Связанные шрамами (ЛП)

Когда они наконец добрались до Тиммона, то обнаружили, что это не более чем деревня на перекрестке дорог. Кроме нескольких сгрудившихся домов, здесь был только один магазин, служивший рестораном, таверной и торговым пунктом.
Валенден поправил свою сумку и направился к двери, а Брин нервно топталась сзади.
— Говорить буду я, — успокоил он ее. — Будет лучше, если они не услышат твоего акцента. Просто притворись хоть раз в жизни кроткой, послушной женой.
Она мысленно метнула в него кинжал. Вал взял ее за руку и повел внутрь, где за прилавком сидел худой молодой человек с несколькими полками, уставленными товарами. Там стояли два столика, за которыми посетители могли поесть, и оба они сейчас пустовали.
Брин притворилась, что осматривает веревку, выставленную на продажу, а Валенден подошел к прилавку, чтобы договориться о цене за подсвечники.
Просматривая товары, она обнаружила, что заинтересовалась ими гораздо больше, чем ожидала. Вся ее жизнь прошла за стенами замка, пока Рангар не спас ее. Она успела немного пожить в дороге под звездами, но потом вернулась в стены Барендур Холда.
Она никогда не сталкивалась с жизнью простолюдинов. Никогда не была в магазине. Она удивлялась ведрам с железными гвоздями, продававшимися по пенни за штуку; мешкам с мукой и пшеницей; банкам с твердыми конфетами, кускам ткани и ниток; различным инструментам.
«Мои родители должны были показать мне все это. Как я могла управлять людьми, если не знала, как они живут?»
Закончив торг, Валенден попрощался с продавцом, взял ее за руку и вывел на улицу.
— Он купил подсвечники за приличную сумму, но в этой деревне нет лошадей на продажу. Он сказал, что завтра в Гарристон прибудет экипаж, но я думаю, что это слишком рискованно — путешествовать с другими людьми.
— Значит, мы продолжаем идти?
— Продолжаем идти.
Брин обнаружила, что не возражает против этой прогулки. Было интересно наблюдать за повседневной деревенской жизнью. Дорога от Тиммона до Отволла была усеяна скромными коттеджами и фермами, и ей нравилось наблюдать за тем, как люди занимаются своими делами.
Раньше она всегда сидела в королевской карете, и все вежливо останавливались и махали ей рукой. Теперь же никто не проявлял к ней ни малейшего интереса, и она нашла это освежающим.
— Расскажи мне о том времени, когда вы были маленькими мальчишками, — попросила Брин, чтобы скоротать время. — В какие передряги вы вляпывались?
Валенден пнул камень.
— Ха, и месяца не хватит рассказать о том, какие мы пережили неприятности, в которые попадали. Трэй, будучи старшим, никогда не хотел, чтобы мы с Рангаром проказничали, но он и сам любил пошалить. Он оставлял в наших простынях гнилую рыбу, чтобы мы думали, что подхватили какую-нибудь вонючую заразу. Однажды он вылил из моей фляги медовуху и заменил ее маслом. Я выплеснул все это на девушку, которая мне нравилась.
Брин рассмеялась, наслаждаясь тем, что услышала другую сторону Трея, хотя это также наполняло ее печалью.
— Расскажи мне больше.
— Было время, когда мы с Рангаром хотели одного и того же коня, необъезженного жеребца. Отец сказал, что тот, кто сумеет его приручить, оставит себе. Я не знал, что Рангар натер ему в ноздри перец чили, когда пришла моя очередь его седлать. В итоге я сломал ключицу, когда конь меня сбросил.
— Нет! — сказала Брин.
Валенден кивнул.
— А потом Рангар натер нос лошади успокаивающим лосьоном и забрался на нее сверху, словно она была ручная, как ягненок. Эта лошадь была у него много лет, он хвастался ею передо мной.
Она усмехнулась.
Валенден лукаво на нее посмотрел.
