Третья жена хозяина песков (СИ)

— Так что за причина?
Актаур остановился перед подиумом, впереди самого первого ряда гостей. Я заметила, что Берес и сопровождавший его худой человек в роскошном одеянии и с тремя красотками за спиной смотрели на него с легкими полуулыбками, а культист — в черно-красной робе и с таким же знаком на груди, что и покойный Назир, — явно раздраженно. Актаур же смотрел на меня.
От пронзительного зеленого взгляда у меня задрожали колени. Пришлось даже закусить губу и опереться на парочку дивов, чтобы очнуться. Да что он делает-то! Или дело в магии Раузан? Когда она в прошлый раз накачала это тело магией, див Дахар тоже не сдержался. А в этот раз ситуация полярная? Я сама должна бросаться на мужчин?
Судорожно вздохнув, я заставила себя прислушаться к словам Актаура.
И не зря.
— Эта женщина не может стать женой дива Дахара, так как я уже принял ее как свою жену.
От скамеек с гостями донесся отчетливый ропот.
— Это первая причина. Вторая причина — эта женщина уже принесла мне ребенка. И третья — эта женщина не является Оленнарой Нар-туур.
Актаур поднял руку, и вокруг его пальцев заплясали огоньки магии.
— Своей магией подтверждаю, что сказал только правду.
Вот он мерзавец! Очарование пошло на спад. Всем в этом мире нужна Оленнара Нар-туур, и все средства хороши для ее получения!
Див Урахан не растерялся. Все-таки терять выгодную невесту в свой род в его планы не входило.
— Есть кто-то, кто может подтвердить это, Аль-Танин? Без этого, твои слова — пустой звук, так как формулировки расплывчаты, а ребенка почему-то мы здесь не видим.
Они что, собираются препираться тут до последнего?
— Разумеется, есть. Во-первых, сама Ольга, моя жена. Во-вторых — Берес, сотник султана Рохуту, в присутствии котрого я взял эту женщину в жены. И в третьих — сам див Дахар. Он украл эту женщину у меня, силой или обманом сняв с нее покров.
Так, он что, предлагает мне самой признать, что я — его жена, да еще перед всеми присутствующими? Гад, как есть… Обратно, чувствую, слова взять не получится. И что отвечать?
  
Глава 34
 
Со своего места поднялся толстячок Берес. Он тоже поднял ладонь в жесте клятвы.
— Свидетельствую. Я купил эту женщину на рынке Рохуту и подарил моему другу Актауру Аль-Танину. Это подтверждено купчей и дарственной.
Берес продемонстрировал купчую, Актаур — дарственную. Замечательно, вот значит что это были за бумаги.
Семейка дивов напряглась.
— Но это произошло всего несколько дней назад, — приглядевшись к текстам развернутых бумаг, заявил див Урахан. Вот когда надо, зрение у дивов очень острое! — За этот срок ни одна женщина ребенка не выносит!
— Ребенок был при ней. Вот, — Берес пальцем подчеркнул строчку и описанием ребенка. — И если я правильно понимаю, госпожа Оленнара все это время находилась в молитвенном уединении, и никак не могла зачать ребенка. Стало быть, эта женщина — не Оленнара Нар-туур. И при покупке она никак не сообщила, что она принадлежит к правящей семье Нар-туур. Или является невестой лучезарнейшего дива Дахара. В этом случае мы, конечно же, доставили бы вашу женщину в Парящий город.
— Доставили бы вы, как же, — прошипел рядом с моим ухом Дахар. — Первым делом же в Этта-эрбе потащили, торопясь замести следы.
Див Урахан не сдавался.
— Ваши бумаги ничего не подтверждают, ведь эта госпожа — Оленнара Нар-туур, вернувшаяся из молитвенного уединения. А какую женщину купили вы, нам неизвестно. Может быть, она все еще где-то у вас.
— Здесь приложено подробное описание, подписанное, заметим, рукой дива Жарана. Вашего младшего сына. Вы не доверяете его подписи? — Берес поднял купчую повыше.
— Что? Жаран осматривал ее и делал описание?
— Вот, убедитесь сами, — сотник показал купчую в развернутом виде, и снова дивы уставились на бумагу, силясь сжечь ее взглядом.
Нехотя, див Урахан признал очевидное.
— Ну что ж, это действительно подпись Жарана. Значит и он может свидетельствовать о том, кем является эта женщина. Где он сейчас?
 
