Ни единого шанса (ЛП)
— В моей старой квартире было безопасно, — сказал я. — За пять лет со мной там не случилось ничего плохого. За исключением пожара.
Джек и Себастьян переглянулись.
— Вот именно, за исключением пожара, — спокойно ответил Себастьян. — Кеннеди, мы просто хотим позаботиться о тебе. Почему это так ужасно? Похоже, о тебе давно никто не заботился. Почему бы не позволить нам сделать это?
— В этом нет ничего ужасного, — запротестовала я. — Я ценю это. Но ты не можешь притворяться, что твоя забота не требует определенных условий. Например, я не думаю, что мне позволят пригласить Грейсона посмотреть фильм.
Они все напряглись. Себастьян ощетинился при повторном упоминании Грейсона.
Я имею в виду, что я тоже ощетинилась при упоминании Грейсона — я все еще была сбита с толку и расстроена тем, что произошло прошлой ночью… Но мне просто казалось неправильным не быть со всеми четырьмя из них. Что было интересно, ведь они вчетвером были так близки.
— Кстати, почему он бросил хоккей? — спросила я.
— Может быть, потому, что Грейсон всегда был лучшим гангстером, чем бандитским крылом? — резко спросил Картер.
Картер был капитаном «Дьяволов», но, судя по статьям, которые я нашла, Грейсон был капитаном их школьной команды. И он привел их к победе в штате.
— Тогда почему он был капитаном вашей команды в старшей школе?
На лице Картера появилось выражение разочарования.
— Я не могу говорить об этом перед игрой. Мне нужно сосредоточиться, — он начал уходить, затем обернулся и бросил Себастьяну и Джеку. — Дайте мне знать, когда будете готовы поговорить по-настоящему.
Я перевела взгляд с Джека на Себастьяна. У последнего было такое суровое выражение лица, что мне захотелось заставить его растаять. Джек выглядел расстроенным, как будто терпеть не мог, когда мы все ссорились.
— Что он имеет в виду? Когда мы будем готовы поговорить по-настоящему? — уточнила я. — Я готова серьезно поговорить.
— Просто возьми выходной и приходи посмотреть нашу игру, хорошо? Пожалуйста? — Джек умолял. — Сегодня у нас важная игра, и мне нужно сосредоточиться. Я не собираюсь этого делать, зная, что какой-нибудь парень может пускать на тебя слюни или щипать за задницу, когда ты пытаешься работать. Мне не нравится, что ты работаешь в баре.
— А мне не нравится, что вы все контролируете, но вот мы здесь, — ответила я.
Себастьян выглядел раздраженным. У меня было ощущение, что он вот-вот набросится на меня, но Джек схватил его за руку и оттащил назад.
— Все в порядке, — сказал Джек нам обоим. — Кеннеди, давай, собирайся. Похоже, что твой цивик тоже сгорел. Он был припаркован слишком близко к дому. Так что ты можешь поехать с нами.
Я могла бы поклясться, что Джек и Себастьян обменялись еще одним взглядом. Как будто им не было грустно, что моей драгоценной, уродливой, маленькой машины больше нет с нами.
Но когда я пришла на работу, мой менеджер настоял, чтобы я взяла выходной.
— Просто расслабься, Кеннеди, — сказал он. — Тебе пришлось через многое пройти в последнее время. И я должен тебе дополнительные часы за работу на благотворительном аукционе. Это было огромное одолжение.
Почему у меня возникло ощущение, что за всем этим как-то стоят парни?
Я ждала у их раздевалки, когда Джек вышел. Его лицо просветлело, когда он увидел меня, в уголках его глаз появились морщинки. Этот взгляд заставил мою грудь наполниться радостью.
— Я знаю, мы тебя раздражаем, — пробормотал он, целуя меня в щеку. — Прости, ты наш маленький талисман, и мы отвлекаемся, если не будем уверены, что ты в безопасности. Не могла бы ты, пожалуйста, просто поболеть за нас?
— Хорошо, — согласилась я. — Я буду в вашей ложе.
Его ответная улыбка была подобна лучу солнца. Было так тепло, что я могла бы погреться в ней.
— Хорошая девочка, — пробормотал он, прежде чем прижал меня к стене и целовал до тех пор, пока один из его товарищей по команде не подошел, чтобы увести его на игру.