— Я уже рассказывал тебе о том, как мы тайком сбежали со встречи с одним из лесных принцев, чтобы отправиться в Мир на сбор урожая. Наш отец так и не узнал об этой маленькой выходке. Он бы с нас шкуру содрал. Но это был не единственный случай, когда мы ходили туда, куда не следовало. Помню, мы должны были отправиться в учебную экспедицию с бывшим капитаном армии Берсладена, но подкупили его и провели несколько дней в доках в Вентвесте. — он усмехнулся при этом воспоминании. — Трей потратил все свои деньги на игру в кости. Я влюбился в одного парнишку, который оказался вором и украл все, что у меня было, даже одежду. Но Рангар преследовал его и не только вернул мне одежду, но и забрал ее у того парня.
 
Брин удивленно покачала головой.
— Ваше детство… сильно отличалось от моего. Мне не разрешалось покидать замок, если только я не была с родителями. Хотя, когда мы были маленькими, я помню, как мы с братом и сестрой играли в прятки в потайных ходах замка Мир. Это была самая настоящая авантюра. — она вздохнула. — С возрастом мы с братом и сестрой отдалились друг от друга. Марс всегда очень опекал меня, но редко бывал рядом. Он всегда был на тренировках или на учебе.
— А твоя сестра?
— Элисандра считала, что я слишком много мечтаю. Она пыталась заинтересовать меня танцами и пением, но меня это не привлекало. В конце концов, она потеряла ко мне интерес и стала больше времени проводить с другими придворными девушками.
Они продолжали рассказывать о своем детстве, проходя мимо других деревень, а затем Валенден помог Брин попрактиковаться в заклинание очищения, пока она не почувствовала, что ее движения сливаются с заклинанием.
— Еще в замке Мир, — вспоминала она, — я спросила Рангара, как получить магический знак, чтобы разжечь огонь. Он сказал, что это слишком сложно.
— Нет, это совсем не так. Он сказал это только потому, что ему нужно, чтобы ты выучила заклинание очистки, чтобы ты могла спасти ему жизнь. Я могу научить тебя… я не маг, но это всего лишь небольшой порез на лопатке, и я уже делал это раньше. Мы с некоторыми моими товарищами по оружию делали это во время тренировок, как часть дедовщины. Маг Марна была в ярости… она любит, чтобы только она и ее ученики вырезали магические знаки. В общем, заклинание несложное, хотя с произношением надо быть осторожным. Оно похоже на заклинание, заставляющее человека чихать.
Ее глаза загорелись.
— Да, пожалуйста, Вал.
— Тогда сделаем это сегодня вечером.
К тому времени, как солнце начало садиться, они наконец добрались до Отволла. Валенден пошел спросить о лошадях и напал на след двух, хотя фермер сможет встретиться с ним только утром.
— В нескольких кварталах отсюда есть постоялый двор, — сказал Валенден, взваливая на плечи свою сумку. — Переночуем там.
Брин сжала руки и опустила голову, когда они вошли в трактир — двухэтажное здание с пристроенной таверной. Пожилая женщина вышла поприветствовать их, и ее взгляд сразу же остановился на обручальных кольцах на их пальцах. Как только она заметила, что они женаты, а не скандально путешествующие вместе мужчина и женщина, она тепло улыбнулась.
— Чем я могу помочь вам, голубки?
Должно быть, Валенден также заметил, как она зациклилась на их семейном положении, поэтому он взял Брин за руку.
— Нам с женой нужна комната на ночь.
Трактирщица засияла, копаясь в карманах в поисках ключа.
— Такой молодой! О, я люблю новые любовные истории.
Валенден одарил Брин дьявольской ухмылкой.
— Да, мы поженились всего три дня назад в Морантоне. Я везу свою невесту домой, в Воллин. Мы хотели бы получить самую уединенную комнату, которая у вас есть… — он многозначительно пошевелил бровями. — Ну, понимаете… мы женаты всего три дня.
Женщина слегка покраснела, и Брин почувствовала, что и сама краснеет. Но трактирщица лишь усмехнулась и протянула Валендену ключ.
— Наверху, последняя комната справа. Она у нас самая красивая и находится дальше всех от других постояльцев. — она поджала губы. — Спокойной вам ночи… если вы вообще уснёте.
Брин думала, что сгорит заживо от смущения, но Валенден обнял ее за спину и поцеловал в висок. Хоть внутри у нее все и кричало, но она натянула на лицо улыбку.
Как только они устроились в комнате, которая была едва ли больше шкафа с крошечной кроватью, Брин хлопнула Валендена по плечу.