До пепла... (СИ)

— Ого, Воронов тебе уже букеты шлет? Ты его чем очаровать пыталась, чтобы к себе перетащить? — раздраженно и будто бы с обидой буркнул Денис, первым делом уставившись на цветы.
 Тоня удивилась, не понимая, с чего он такие выводы сделал. Но и не собиралась хамство попускать.
— Алексея Воронова ко мне Акимов направил. Очевидно, имел для этого свои основания и причины. Я его не очаровывала, а предложила варианты по инвестициям, — резко оборвала инсинуации она, не уточняя почему-то, что цветы не от Алексея. — По какому праву ты входишь без стука, Денис? — холодным тоном поинтересовалась, делая вид, что крайне поглощена последними сводками с бирж.
 И вдруг поняла, что со стороны, если быть не в курсе об их ночных… хм, «обсуждениях» парфюмов с Пархомовым, букет ирисов и правда больше на деловую признательность похож, нежели на намек о сексе. Очень уж серьезный с виду… Это для них с Дамиром тут море «недосказанности» спрятано.
 Денис, будучи не в курсе ее мыслей, уставился слегка оторопело.
— А с каких пор я стучаться должен, когда к тебе захожу? — Денис, похоже, растерялся. И даже с претензией уточнил, скривив такую нагловатую гримасу, что Тоня нахмурилась.
— С тех пор, как мы расстались, разумеется, — тем же холодным тоном напомнила она, немного зависнувшая в мыслях на прошлой ночи, где Дэна и в помине не было. 
 Надо бы собраться.
 Денис, стоило признать, стал выглядеть смущенным. Слегка. Попытался придать себе виноватый вид.
— Я как раз насчет этого пришел поговорить, Тоня… Тупо как-то вышло…
— Ты сейчас о чем конкретно? — иронично уточнила, вновь переводя глаза на ноут. 
 Ей было неинтересно. Вот вообще… Ночь с Дамиром как выжгла любые связи и симпатию, интерес, который ведь испытывала ранее к Дэну, любые эмоции… Все исчезло, чужой человек бухнулся в кресло напротив, будто никогда даже не соприкасалась кожей с его голым телом. Дрожь неприятия при мысли об этом. Уффф… 
 Вот это ее Пархомов «проработал», однако. Даже немного страшновато стало. Не захлебнуться бы в этом омуте по имени Дамир. Несерьезно же все, понимает.
— Давай просто забудем последние дни, а? Я вел себя… не лучшим образом, — попытался тем временем подобрать деликатное определение Денис, вероятно, не заметив, что ей безразличны его старания.
— Ты вел себя, как мудак, давай уж начистоту, — ровно отозвалась Тоня, закрыв одну вкладку на рабочем столе, и принялась вместо этого изучать входящую почту.
— Я, надеюсь, ты не верила всему, что тут ваши сплетницы разносят! — возмутился на это обозначение Денис, кажется, не поняв, что она об ином, а не о слухах, о его вероятной интрижке еще с кем-то.
— А чему именно из этих слухов стоило верить? — отчего-то его возмущение вызвало лишь снисходительную улыбку. 
 Сама себя пока не поняла. Оторвалась все же от документов, глянула на недовольного Дениса.
 — Денис, давай на чистоту, — прервала до того, как явно раздраженный этими поддевками и чем-то раздосадованный мужчина принялся бы убеждать ее. — Мне не интересно. Все, точка. У нас были странные отношения, хоть и насыщенные, не отрицаю. И они себя изжили. За последние дни я осознала это целиком и полностью. Даже благодарна тебе, что хватило решимости тогда встать и уйти, хоть и с хамством.
— А если я не согласен? — резко бросил в ответ Дэн, отчего-то рывком подскочив с кресла и нависнув над Тоней. Уперся кулаками в стол.
 Вот так он себя не вел еще. Не по себе стало почему-то, даже описать не смогла бы, что именно зябко дрогнуло внутри, и от этого гадко, отвернуло.
— Я против — этого достаточно, — твердо отрезала Тоня, не выдав непонятную слабость и эту отвратительную дрожь. 
 Напоминало страх. Ну с чего ей Дениса бояться? Сто лет знакомы и никогда ничем ее не пугал, раздражал больше. Это недосыпание сказывается, видимо. Встряхнувшись, Тоня сильнее расправила плечи. Взгляд зацепился за ирисы… и это неожиданно придало ей сил, как  мелькнувшее воспоминание о том, что Пархомов, шутя, хвалил ее «мужскую» самоуверенность.
 