Берес преувеличенно трагически вздохнул. Опустил взгляд в землю, и на его лице появилось самое скорбное выражение, какое только возможно. Ему бы в комедианты идти, а не воины!
— Сожалею, но я не решился сообщить об этой вести, лучезарнейший див Урахан, до окончания празднования. Но увы, ваш младший сын не сможет сегодня сюда прибыть и свидетельствовать.
Див Урахан вышел из-за кафедры, обошел нашу троицу и замер пред Бересом.
— Где мой сын? — медленно, выделяя каждое слово, спросил он.
Берес поклонился, согнувшись чуть ли не пополам.
— Див Жаран два дня назад был найден мертвым. Если быть точным, то убитым уже более чем четверо суток назад. Тело его убийцы так же было найдено рядом.
— Что?! — старик отшатнулся и, запнувшись о ступеньку подиума, едва не упал. — Как это произошло?!
— Увы, картина произошедшего, спустя столько врмени после смерти, была не очень понятна. Но, по-видимому, див Жаран и Назир-Правая-рука из Культа Черного песка встретились в доме на окраине Рохуту, а затем между ними произошел конфликт. Див погиб от удара Назира, а сам Назир — был убит охранником, который также скончался от магических ран. Свидетелей найдено не было.
Старику, казалось, перекрыли дыхание. Он покраснел, потом почти посинел, и наконец перевел взгляд на человека в черно-красных одеждах.
— Глава Ташиар, как вы объясните это?
Кажется, свадебные торжества откладываются. Я удовлетворенно смотрела за разгорающейся семейной трагедией. Но, надеюсь, Актаур — единственный настоящий свидетель смерти Жарана — не станет рассказывать, как все произошло на самом деле.
Он и так стоит, предоставив отдуваться многословному Бересу, и смотрит на меня. Даже губу, стервец, прикусил! О чем только думает?
Неожиданно одна из женщин, сопровождающих компаньона Береса, чуть привстала с места.
— Так где же ребенок? — спросила она, положив ладонь на плечо своего господина.
— Прекраснейшая, разве можно задаваться таким вопросом, когда настолько печальная новость постигла лучезарнейшее семейство? — чуть обернулся этот человек.
— Но, господин души моей, Хюрема, жена Береса, говорила мне по секрету, что у них действительно гостила очень странная женщина с ребенком. И она даже опасалась, что Берес захочет эту белую женщину себе…
Мужчина похлопал свою супругу по ладошке и жестом предложил ей сесть. Поднялась вторая женщина.
— А я слышала, что вчера утром господин Аль-Танин был у Береса дома, один. И задержался совсем ненадолго, перед этим посетив коллекцию нашего сотника.
— Добродетельнейшая, сейчас совсем не подходящее время для сплетен, — строго ответил ей мужчина.
— Но, мой султан, это ведь так занимательно! Мы давно не были на подобных церемониях! — проворковала третья из женщин, самая юная. — Разве что в прошлом году, на обручении госпожи Оленнары и лучезарнейших дивов. И вправду, я сейчас припоминаю внешность госпожи Нар-туур, и мне кажется, что эта женщина перед нами на нее совсем не похожа! У Оленнары были крылья!
Тот, кого назвали султаном, поджал губы, но по существу возражать не стал и только одернул жену:
— Драгоценнейшая, твое многословие раздражает.
Интересно он к ним обращается. Не по имени, а по титулу, что ли? И Актаур ко мне так обращался пару раз — “драгоценнейшая”. Интересно, что это значит в местной системе рангов.
Женщина села.
Все четверо уже сделались центром всеобщего внимания.
Со всех сторон полетели расспросы:
— Действительно, у Оленнары были крылья!
— И как бы могла принцесса ай-нууров быть проданной на рынке?
 
— Кто эта женщина?
— Может лучше спросить у нее самой?
— Она, бедняжка, едва стоит. Вы поглядите, дивы держат ее с двух сторон, чтобы чего доброго не упала.
— Скорее уж фиксируют, чтобы не сбежала — только гляньте на их руки, там заклятия контроля. У обоих.