Пожиратель III (СИ)

Я достал из сумки две пачки сторублёвых купюр и швырнул на стол.
— Этого за глаза, чтобы срочно уехать.
Можно было, конечно, вообще ничего не давать, но в моих интересах, чтобы Стрижов скрылся, и его покровители не узнали, кто приходил к нему в гости. С его признательным письмом на руках я был уверен, что нотариус не побежит к сибирякам, но если они его как-то поймают, то он расскажет им всё.
Стрижов взял деньги и положил в карман. А я поднял с пола ружьё и спросил:
— Где патроны к нему?
— В сейфе, — ответил нотариус.
— Открывай! — велел я. — И не вздумай опять какую-нибудь ерунду устроить!
— Убью! — добавил Влад, которому, видимо, надоело стоять молча.
Платон Платонович послушно открыл сейф и отошёл от него, искоса поглядывая на моего друга.
Я заглянул в сейф, там лежали три коробки с патронами. Две полные — по десять штук, одна начатая. Это ценное приобретение. Такие патроны очень редкие и безумно дорогие. И весьма эффективные — пуля даже не заметила моего укрепления. Безусловно, против них имелась какая-то защита, но я о ней не знал. А узнать стоило.
Ещё в сейфе лежали какие-то документы, я достал их все и, не глядя, сложил в сумку, где лежали бумаги, собранные нотариусом.
— Что вы делаете? — взволнованно спросил Стрижов.
— Хочу забрать с собой немного компромата, — спокойно ответил я. — Чтобы ты уж точно глупостей не наделал.
— Но вы даже знаете, что там!
— Разберусь, — отмахнулся я. — А если я не разберусь, то разберутся журналисты или прокурорские. Но учитывая, что ты собирался с этой сумкой бежать, там явно что-то интересное.
Стрижов сверкнул глазами, но ничего на это не сказал.
— Где у тебя стоит сервер, куда пишется информация с камер?
— Что? — удивлённо спросил нотариус.
А я невольно усмехнулся. Забавно вышло: слово из моей прошлой жизни, случайно слетевшее с языка, сильно удивило Платона Платоновича. Но какие на фиг сервера? До них тут как минимум ещё лет десять.
— Куда пишутся записи с камер наблюдения? — спросил я.
— На магнитофоны, — ответил нотариус.
— Где они?
— В подвале.
— Веди!
Мы снова пошли в подвал. Всю дорогу Стрижов оглядывался по сторонам, ужасаясь от того, во что превратился его дом. Но наружные стены мы не сломали, с улицы весь этот кошмар был незаметен. А для меня это было главным.
В подвале, в небольшой комнатке, которую я таки про себя назвал серверной, пять видеомагнитофонов писали информацию с камер. Пять. Значит, одну камеру мы где-то не заметили. Это хорошо, что сюда пришли.
Я быстро заморозил все пять магнитофонов, а потом ударом кулака превратил их в ледяную крошку, уничтожив записи.
— Пожалуй, здесь мы и расстанемся, — сказал я, повернувшись к Стрижову. — Ты немного поспишь, пока мы уедем, а потом быстро соберёшь манатки и тоже свалишь. Но не бойся, ты проспишь не более четверти часа и проснёшься раньше всех.
Нотариус хотел что-то сказать, но я не дал ему этого сделать: быстро схватил за шею и наложил Сон. Очень слабо наложил, чтобы тот проснулся минут через пятнадцать-двадцать. И Стрижов рухнул прямо мне под ноги.
— Пойдём заберём сумки, — сказал я Владу. — Да надо валить. А то действительно, не хватало ещё, чтобы вторая бригада на помощь первой приехала.
— Интересно, сколько здесь? — сказал Влад, когда мы вошли в кабинет, и указал на сумку с деньгами.
— Сколько бы ни было, половина — твоё! — ответил я.
— Не, — друг покачал головой. — Мне столько не надо.
— Ты сам говорил утром, что денег нет. Забыл? Ты их честно заработал, рискуя жизнью.
Влад опять покачал головой и сказал:
— Тебе нужнее, тебе батю из тюрьмы вытаскивать, неизвестно, сколько ещё трат будет. А мне этого хватит, — договорив, он вытащил из сумки пять пачек банкнот.
— Возьми ещё, — предложил я.