* * *Я шла через вестибюль в сторону концессий, когда через главный вход прошла знакомая фигура. Грейсон улыбнулся мне, словно не мог поверить в то, что ему посчастливилось застать меня тут.
Радость захлестнула меня, и я была поражена осознанием того, как сильно скучала по нему, пока не вспомнила все, что он сделал на днях.
Гребаный мудак.
Я подумала о том, чтобы развернуться, но потом решила, что это того не стоит, потому что он просто выследит меня.
Он направился ко мне, и я изо всех сил старалась не распускать слюни. Все версии Грейсона, с которыми я сталкивалась, были горячими, даже если это был псих, но Грейсон в облегающей футболке и узких джинсах?
Это другой уровень.
Я пыталась скрыть, как рада его видеть, но его ухмылка говорила о том, что он видит меня насквозь. Я уперла руки в бока.
— Скажи мне, что ты не поджигал мою квартиру.
— Я клянусь тебе, что не делал этого, — сказал Грейсон. — И если бы я это сделал, это наверняка имело бы неприятные последствия, учитывая, что ты переехала к этим трем придуркам.
— Ты говоришь так, будто думал об этом, — сказала я, приподняв бровь.
Целую секунду я пыталась быть сильной, но потом он обнял меня так крепко, что оторвал от земли, и я обнаружила, что, черт возьми, обнимаю его в ответ как будто ему действительно удалось перестроить мой мозг… и мое тело. В конце концов, он поставил меня на пол и крепко поцеловал в губы. Он целовал меня так, словно пытался заявить на меня свои права.
— И вообще, — сказала я, слегка задыхаясь. — Я не живу с ними. Я просто перекантуюсь там несколько дней, пока не подыщу новое жилье.
— Это правда? — пробормотал он. — Интересно.
— Но это не значит, что я перееду к тебе.
— Держу пари, я мог бы переубедить тебя.
— Это невозможно. Потому что я все еще ненавижу тебя, — прошептала я, совершенно сбитая с толку своими чувствами.
Он уткнулся носом мне в макушку.
— А я все еще тебе не верю, — а после заметила, что у него в руках сумка.
— Что это?
— Маленький подарок для тебя, — сказал он, протягивая его мне.
Я открыла подарочный пакет и обнаружила школьную джерси. Когда я достала ее, зеленый и черный цвета вызвали у меня волну ностальгии. Я научилась распознавать это чувство, даже если не могла получить доступ к воспоминаниям, стоящим за эмоциями.
— Твоя старая джерси?
Он кивнул. Я обернулась и увидела его имя, написанное на обороте.
— Ты уверен, что хочешь отдать это мне? — спросила я. — Должно быть, с ним связано так много воспоминаний…
— Именно поэтому я и хочу подарить его тебе, — сказал он. — Потому что эти воспоминания принадлежат тебе, Кеннеди.
Я уставилась на него, не находя слов, когда во мне расцвела надежда.
— Так ты все-таки знаешь, кто я?
— Да.
— Почему ты мне не сказал?! — вскрикнула я, чувствуя себя потерянной и подавленной.
— Позволь мне объяснить, — он взглянул в сторону арены, откуда доносился шум, как будто игра только началась. — Ты хочешь пойти? Я знаю, что без тебя они не смогут сосредоточиться.
— Они тоже знают, кто я такая?
Грейсон кивнул.
Я резко встряхнула его футболку и натянула ее через голову. Я имею в виду, что он заслужил награду за то, что наконец-то подарил мне… надежду на воспоминания.
На лице Грейсона появилось выражение неподдельной радости.
— Тебе идет. Я так давно не видел тебя в моей футболке. Это сведет их с ума, знаешь ли.
— Я знаю, — это было не совсем воспоминание, дразнящее мое сознание. Просто кое-что, что я знала об этих парнях. — Они заслужили.
Через несколько минут мы с Грейсоном сидели прямо за скамейкой штрафников, несмотря на то, что я сказала ему, что не собираюсь сидеть рядом.
— Жаль, что я не видела, как ты играл в старших классах, — сказала я, поигрывая своим именным ожерельем, которое всегда имела привычку теребить. — Я была бы твоей фанаткой номер один. Или… я и была?