Их [колючая] роза (СИ)

Второй брат медленно поднимается. Артур взлетает по ступеням и заключает того в объятия. Они улыбаются и хлопают друг друга по плечам.
— Выглядишь хуёво.
— И чувствуя себя так же, — немного печально отвечает блондин.
— Я чуть не поседел.
— Я чуть от разрыва сердца не умер.
Они оборачиваются ко мне.
Оскар протягивает руку.
— Рад что…
Я отталкиваю его ладонь и смотрю на обоих так, словно готова приговорить каждого к смертной казни.
— Пошли в дом, — выдыхает Артур.
Он шагает за порог первым, а Оскар пропускает вперёд меня. Сам замыкает шествие и закрывает дверь.
Иду между ними, но кажется, что я сама по себе. Они окружают жаром, а меня знобит. Паршивое чувство внутри не отпускает и мне почему-то кажется, что, услышав объяснения, мне не станет легче.
  
Глава 58
 
Мы заходим в просторную комнату. Взгляд сразу упирается в компьютерный стол с тремя мониторами и несколькими клавиатурами. На одном из них горит несколько окошек, словно с камер видеонаблюдения. Но они мелкие и я не могу разглядеть, что там за помещения. На втором мельтешат рамки с цифрами. А на третьем какие-то неведомые мне таблицы.
Оскар занимает место за компьютером и щёлкает несколько раз мышкой. Открывается окно с камерой. На ней суетятся люди. Мечутся по комнате. По комнате с… большим стеклом на пол стены.
Делаю шаг вперёд, подходя ближе. Но тут вдруг картинка мигает и отключается.
— Похоже, они засекли жука, — комментирует Оскар, закрывая не работающее окно. — Долго же они соображали.
Успеваю разглядеть стол со стульями на втором открытом окне, прежде чем камера так же гаснет.
Он вновь щёлкает несколько раз кнопкой мыши и перед нами снова та же комната, только в ней находятся две особи женского пола. И одна из них — я.
Смотрю на себя со стороны и теряюсь в пространстве. Будто в космос улетаю и продолжаю следить за этим бренным миром оттуда.
— Вы «не мальчики неумелые», — проговариваю одними губами и опускаю взгляд себе под ноги.
Так он мне сказал тогда в машине. Они не лезут в пасть ко льву, без видимой на то причины.
— Зачем же вам я? — спрашиваю, просто чтобы не находится в этой тишине.
— Мы тебе уже говорили, что ты на…
— Для чего. Я. Вам. Нужна? — перебиваю его, цедя каждое слово.
Он на несколько секунд замолкает, разглядывая меня. После чего перематывает запись и демонстрирует мне момент перед выстрелом, когда я наставила на Мередит пушку. Мы не смотрим за стекло. А потом обе резко оборачиваемся на звук.
— Нам нужно было это время. Нам нужно было, чтобы она отвлеклась. Чтобы она отвлекалась на протяжении всей игры.
Просто использовали… Обратили мой гнев, мою боль и мою… любовь в своё оружие.
— Мы не знали, как всё обернётся? — вклинивается Артур. — Мы могли сдохнуть от первых же оппонентов.
— Хочешь сказать, — поворачиваюсь к нему, двигаясь как-то деревяно. Будто в куклу бездушную превратилась. — Игра была правдивой?
— Более чем, а ещё… — делает ко мне шаг, смотрит сверху вниз, поднимает руку, но встречаясь со мной взглядом, дотронуться не решается. — Я выстрелил брату в голову, — надтреснуто выговаривает Артур.
— И убил его?
— Он пока без сознания… — сдавлено проговаривает Оскар.
На секунду, чувствую толчок в сердце. Но тут же отбрасываю эти пустые переживания. Хватит! Настрадалась.
— Рядом с вами был судья. А патронов было всего два.
Раз уж мы ведём эту беседу, то стоит узнать всё, чтобы основательно пропитаться этими эмоциями. А заодно и разобраться в уничтожительной комбинации самых разных чувств. Вычистить кашу из головы и, наконец, уяснить для себя главное. Я — расходный материал.
— Мы стреляли друг в друга, потому что знаем, куда целиться, чтобы не навредить человеку, — делает паузу и отводит глаза. — Ну или не сильно навредить.
— С ним всё будем в норме! — проговаривает Оскар, стремясь успокоить брата.
Психи!
— Разве судья не увидел, что рана не смертельная?
— Мередит бы заметила, если бы смотрела, не отрываясь в стекло. А судье насрать. Как только выключили свет, он ушёл. И у меня появился шанс взять ещё один патрон и инсценировать свою смерть.
 
