Повелительница интерьеров и генералов

– Дети! Я велела вам не беспокоить мать! – наехала она на малышей, а те сразу сжались в два маленьких комочка. – Мойте руки и идите завтракать. Можете дальше отдыхать, госпожа Абигаль.
Так-так. Значит, зовут меня теперь Абигаль. Ну, почти как раньше. Так-то я Галя. Галина Николаевна Морозова. Осталось узнать новую фамилию, возраст и ещё примерно миллион разных важных фактов, к примеру, как имя няньки и как у них относятся к попаданцам. Мне стоит о себе заявить или лучше затаиться?
– Спасибо, но я отдохнула и займусь детьми, – осадила я строгую женщину. – Оденусь и тоже спущусь в кухню. Софи, доченька, беги с братом завтракать. Ты говорила, что кушать хочешь.
Нянька сделала шаг в комнату и вперила в меня тяжёлый подозрительный взгляд, а когда дети вышли, плотно закрыла за ними дверь и стремительно подошла к кровати.
– Госпожа, вам правда лучше? Вы пугаете меня такими резкими переменами. Ещё час назад вы умирали. Я думала всё, к вечеру простимся, а вы поднялись и на себя не похожи. Что произошло?!
Какая добрая тётенька! Просто нет слов. Но всё равно, упс. Похоже, я сделала что-то не то. Знаний о мире и прошлой хозяйке тела катастрофически не хватало.
– Всё так и было, – принялась я выкручиваться, тщательно подбирая слова. – Я почти умерла и перенеслась… – запнулась, не зная, кому поклоняются в этом мире и верят ли в жизнь после смерти – …в удивительное место.
– Чертоги Строгого Родителя?! – ахнула женщина.
Я воспряла духом. Вот так аккуратно всё и выведаю.
– Именно! Он очень-очень многое мне рассказал и научил, как надо жить и бороться за место под солнцем для себя и своих детей. Сказал, что я была плохой матерью и хозяйкой…
Я обвела комнату взглядом.
– Чудеса! Бывает же такое!
– И не говори, – покивала я. – Но, к сожалению, за чудеса и новые знания мне пришлось заплатить высокую цену.
Нянька схватилась за сердце одной рукой, а второй захлопнула рот, из которого рвался горестный стон.
– Какую? – спросила она шёпотом.
– Память. Я безвозвратно потеряла часть памяти. Например, как тебя зовут, я совершенно не помню. Поэтому ты должна мне сейчас помочь – рассказать всё, что я забыла.
– Фух! Ну вы и напугали меня, госпожа…
Бедная женщина, на которой не было лица, сотворила над своей головой какой-то знак и упала в кресло, обмахиваясь рукой.
Интересно, а чего такого ужасного мог потребовать от меня их бог, что она так сильно перепугалась?
– Гресия меня зовут, госпожа. Вы звали меня просто мизи Грес, – вернув щекам краску, заговорила няня. – А о чём вы ещё забыли? О скором визите господина Донато Иниго, старшего брата вашего покойного мужа, помните?
Ага, значит, фамилия моя Иниго. Абигаль Иниго. Звучит!
– Смутно. Помню, что мы в бедственном положении и этот самый Донато может забрать детей, но из-за чего мы так обнищали, жизнь с мужем и даже своё детство – всё забыла.
Грес схватилась руками за щёки и покачала головой.
– Это же он вас теперь в сумасшествии обвинить может! – нагнала жути нянька и тут же сама успокоила: – Но ничего! Я быстро вам всё расскажу и покажу! Я же вас с рождения нянчила, госпожа.
Отлично!
Я подошла к зеркалу, быстро заплела длинные русые волосы в косу, отметив, что выглядеть стала поживее – тёмные круги под глазами пропали, взгляд заблестел, губы стали ярче вроде бы. Я оглядела комнату, прикидывая, где тут могут храниться вещи. Обнаружила две двери и заглянула в каждую. За первой оказался санузел с унитазом и каменной лоханью (какое счастье!), а за второй гардеробная с множеством платьев на вешалках.
– Я хочу помыться. Грес, поможешь разобраться с водой? Как её включить, я тоже забыла. А пока буду купаться, подготовь мне одежду, будь добра.
– Вы совсем другая, моя госпожа, – покачала головой Грес, – хорошо, что господин Донато вас плохо знает, иначе дело было бы худо. Мог бы не только в сумасшествии обвинить, но и в чёрном ритуале.
Гресия прошла в санузел и повернула кран. В ванну полилась вода. Открыла шкафчик и, взяв плоский камень размером с блюдце, положила его на дно. Камень в воде стал красным, будто он железный, и раскалился. Скорее всего, это такой нагревательный прибор. Или артефакт. Но об этом я спрашивать не стала. Поинтересовалась другим:
 
