Оборотень по объявлению. Табу
Я учил ее некоторым хитростям профессии наемника, давал небольшие задания в городе, и она безукоризненно с ними справлялась. Я бы даже хотел, чтобы полярная лисичка вошла в наш клан, но пока здесь Саша – ее истинный, Леся сюда и шага не сделает. А парень у нас, Бродячих, еще минимум на два года. Его пятилетний срок отчуждения еще не прошел, да и Леон так и не разобрался, что с ним не так. Вот тебе и самый сильный ментально оборотень!
Истинную на другую променял, а та взяла и трагически испустила дух. Парень натворил дел, чуть не застрял в звере и получил принудительный пятилетний отпуск от своего второго «я» – животной натуры. В общем, у Леси и Саши все сложно, и пока сын главы гибридов с нами – лисенок к нам не перейдет.
Хотя хочет! Правда, она слишком добрая для наемника, вся такая положительная. Но вы бы видели ее в разведке! Она словно преображалась, оживала, зажигалась изнутри. Леся получала кайф от процесса.
Никто лучше нее не подойдет на роль новой соседки Нины. Теперь главное, чтобы она согласилась.
– Ты уверен? – спросил Тень, когда я поделился радостной новостью – полярная лисичка будет нашем засланцем.
– Абсолютно.
– Но ты же знаешь ее историю. Она больше не верит в истинность.
– Но она верит в меня, – парировал я.
– А что, если все испортит? Одно дело играть в разведчицу со сверхами, а другое – с людьми.
– Ты же знаешь эту милую девочку. Она не обидит мою Кудряшку. Вот уверен.
– Я не про задетые чувства. Вдруг она начнет ее подготавливать к истинности по-своему? Рассказывать о свободе выбора и прочей ерунде.
– Брось! Зачем ей это? У нее перед глазами примерная пара истинных – ее родители. Леся знает, что парность работает. Просто в ее случае у парня сбой в генах из-за одного Дока.
– Ну как знаешь. Я бы не рисковал.
Я уверенно улыбнулся. Леся сделает все в лучшем виде. И она, несмотря на юный возраст тела, очень мудра душой. Она меня понимает.
– Леся уже согласилась и поехала в квартиру. В подъезде сидит консьержка, а это что? Это же кладезь информации. Так что я жду новостей о моей Кудряшке! Наконец-то узнаю, как ее зовут.
Тень несогласно покачал головой, но промолчал.
***
Леся
Я вошла в подъезд с большим чемоданом в руках и сделала вид, что запыхалась и остановилась у двери. На самом деле, конечно, обычно сверху совсем не тяжело таскать чемодан в тридцать килограммов веса, а уж подготовленному бойцу – тем более, но мне нужно было показать слабость.
Консьержка увидела меня в свое наблюдательное окошко и открыла дверь. Женщина была крупной, но юркой. Бледной, словно на нее и лучик света годами не попадал, но с веселыми морщинками у глаз. Все это я отметила краем сознания, понимая, что задача становится все легче.
Такие люди обычно сами идут на контакт.
– Здравствуйте! А вы… – обратилась женщина ко мне, красноречиво глядя на чемодан.
Ах да, и чувство такта у таких людей отсутствует. Точно.
– Из семьдесят второй. Новый жилец. Оля.
На задании нельзя представляться своим именем.
– Как здорово! А я Надежда Григорьевна. Можно просто – тетя Надя. Ты одна или с семьей?
– Одна.
– Хорошо. До тебя там двое мужчин жили. Работяги по будням, но шумные на выходных. Соседи тут чувствительные. Сильно недовольны были. А ты учишься? Работаешь?
– И учусь, и работаю. Мне некогда гулять, – ответила я и бегло оглядела каморку консьержки.
Маленькое помещение с кроватью, столом, холодильником и телевизором. Плюс экраны с трансляцией с камер. А еще дверь, скорее всего, в туалет.
Значит, она здесь живет!
– А вы тут давно работаете? – спросила я.
– Так уже шесть лет. Как дом сдали, так я здесь.
– Значит, все про всех знаете. Как у меня соседи? Не шумные?
– Какая у тебя, говоришь? Семьдесят вторая? – припомнила женщина, посмотрев вверх и в угол. – Значит, справа от тебя семья живет со взрослым ребенком, а слева – женщина с большой собакой. Гадит иногда в лифте, все возмущаются.