— Отношения строятся двумя людьми, Дэн. Мы с тобой точно не готовы и не хотим их строить. Ни ты, ни я. Нам еще вместе работать, так давай обойдемся без всех этих скандалов, как взрослые, — улыбнулась уголками губ. 
 Денису не понравилось то, что она говорила, явственно видела раздражение и злость в глазах мужчины напротив. И он все еще продолжал нависать над ней. Странно. Казалось бы, облегчение должен испытать. Тоже не замечала от него огромной любви. Или права Эля всегда была, что ему так было проще и удобней на контроле ее дела держать, еще и удовлетворение получая по ходу?
— Думаешь, я не найду, кем утешиться? — фыркнул тем временем мужчина, рассматривая Тоню с каким-то высокомерием, что ли. — Здесь таких достаточно…
— Значит, сплетни не так уж и врут, — заметила она ровно, продолжая улыбаться. — Твое дело. Ты ушел, я свои выводы сделала. И с тобой быть не хочу, Денис. Давай не терять при этом уважения, — предложила еще раз.
 А он словно бы задумался, хотя явно не пропустил ее намека на свои похождения и уже не опровергал. Но Тоня не судила, скорее, устало наблюдала, как Денис раскачивается на носках, упираясь в ее стол около букета. 
 Пусть только попробует перевернуть вазу — прибьет… каблуком от туфли! Даже если не нарочно выйдет.
 И, будто прочитав эту «угрозу» у нее во взгляде, Денис оттолкнулся от столешницы, отошел к окну. Обернулся оттуда, как-то задумчиво вдруг став изучать Антонину.
— Ладно. Так, значит так… Взрослые, — вроде бы согласился. И то счастье. Да и успокоился, похоже. Выдохнул. — Но к Чехову не лезь, это мой клиент… И Воронов должен был быть моим, они же дружат… — как не сдержался.
 «Ну, е-мое! Детский сад, песочница…»
 Тоня выдохнула, подумав, что может теперь на все плюнуть и курить свои любимые сигареты даже при Денисе. А еще вспомнился вчерашний завтрак и она за столом с тремя мужчинами… Что бы Дэн сказал, узнав? Что она переманивает его клиентов? Хмыкнула, не сдержавшись.
— У нас Акимов распределяет новых клиентов, Денис, если ты забыл, ему виднее, кому и что поручать. Работай эффективней, и никто не сможет твоих клиентов переманить, — справедливо, как ей показалось, заметила Антонина, достав сигареты из ящика стола и прикурив.
 Денис скривился, не любил дыма действительно. Ну так она и не держит его.
 И, словно уловив эти ее мысли, Денис передернул плечами, направившись к двери.
— Ладно, Тоня. Я тебя услышал. И понял. Но… закончен ли наш разговор? Уверена, что не передумаешь?.. — он замер у двери, будто бы ожидал, что она сейчас его останавливать бросится, шанс давал…
Тоня промолчала, всем видом демонстрируя, что уверена в своем решении. Денису это не понравилось, но и скандал он не закатил.
— Удачных сделок, — холодно, но ровно бросил, уже открыв двери. В коридоре точно кто-то подслушивал, Тоня поклясться могла, что слышала шум и шушуканье. Нет им покоя, все неймется любопытным, своей бы жизнью занялись!
— И тебе, Дэн, — так же ровно и спокойно пожелала. Искренне. Если честно, вновь зависла на рассматривании букета. 
 Денис кивнул и ушел. Что ж, все еще неплохо вышло. Хоть очередной сцены на показ не устроил. Все-таки достойно отказ принял в этот раз, хотя Дамир и считал, что Денис не из таких…
 Елки-палки! Она снова о Пархомове по поводу и без думает! Надо на работе сосредоточиться! И собрать информацию о тех компаниях, про которые ее Воронов спрашивал, кстати. Что бы там ни происходило в личной жизни, на работе это не должно сказываться — ее принцип. И ведь удавалось обычно. За что Акимов ей даже шашни с Дэном всегда прощал. А Пархомов оказался настырней, вцепился в мозги, как клещ!
 
 Она и с Вороновым о Дамире говорила, хотя, видит бог, не хотела… Не хватало еще погореть и всем признаться, что, по ходу, запала на этого мужчину. Чревато и опасно. Лучше бы его вообще из мыслей вытурить. Только как?! Когда приходят всякие… кгхм, клиенты, намеками бросаются, «разговоры разговаривают»…