– В каком ещё ритуале?
Нахмурилась, подозревая, что о попаданцах тут слышали и их не привечают.
– В сделке с сущностями тьмы, которые полностью меняют человека. Слабого превращают в сильного, труса в храбреца, глупого в умного…
– А что в этом плохого? – удивилась я.
Грес, достававшая из другого шкафчика мыло и видавшее виды полотенце, резко развернулась и махнула над моей головой рукой – тот знак охранный, видимо, сотворила. Ну или проверяла, не заключила ли я договор с помогающей людям стать лучше сущностью.
– А потому что человек этот платит большую цену за полученные дары. И не такую, как вы Строгому Родителю заплатили, госпожа моя, а куда страшнее! Они только сначала добиваются во всём успеха, а потом отдают свою волю сущностям навсегда и творят всякие бесчинства. Души их не знают покоя, бесконечно маются.
Понятно. Это как сделка с дьяволом. Я выпроводила Грес, потрогала воду – то, что надо. Быстро вымылась и, обернувшись стареньким полотенцем, вышла в комнату. Служанка ждала меня с шёлковым красным платьем в руках.
Цвет утреннего платья меня слегка удивил, но я решила не акцентировать на этом внимание. Вдруг красный у них цвет траура? Лучше не расстраивать Грес так сразу всей глубиной потерь моей памяти. Буду всё узнавать постепенно и больше слушать.
Няня помогла мне одеться, и мы наконец спустились в столовую. Тоже весьма потрёпанную и жалкую. Но удивило меня другое – диссонанс между шёлковым платьем, приличной одеждой детей и ужасным состоянием дома. Он явно обветшал не вчера и даже не месяц назад. А вот вдова Абигаль с детьми ещё совсем недавно, похоже, не бедствовали.
– Мамочка, ты такая красивая! А когда мы поедем домой? Я больше не хочу эту кашу, – выдала разом все свои мысли Софи.
Вот кто находка для шпиона! Надо мне больше времени с малышкой проводить. Вот уже и узнала, что это не их дом.
Я прошла за стол и села напротив Марка и Софи, заглянула в их тарелки и ужаснулась: дети ели какую-то серую кашу на воде без масла, с горбушками хлеба. В их кружках дымился розовый напиток, по запаху – ягодный чай с травами, но я глубоко сомневалась, что он хоть немного подслащён. Марк сделал глоток и скривился, как от лимона. Это никуда не годится!
Я посмотрела на Грес, вложив во взгляд недоумение. Какого, простите, лешего, я тут в шелках расхаживаю, когда детям есть нечего? Почему не продали платья? И что вообще ещё тут есть ценного? Надо всё что можно продать и обеспечить Софи и Марку достойную жизнь. И я придумаю, как заработать – в лихие девяностые умудрилась бизнес открыть и раскрутить. Тут тоже справлюсь.
 
Глава 2
 
После, так сказать, завтрака из кислого напитка и хлеба с кашей я отправилась оглядывать владения.
– Вы из обнищавшего, но знатного рода, госпожа Абигаль… – начала рассказ Гресия, сопровождая меня на обходе дома.
Детей я отправила играть, а сама прикидывала, от чего можно безболезненно избавиться. Пока, кроме платьев и старого зеркала, которое я продавать не решилась бы ни за что – вдруг оно нас с Абигаль обратно местами поменяет? – глаз ни за что не зацепился.
– …Из тех, в ком когда-то жила магия. Но постепенно она вырождалась, и ваш род угасал. А в вас обнаружилась искра. Слабая совсем, но она давала надежду на рождение одарённых детей. Поэтому ваши родители, едва вы достигли совершеннолетия, смогли вас выгодно про… выдать замуж за Габриэло Иниго…
Родители у бедняги Абигаль тоже, похоже, номинанты на премию «родители года». Что сказать, девушке в жизни «повезло».
– …А вскоре у вас родился Марк – подающий надежды мальчик, который обещает в десять стать настоящим магом. А спустя четыре года родилась Софи – девочка со стабильной искрой. Когда она вырастет, отбоя от женихов не будет. Но…