Ни единого шанса (ЛП)

С каждым шагом ночное одиночество, казалось, сгущалось вокруг меня, и все казалось… безнадежным. Как будто я никогда не найду ответы, которые так отчаянно искала. Темнота ночи соответствовала тьме в моем сердце.
Я чертовски ненавидела это.
Мне нужно было сбежать.
Забыться.
Мой телефон зазвонил, и я увидела, как на экране высветилось имя Кэрри. Лишь мгновение я колебалась, раздумывая, отвечать или нет. Но, может быть, она смогла бы отвлечь меня от дерьмового шоу, в которое внезапно превратилась моя жизнь. Если потеря памяти с самого начала уже не считалась дерьмовым шоу.
Я провела пальцем, чтобы принять вызов.
— Привет, — поприветствовала я ее, в моем голосе слышалась усталость.
— Кеннеди, девочка, что происходит? — в голосе Кэрри сразу послышалась озабоченность, потому что спустя пять лет она могла читать мой тон, как открытую книгу. — Кого мне нужно убить?
Я хихикнула, потому что ее попытка убийства на самом деле была бы скорее веселой, чем пугающей… Но потом я вспомнила, почему я была расстроена.
Я вздохнула, проводя рукой по волосам.
— Ну и денек выдался, — пробормотала я, поднимаясь по ступенькам в свою квартиру, ступеньки стонали у меня под ногами, как будто они были в нескольких секундах от обрушения.
— Хэй, что случи… черт возьми! Не ешь это! — огрызнулась она, и я снова почувствовала улыбку на своем лице.
Ее дети были такими чертовски милыми, но вместе с этим маленькими засранцами.
— Секундочку, — выругалась. — Мы не едим какашки!
Я подождала, пока открою дверь и войду в свою квартиру, на моем лице была широкая улыбка, когда я представила, что происходит, и тут она вернулась.
— Хорошо, кризис предотвращен. Что ты говорила? — она фыркнула.
Я колебалась, не уверенная, как много стоит рассказывать.
— Давай просто скажем, что я кое-что выяснила. Хоккеисты — придурки, а я чувствую себя… странно.
На другом конце провода повисла пауза, прежде чем Кэрри ответила, ее тон смягчился.
— Я имею в виду, это было определенно более расплывчато, чем я хотела бы услышать. Но если ты не хочешь говорить об этом, все нормально. Но ты знаешь, что всегда помогает в таких ситуациях?
Я приподняла бровь, хотя она не могла этого видеть.
— Что?
— Алкоголь, — заявила Кэрри. — Давай пойдем куда-нибудь, напьемся и забудем обо всем, что происходит.
— Ты уверена, что не убегаешь от какашек? — поддразнила я.
Она хихикнула.
— Конечно, я убегаю от какашек. Выйдя на улицу, я убью двух зайцев одним выстрелом, а ты знаешь, я люблю многозадачность.
— Ладно, давай напьёмся.
В голосе Кэрри звучало торжество.
— Вот это настрой! Встретимся в «Типси Юникорн» через час. Мы будем пить, пока не забудем, что нас беспокоит.
Я повесила трубку, предвкушение и облегчение захлестнули меня. Иногда все, что было нужно — это подружка и выпивка, чтобы взглянуть на вещи в перспективе или, по крайней мере, на время заставить забыть.
Не то чтобы я нуждалась в большем забвении…
* * *
«Типси Юникорн» оправдывал свое название, с его тускло освещенным интерьером и звуками смеха и звона бокалов, наполняющими воздух. Мы с Кэрри уже выпили несколько рюмок, и мир начал приобретать туманный, беззаботный оттенок. Это было именно то, что мне было нужно: временное избавление от запутанного бардака, в который превратилась моя жизнь.
Помогло то, что у Кэрри всегда была для меня хорошая история.
— Итак, мы слышим стук в нашу дверь, и ручка дергается… как будто кто-то пытался войти.
Они с мужем только что вернулись из поездки в Вегас, и, очевидно, история была немного сумасшедшей.
— Что ты сделала? — спросила я, слегка запинаясь, когда выпила шот.
— Ну, как только мы услышали стоны, мы направились к глазку!
— Стоны?
— Да, мы подумали, что кто-то взломал нашу дверь, чтобы заняться сексом.
— Вы были близко к лифтам?