Гадит женщина или собака? Пожалуй, не буду уточнять.
Надо подвести к главному делу. По словам Скалы, у его истинной приметная внешность – мелкие и пышные кудри. Попробую поставить на это.
– Надежда Григорьевна, я тут еще мало кого знаю, но, когда приезжала смотреть квартиру в прошлый раз… – начала я, и на этом месте у консьержки подозрительно сощурились глаза.
Ага, значит, она все-все помнит. И что меня тут не было.
Я сразу использовала то, что успела заметить. А именно – график ее работы. На двери висело, что она на посту до 23, а после открывает по звонку только спецслужбам.
– Я ближе к полуночи пришла, – пояснила я, и тут же настороженность женщины улетучилась. – Так вот. Я тут еще никого не знаю, но очень хотела бы подружиться с девушкой, с которой мы в лифте ехали. Может, вы ее знаете? У нее такие темные кудряшки. Объемные такие.
Я очертила вокруг головы одуван и с облегчением заметила узнавание на лице женщины.
– Так это Нина. Одна у нас такая. Прекрасная женщина. А какие волосы делает! Тут девушки к ней приходят постоянно – уходят такими цацами!
Хлопнула входная дверь.
– Вот как раз ее визитка. Была бы у меня побольше шевелюра – тоже к ней пошла бы. – Надежда Григорьевна провела рукой по короткой стрижке седых волос. – У нее визитка есть. Хочешь?
И тут позади меня раздался голос:
– Надежда Григорьевна, возьмите за месяц! – Жилец явно спешил, и я подвинулась, не забыв цепко схватить протянутую визитку.
Женщина точно могла бы мне рассказать больше, но у меня в руках был настоящий билет в первый ряд. Лучше самого объекта и ее дома мне ничего не найти. Просто шикарное совпадение, что к ней так легко попасть.
Скала мне будет должен за скорость!
Я позвонила Нине сразу же, как поднялась в квартиру. Договорилась о встрече и посмотрела в зеркало. Мои светлые от природы волосы стали отдавать в пепельный с возрастом. В пятнадцать, после предательства своей пары, я сделала стрижку пикси и до сих пор носила ее. Работы Нине, конечно, мало, зато структура волос ее точно заинтересует.
А мне много времени и не надо. Уверена, я быстро справлюсь.
Настал решающий понедельник – день восстанавливающей процедуры для моих волос и день икс для одного лысого оборотня. Скала оборвал мне телефон с самого утра, хотя запись к Нине была назначена на два часа дня. Он не признавался, но я уверена, что оборотень уже стоял под окном дома и посматривал на клумбы. Хотя, может, и не включает садовода вовсе – думает только о своей Кудряшке. Нет, ну надо! Он ей уже милое прозвище дал!
А был такой уважаемый мужик. И что любовь с нами делает?
Меня она, например, уничтожила. Выжгла изнутри. А ведь раньше особу романтичней меня нужно было еще поискать. Все эти сопливые кино о любви с первого взгляда, о предназначении и прочей ерунде крутились у меня на повторе. Как же быстро жизнь показала, что даже истинность – не показатель того, что любимый будет смотреть только на тебя. В моем случае он засмотрелся на одногодку-подружку, а про меня забыл вовсе.
Да, мне было пятнадцать, и я была угловатым подростком, а та – девушкой с формами. Но парность обещала любовь до гроба, да только под деревянной доской оказалась третья лишняя. И нет, не моими силами туда отправленная, а по воле несчастного случая. И мой «истинный» чуть не сошел с ума от горя. И это было невыносимо видеть, нереально пережить. Адская боль сожрала меня – моя душа не выдержала предательства. Я отправилась в Заполярье, надеясь, что истинному нужно понять, что он упустил, чтобы броситься за мной. А он бросился в больницу к Лине, тем самым сбросив меня в пропасть ненужности.
Среди вечной мерзлоты я чуть не умерла. Хорошо, что отец, лучший следопыт в мире (имхо), вытащил меня с того света и из той проруби. В тот момент, когда я билась под слоем льда, уносимая течением, я поняла, что нет мужчины лучше отца. Что семья – это самое надежное, что у меня есть. Остальное больше меня не трогало.