— А если бы ты взял холостой?
— Они отличаются наощупь… — Артур снова поднимает руку и кладёт мне на плечо. — Розочка, ты не должна была там находится, но без тебя, трудно было бы провернуть эту махинацию. Наш план соткан на коленке. Любой из нас мог погибнуть.
— Арно нас кинул, — проговаривает Оскар, пока я смотрю Артуру в глаза.
В них есть призрачная дымка раскаяния. Но вот, связана ли она со мной? Сомневаюсь. У него брат пострадал от его руки, при чём тут я? Я же вот, цела-здорова.
— Отдав нас на растерзание, решил, что обезопасил себя, — продолжает Оскар. — Неизвестно, скольких ещё он принесёт в жертву, чтобы попытаться избежать войны.
— Мы действовали практически спонтанно. Изначально у нас был совсем другой план, но пришлось импровизировать. Мы подстраивались под ситуацию. Нам повезло, что у Спартака был передатчик в ухе и я мог всё слышать.
Они могли умереть. Мы все могли сдохнуть в том подвале. Но этого не случилось. Так не должна ли я радоваться? Благодарить их смекалку. Или удачу. Их передатчик! Или что там повлияло на такой исход? Мы все выжили…. Или… нет?
Точно нет. Выжили они. В том грёбаном подземелье умерла только я.
Я попрощалась с братьями в том здании. Я даже отомстила за них. Прошла все этапы. И сразу похоронила себя под обычного вида строением, в котором творили страшные вещи.
Скидываю руки Артура и делаю шаг назад.
— Розочка…
— Хватит.
— Рит… — пытается и Оскар.
— Достаточно!
Оба смотрят на меня с долей смятения.
— Для всех вы мертвы, — тихо проговариваю. — Значит, вы свободны.
Вспоминая их слова из подворотни, делаю вывод. Ведь они добивались именно этого.
— Мы свободны! — уточняет Оскар.
Артур взирает на меня с надеждой.
С надеждой на что?
— Мы не могли сказать раньше, — наконец озвучивает мою невысказанную мысль Оскар. — Мы и сами не знали, как всё пройдёт. Предполагали разный исход, в том числе и самый плохой. Но твои фотки подарили нам билет к хорошему финалу. Мередит наказала саму себя за жадность. Пропустила вас двоих, хотя легко могла расправится со Спартаком ещё там, в пыточной.
Я киваю, не находя слов, чтобы ответить. Дать комментарий. Да и нужен ли он? Уместны ли мои мысли касаемо всего, что произошло? Нужно ли кому-то моё мнение? Думаю, что нет.
  
Глава 59
 
— Прости, но, — вклинивается Артур. — Всё должно было казаться натуральным.
Я перевожу на него недоумённый взгляд.
Оскар цыкает и тихо матерится.
— Болван.
Я несколько секунд перевариваю услышанное, а потом начинаю смеяться. Прикрываю рот рукой, потому что чувствую, как приближается нечто глобальное. Что-то ужаснее этого истеричного смеха. Хоть бы сдержаться! Хоть бы не ударить в грязь лицом.
— Рит, — Артур вновь делает ко мне шаг, но я выставляю перед собой руку, яростно пытаясь совладать с тем, что грядёт.
Душа наизнанку вывернута. Меня будто через мясорубку провернули. Я ведь… убила…
Боже! Что я наделала? А главное, ради кого?
Отхожу ещё на несколько шагов назад и озираюсь по сторонам. Уцепиться. Найти взглядом спасательный круг. Канат, который вытащит меня со дна пропасти. Я тону и мне срочно нужно спасение.
Сумка. Моя!
Подхожу к ней и распахиваю. Начинаю рыться в вещах, периодически уплывая мыслями к прошлому и забывая, что ищу.
Документы! Мне нужен паспорт.
Выуживаю его из самой глубины. Зачем-то пролистываю, будто опасаясь, что недосчитаюсь страниц. Нет, все на месте.
Кладу в боковой карман и утыкаюсь во что-то твёрдое. Достаю телефон, который моим не является.
— Твой ведь не работает, — прорывается голос Оскара в недра сознания.