— Нет, — фыркнула она, качая головой и опрокидывая очередную порцию текилы.
— Окееей, так…. там люди занимались сексом?
Она покачала головой, начиная смеяться так сильно, что на глаза навернулись слезы.
 
— Там была девушка, — еще один истерический смех, — которая была полуголой… ублажала себя, прислонившись к нашей двери. Как только мы посмотрели в глазок, ого-го, там была ее вагина. Все, что на ней было — это свитер и пара носков.
Я недоверчиво уставилась на нее, но, очевидно, Кэрри еще не закончила.
— И потом она встает, становится на четвереньки посреди коридора и начинает двигаться так, как будто кто-то трахает ее, постанывая какому-то невидимому парню по имени Джеффри о том, как это приятно.
— Этого не может быть.
— Я клянусь жизнью моей собаки, — сказала она, широко раскрыв глаза.
— Ты бы поклялась жизнью Пудинга?
Собаке Кэрри было миллион лет, и она впала в маразм. Но мы любили этого старика.
Кэрри продолжала потчевать меня подробностями оставшейся части вечера, мы обе выпивали по рюмочке в перерывах между рассказами, становясь все пьянее и пьянее с течением ночи.
В конце концов, начали подходить группы парней. От них веяло смесью уверенности и развязности, явно ободренных алкоголем. Один из них, с дерзкой ухмылкой, наклонился ко мне слишком близко.
— Привет, красавица, — невнятно пробормотал он, его дыхание было тяжелым от запаха алкоголя. — Ты выглядишь так, будто хочешь меня.
Не лучшая фраза для пикапа…
Я закатила глаза, прилив жидкой храбрости подпитывал мой ответ.
— Извини, сегодня вечером эта вагина — зона, свободная от мужчин. Я здесь просто для того, чтобы выпить.
Кэрри расхохоталась рядом со мной, чокнувшись своим бокалом с моим.
— Она не шутит, мальчик. У ее вагины строгое правило: на вечер не допускать мужчин.
Парни отступили со смесью разочарования и веселья на лицах, и мы продолжили спокойно наслаждаться нашими напитками.
Взгляд Кэрри внезапно расширился, когда она уставилась на что-то позади меня.
— Вау, — одними губами произнесла она.
Я нахмурилась и обернулась, моя собственная челюсть отвисла упала, когда увидела стоящего там Джека, выглядевшего как плод моего разгоряченного воображения. Я недоверчиво моргнула, убежденная, что мне, должно быть, мерещится.
— Кэрри, — невнятно пробормотала я, подталкивая ее локтем. — Кажется, я слишком много выпила. Джек стоит там. У меня, должно быть, галлюцинации.
Кэрри все еще смотрела широко раскрытыми глазами, как сумасшедшая сова.
— У тебя не галлюцинаций, — шепотом крикнула она. — Он реально стоит прямо там.
Губы Джека скривились в усмешке, когда он уставился на нас двоих.
— Привет, дамы. Не возражаете, если я присоединюсь к вам?
— Не смотри ему в глаза, — пробормотала я Кэрри. — У него суперспособность. Заставляет девушек вести себя глупо.
— О, правда? — промурлыкал Джек, его руки опустились мне на плечи.
Я не могла не почувствовать, как вспыхнули мои щеки. Я была зла на него. Мне нужно было помнить об этом.
— Я злюсь на тебя, — сказала я, но по какой-то причине мои слова были окрашены кокетливым тоном.
Кэрри бросила на меня понимающий взгляд, приподняв бровь.
— Моргни один раз, если хочешь, чтобы я ударила его по яйцам.
— Привет, — пробормотал Джек, его пальцы умело массировали мои плечи.
Мой мозг все еще пытался осознать тот факт, что некоторое время назад он боролся из-за меня, а до этого он игнорировал мое существование.
И теперь он был здесь… прикасался ко мне.
— Хорошо? — спросил он, его золотые глаза сияли, глядя на меня сверху вниз, как будто они действительно обладали магической силой.
Я кивнула, говоря себе, что изголодалась по прикосновениям, и именно поэтому его прикосновения были такими приятными. Я была бы рада получить массаж от любого парня. Мне хорошо не потому, что это делает Джек.
Джек наклонился.
— Хорошая девочка, — прошептал он, и я превратилась в лужицу, слова эхом отдавались во мне.