного ребенка…
— Я об этом пожалею… — тяжело выдохнула я, коря себя на чем свет стоит. Но, несмотря на мысленный мат, стала отодвигать тяжеленные даже для меня кости дракона, чтобы освободить яйцо. — Идиотка, мать твою… не живется тебе спокойно. Дейнерис хренова!
Яйцо было довольно крупным, килограмм на семь, а то и десять, перетащить его просто так не получится. Пусть я и неприлично сильная по меркам этого мира, все же плыть с такой ношей — та еще задачка. В руках овальное тяжелое яйцо не понесешь. Потому посмотрела на свою длинную мокрую юбку, что заметно мешалась и, с некоторым злорадством, потянула за край, ополовинив ее до середины бедра. Надеюсь, Джинн меня простит. И оценит длину моих ног. Во всем нужно искать плюсы, верно?
— Кира, как у тебя там дела? Нужно выбираться, земля дрожит. Пещера скоро не выдержит! — услышала я предостережение наемника, пока обматывала яйцо тканью и туго затягивала ручки импровизированной сумки. И без его предупреждения было очевидно, что счет пошел на минуты. Булыжники уже беспрерывно осыпались то тут, то там, упав даже на кости дракона.
— Возвращаюсь, будь готов принять груз! — закинув сумку на плечи, выкрикнула я и вскинула голову, как раз в тот момент, когда на меня падала многотонная глыба. Не среагируй я вовремя, меня бы раздавило вместе с гнездом. — Так вот, каким должен был быть твой конец, малыш? — вынырнув, посмотрела я на искореженный драконий скелет. От гнезда также не осталось и следа.
Ответа, разумеется, не последовало, впрочем, я его и не ждала и стала сильными гребками плыть к выходу из пещеры. Уровень воды уже успел заметно подняться, и она даже переливалась в единственную щель, через которую я попала в пещеру.
— Джинн! — выкрикнула я в проем, борясь с потоками воды, которые старались утянуть меня из пещеры. Рано, я еще не забрала то, за чем сюда изначально явилась.
— Прыгай, я поймаю, — предложил Джинн, который из-за своих габаритов ни в жизнь не пролезет в такую щель.
— Возьми это! — передала я ему сумку. Тот принял и, не заглядывая в нее, вновь подставил руки, чтобы принять меня.
— А ты? — поняв, что я не собираюсь выбираться, задал он вопрос, пока на фоне с грохотом продолжала осыпаться пещера.
— Я не закончила. Если не вернусь через две минуты, убирайся отсюда. Я найду как выбраться, и отыщу тебя вскоре.