— Нет, мне хватит, — отрезал Влад. — А если не хватит, я у тебя ещё попрошу. И вообще, ты прав, Гарик, с ресторанами надо на какое-то время завязать. Да и одному туда ходить неинтересно. Мы ж с Ольгой в основном…
Неприятные воспоминания нахлынули на друга, и он скривился. Но быстро справился с эмоциями, завернул свои деньги в найденный в шкафу синий полиэтиленовый пакет и засунул этот свёрток за пояс.
 
— Потеряешь, — заметил я.
— В гардеробе рюкзак видел, — ответил Влад. — Переложу.
Я закрыл сумку с деньгами, сложив туда ещё и патроны. Достал из второй документы, наспех засунутые в неё нотариусом, сложил их аккуратно, и в сумке сразу появилось место и для бумаг, извлечённых из сейфа, и для разобранного ружья. Оставалось бросить туда нож главаря бандитов и можно уходить. Разве что перед уходом стоило усилить на каждом охраннике и бандите Сон. Не хватало ещё, чтобы кто-то проснулся раньше Стрижова.
— А как мы отсюда будем выбираться? — задал напрашивающийся вопрос Влад.
— Думаю, у хозяина этого дома должна быть машина, — заметил я. — Но меня вполне устроит и стоящий у ворот внедорожник. Скажу больше: его в принципе надо отсюда отогнать, чтобы не привлекал внимания.
— А можно я за руль? — спросил друг. — Ни разу такую не водил.
— Можно, — согласился я. — Но тогда и ключи ты ищи.
Влад, улыбнувшись, кивнул и, прихватив сумку с документами, отправился вниз. Я взял вторую, с деньгами, и пошёл следом. По пути усилил Сон на обоих охранниках и на всех пятерых бандитах. Отыскал зачарованный нож главаря и закинул его в сумку. После чего направился в сарай, где лежали вырубленные Владом охранники, надеясь, что они ещё там, ведь на них усыпляющее заклятие наложено не было.
Пришёл вовремя. Парни и не думали приходить в себя и куда-то убегать. Они лежали без сознания с разбитыми головами. Поэтому, помимо наложения Сна, я их на всякий случай ещё и подлечил. После чего вышел во двор. Там меня уже встречал Влад. Он с довольной физиономией вертел на пальце связку ключей — один из них был от машины.
— Ну что, ничего не забыли? — спросил я.
— Да вроде, нет, — ответил друг.
Мы натянули балаклавы и вышли за территорию.
До Екатеринбурга доехали быстро: коттеджный городок, в котором жил нотариус, находился не так уж и далеко от города, а Влад, как оказалось, довольно неплохо водит машину. Проехав пару кварталов по городу, друг остановил внедорожник.
— Мы же не поедем на нём до самого дома? — уточнил он.
— Нет, конечно, — ответил я. — Надо его где-нибудь бросить, чтобы сразу не нашли, и ловить такси.
— Давай так сделаем, — предложил друг. — Ты бери сумки и лови такси, а я отгоню машину назад за город, сожгу её где-нибудь на пустыре и налегке вернусь.
Я кивнул, давая понять, что план меня устраивает, после чего вышел из машины, взял обе сумки и сказал:
— Ты только как домой доберёшься, позвони мне. Просто скажи что-нибудь, чтобы я понял, что всё прошло нормально.
— Договорились! — сказал Влад и рванул с места.
Такси довезло меня почти до гаражного товарищества. Я на всякий случай вышел в квартале от него и уже пешочком дошёл до нашего гаража. Тащить это всё в квартиру не имело смысла.
В гараже у нас был погреб, который закрывался дополнительно; туда я и сгрузил все документы, кроме тех, что касались отца, ружьё с патронами и нож. После чего, закинув сумку с деньгами на плечо, отправился домой. Было интересно, что же за документы собрал с собой в побег нотариус, но усталость накопилась такая, что этот интерес её не поборол.
Придя домой, я прошёл в комнату и закинул сумку с деньгами под кровать. Завтра, когда мать с сестрой утром уйдут, пересчитаю, сколько там. А потом я аккуратно достал из портфеля договоры и журнал. Разложил их на столе, ещё раз сверил подписи.
Мне не верилось, что я это сделал. Но я это сделал.
Вернее, мы это сделали — без Влада я вряд ли сам бы справился. А с другом смог. Мы сделали очень большой шаг навстречу освобождению моего отца. И помощь Влада в этом деле переоценить было невозможно.
И только я об этом подумал, зазвонил телефон, и почти сразу же на пороге моей комнаты появилась Катька.