Боярышня-попаданка, или Любовь князя (СИ)
Мне хотелось дать подзатыльник Матвею, но я сдержалась и села рядом с ним:
— Ничего не надо делать, будь уже взрослым человеком, — я прислонилась к плечу Матвея, — Нельзя же так… без любви… Это же на всю жизнь. Может тебе уехать куда-нибудь? Хоть на недельку? Придешь в себя, подумаешь, а там глядишь все и уложится в твоей дурной голове.
Матвей посмотрел на меня с надеждой:
— Ты у нас, Марья, оказывается очень умная, как-то раньше даже и не замечал, — он широко улыбнулся, — А и правда твоя. Князь сегодня уезжает, чтобы купить для дружины оружие новое. Хоть ненадолго, но все же… Поеду и я с ними, это ты правильно мне присоветовала.
Матвей поставил грабли в угол и обернулся ко мне:
— Спасибо, сестренка, — и он быстро вышел из конюшни.
Так значит князь уезжает… Матвей сказал, что ненадолго, но кто знает?
Я надеялась, что мы с Добрыней поговорим, когда он успокоится и я все ему расскажу, но видимо придется подождать.
Я вздохнула. Опять ждать!
Глава 45
Матвей к вечеру уехал с князем и его дружинниками.
Мы проводили его до ворот и вернулись в дом.
Я села у окна с рукоделием, но в мысли мои были далеко от шитья, я перебирала в голове те слова, что должна сказать князю, чтобы он понял и поверил мне.
— Марьюшка, а почему ты подружек не зовешь на посиделки? — маменька присела рядом со мной, — Вместе все веселее будет, и работа за разговорами незаметно делается.
— У меня Настя есть, — покачала я головой, — Мне с ней никогда не скучно, она у нас очень умная девочка.
— Ох, и не говори, даже и не знаю, в кого она такая уродилась, — маменька улыбнулась, — Уж до чего шустра девка!
Мы рассмеялись.
— А за Матвея я переживаю, — маменька поджала губы, — Вот про Наталью он говорил с нами, а мне не хочется, чтобы он на ней женился.
— Да он и сам, по-моему не хочет, — согласилась я с маменькой, — И уехал он, чтобы все обдумать.
— Марья, ты Наталью лучше нас знаешь, — маменька посмотрела мне в глаза, — Что ты о ней скажешь?
Я вздохнула:
— Раньше Наталья совсем другой была, а сейчас я не узнаю ее. Злая она стала, хочет женить на себе Матвея, чтобы жить спокойно и безбедно, и против нас ему в уши шепчет.
Маменька опустила голову:
— Помешать мы Матвею не можем, вроде взрослый он уже, — она положила руку на мою ладонь, — Ты, Марьюшка, ближе к нему, поговори с ним, может тебя послушает.
— Я попробую, но если он вас не хочет слушать, то что говорить обо мне.
Маменька встала:
— Пора ужинать, откладывай работу до завтра, почти темно уже, — она пошла к дверям, — Давай на стол накрывать.
На следующий день мы с Настей и соседскими девушками собирались пойти в лес за орехами.
Такие совместные походы в лес, были очень любимы всеми девушками.
Это всегда было шумно и весело — разговоры обо всем на свете, песни и байки, иногда мы засиживались на какой-нибудь уютной поляне до темноты, тогда отец или маменька выходили встречать нас к дороге, ведущей в лес.
Мы с Настей прихватили холщовые мешочки, для того чтобы складывать орехи и присоединились к стайке девушек, которые, весело переговариваясь, гурьбой шли в сторону лесу.
Я заметила Наталью, которая шагала в стороне ото всех, помахивая сорванной веткой.
Мне совсем не хотелось разговаривать с бывшей подругой, я боялась, что не смогу удержаться от того, чтобы не высказать ей все, что думаю о ней.
Наталья искоса поглядывала на меня, но не подходила близко, что не могло меня не радовать.
Когда мы дошли до орешника, солнце уже стояло высоко.
Девушки разбрелись, переговариваясь друг с другом, мы с Настей нашли дерево с низкими ветками, и принялись собирать орехи, складывая их в наши мешочки.
Орехов было очень много, мы быстро заполнили наши сумки и присели под дерево, чтобы отдохнуть и перекусить пирожками, которые Настя не забыла прихватить с собой.
— Какая же ты, Настя, молодец, — сказала я, жуя вкусный пирожок, — Я и не вспомнила о том, чтобы захватить еду для нас.
Настя кивнула:
— Ага, я запасливая!
Мы вместе рассмеялись.
Настя заметила, что в кустах мелькнул рыжий хвост:
— Марьюшка, там лиса пробежала, — Настя вскочила на ноги, — Пойдем посмотрим!
Я попыталась остановить Настю:
— Она быстрее нас бегает, да и зачем нам она, — я попыталась ухватить Настю за руку, — Не будем же мы с тобой бегать по лесу за лисицей.
Но Настя уже нырнула в кусты, и мне ничего не оставалось, как последовать за ней.
Я пробиралась сквозь колючие ветки, мысленно ругая Настю, наконец впереди замаячил яркий свет и я буквально наткнулась на Настю, которая стояла, спрятавшись за дерево:
— Тише, Марьюшка, — прошептала Настя, — Там, на поляне… Смотри!
Я осторожно выглянула из-за дерева, стараясь не шуметь, и увидела Наталью, которая разговаривала с каким-то высоким мужчиной, одетым в богатые, похоже боярские одежды.
Нам было не слышно о чем они говорят, но Наталья стояла близко к мужчине, горячо говорила, размахивая руками, вот она схватила мужчину за руку, а тот обнял и привлек ее к себе.
Настя прижала ладошку к губам:
— Ой, с кем это Наталья обнимается? — Настя посмотрела на меня, широко раскрытыми глазами, — Как же это так, Марьюшка?
Я пожала плечами:
— Даже не представляю, кто это может быть, — мужчина стоял к нам спиной и мы не видели его лица и не слышали голос.
Настя оступилась и под ее ногой хрустнула ветка, я прижала палец к губам и мы застыли, боясь даже дышать.
Мужчина обернулся, обвел глазами кусты, но, к счастью, он не заметил нас и опять заговорил с Натальей.
Я застыла, сердце у меня стучало молотом, а по позвоночнику пробежал холодок…
Тот мужчина… Я его узнала.
И мне стало страшно.
Я не знала, что затеяли эти двое, но то, что это было что-то нехорошее, я не сомневалась.
Он появился, как нарочно в тот момент, когда уехал князь, а с ним и Матвей, и мне нужно было решить, что предпринять и кому рассказать, что объявился Войцех, и что он надел чужую одежду и тайно встречался с Натальей.
Что же это все значит?
Глава 46
Мы с Настей подождали, пока Наталья с Войцехом не ушли с поляны, и тоже пошли обратно к орешнику.
Девушки уже собирались домой, хвастаясь друг перед другом полными сумками орехов. Мы тоже подхватили свои мешочки с орехами и неспеша пошли вместе со всеми в сторону дома.
Я дернула Настю за рукав, чтобы она не спешила и когда расстояние между нами и остальными девушками было достаточным, чтобы никто не услышал наш разговор, я тихо сказала Насте:
— Не вздумай рассказать кому-нибудь о том, что мы видели, это может быть очень опасным для тебя, — я, как можно строже посмотрела на Настю, — Ты поняла меня? Лучше всего, если ты вообще забудешь об этом. Я сама разберусь.
— И даже маменьке не говорить? — Настя смотрела на меня широко распахнутыми глазами, — И ей нельзя сказать? Я всегда ей все рассказываю…
— Ни-ко-му! — повторила я по слогам, — Настя, это очень важно! Пожалуйста, поверь мне.
Настя кивнула:
— Хорошо, я никому не скажу, — она опустила голову, — Но ты ведь потом мне все расскажешь, да?
— Расскажу, — пообещала я, — Только дай мне время.
Мы ускорили шаг и догнали девушек.
Наталья тоже шла среди остальных девушек, настроение у нее явно улучшилось, она весело смеялась и даже что-то напевала.
— Наташка, — окликнула ее одна из подружек, — Что-то у тебя орехов совсем мало? Вон, все по целому целому мешку набрали, а у тебя десяток орешков стучат друг по другу. Ленилась, небось и под кустиком спала.
— Да, я не особо орехи люблю, — отмахнулась Наталья, — А угощать мне особо и некого, так что хватит и этого.
Я внимательно посмотрела на Наталью, но она отвела от меня взгляд.
Мы пришли домой, высыпали орехи для просушки, поужинали и Настя пошла спать.