"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— То есть моё самоотверженное появление и стирание памяти о мисс Спектр ничего не стоило? Вы бы и без меня всё вспомнили и выбрались из кошмара? — совсем приуныл я.
— Если бы не твой откат времени, то нам бы и вспоминать нечего было, — резонно заметила мисс Спектр. — Мы бы все лежали с поджаренными мозгами в Янтарной комнате. Кроме того, твоя выходка выиграла нам дополнительные секунды и помогла лучше сориентироваться.
Мисс Спектр заняла место на продавленном кресле, которое в некоторых притонах постеснялись бы взять. И достав откуда-то из внутреннего кармана пачку сигарет, закурила. Я от подобного зрелища даже немного окосел… Мисс Спектр и курит — мой мир не будет прежним.
— Надеюсь, у тебя можно дымить? — уточнила она у Глагола уже после первой затяжки. Тот только махнул рукой, показывая, что после случившегося немного дыма не сильно испортит атмосферу, и сам уселся на разбитую панель управления, которая некогда красовалась в центре бункера. А мисс Спектр, сделав очередную затяжку, продолжила: — Пока мы там дрались, я успела считать отголоски мыслей Кошмара и его людей. Скажу честно, нам жутко не повезло!
— В том, что Жнецы уже давно нашли Янтарную комнату, приспособили под свои нужды, а мы, не зная этого, припёрлись к ним? — я не сумел удержаться от доли ехидства.
— И это тоже. Но в основном, потому что Кошмар узнал об открытом контракте на поиски Янтарной комнаты и о том, что его взял Глагол. С учётом, что комната находится на их базе и является одним из источников Веры, они испугались, что через неё Глагол может к ним влезть. Они захотели выкрасть все части ритуала-открытия, а самого Глагола устранить. Но тут вмешался Несуществующий. Жнецы решили, что Глагол работает вместе с Критиками. Устранять его стало бессмысленно — тогда бы пришли мы. И Жнецы подготовили ловушку, выманили Глагола на один из нужных ему фрагментов, захватили в плен, хотели узнать, где остальные части головоломки.
— Но я подготовился и проинформировал вас, — заметил Глагол.
— Анонимка не самый надёжный способ предупреждения, — сухо заметила мисс Спектр. — Но Жнецам ничего не оставалось, как напасть на замок во время ритуала. Однако Кошмару этого показалось мало: ему хотелось использовать уязвимость, как возможность. Он подготовился на славу. Аналитики, предсказатели — все силы и запасы Жнецов были для него открыты. Благодаря этому он знал, кто к нему придёт, и сумел подобрать тот кошмар, в который мы все поверим. И даже неподвластную ему Брауни сумел отвлечь.
— Постойте… — я поспешил вмешаться, пока не потерял мысль. — Как понимаю, вас он взял на входе. Мгновенно. Иначе бы вы не обманулись. Тогда почему у меня имелось несколько секунд? Не поверю, что из-за иммунитета! Он для него пшик!
— А тебя не было в прогнозах аналитиков и предсказаниях, — заметила мисс Спектр, а я вспомнил слова Маши… и едва не воспарил от гордости. Но мисс Спектр ещё не закончила: — Собственно, твоё вмешательство сломало ему часть кошмара. Как понимаю, он попытался тебя подчинить… не особо удачно. Хоть тут твоя безалаберность пришлась к месту.
— Тогда почему он закинул нас всех в одну иллюзию? Ведь мы несколько раз чуть не пособачились и не разбежались. Не проще ли было создать для каждого свой кошмар? Хотя… — в сознании всплыли познания по иллюзиям. — Как понимаю, это подобно симуляции: контролировать четыре отдельных локации, плюс ещё и кукол — у него бы мозг расплавился.
— Не говоря о том, что мы бы раскусили марионеток сразу же, — отметил уже Оркестр и улыбнулся. — Хоть что-то из симуляций запомнил. Не зря я, значит, вас гонял!
— Кошмар и так под конец устал и допускал ошибки, — перехватила мысль мисс Спектр. — Собственно, именно поэтому, когда мы попали на Базу, там никого не было — Кошмару пришлось экономить силы и рискнуть. Он вообще старался действовать наверняка. Убил Оркестра — как самого сильного бойца, который мог вырваться из-под его контроля благодаря множеству личностей. Заманил на базу Глагола, тем выведав её расположение. И устранил. А затем попытался узнать, как пробраться в хранилище артефактов Критиков через подчинённого Несуществующего, манипулируя мной. И у него могло получиться: пусть Веры у Кошмара и меньше, чем у меня, но его способности более узконаправленные, и в иллюзиях он силён.
— И что теперь дальше? — устало осведомился Глагол, до сего безучастно сидевший и чесавшей животик Брауни.
— О заказе с мэрией Питера не беспокойся, — отмахнулась мисс Спектр. — Если станешь Критиком, то мы сможем тебя прикрыть…
— Спектр, не будь расчётливой стервой хотя бы сейчас! — в сердцах громыхнул Оркестр. Кушетка под ним хрустнула, не уверенная, что способна выдержать подобное давление.
— А что я? — удивилась женщина и затушила бычок о подлокотник кресла. — Это взаимовыгодное предложение! Его бункер уничтожен. Задание провалено. Жнецы откроют охоту с новой силой. Я, конечно, не говорю, что его нужно защищать, но вот чтобы питать Брауни, нужны определённые ресурсы. И Критики могут их предоставить. Это не самый плохой способ утилизации опасных артефактов. О талантах Глагола, как оперативника, промолчу. Я его последние два года предложениями заваливаю. А тут у него и напарник сразу имеется — Несуществующий. Или ты ещё не передумал увольняться? — перевела на меня вопрошающий взгляд мисс Спектр.
Я задумался. Месилово, в котором мы только что поучаствовали, должно было окончательно отпугнуть любого разумного человека. Вот только это явно не про меня. Во всей этой заварухе я вспоминал тот момент, когда стрелял в лоб мисс Спектр. То, как это было приятно. И я как ненавидел себя за это. А главное, как понимал: «Одному мне не справиться».
Я, безусловно, могу вернуться под крыло Шефа, оставив всех этих Жнецов и аномальные безумства другим. Смогу остаться рядом с Надей и не волноваться ни о чём. Я буду счастлив. Почти.
— Я хочу, чтобы мою историю рассказывали, как историю Критика. Здесь у меня есть шанс стать лучшей версией себя. Если, конечно, мои порывы не будут рубить на корню. Хотя бы не все… — честно признался. Мне понравилось, когда меня прикрывали те, кому мог доверять. Мне понравился вкус силы.
— Вот и отлично! — мисс Спектр обозначила улыбку. — Теперь ответ только за тобой, Глагол. Что скажешь?
— В кошмаре ты пыталась спасти Брауни… — поднял на неё взгляд Глагол. — Я постараюсь тебе поверить.
Александр Лобанов
Нижние уровни
Пролог или к чему приводят затяжные прыжки?
— Думать о позитивном! Думать о позитивном! — бормотал я под нос. — Думать о позитивном! Вокруг свежий воздух! Вокруг много свежего воздуха! Вдыхай глубоко. Выдыхай плавно…
Следуя собственному совету, я попытался вдохнуть во всю мощь лёгких. Грудь отозвалась тупой, давящей болью, словно на меня навалилась гора. Интересно, это от разреженного воздуха или от того, что грудная клетка почти поздоровалась с позвоночником? Я продолжил убеждать себя:
— Думай о позитивном! Думай о позитивном! Ты проводишь время в приятной компании.
— Хм-м-м… — то ли одобрительно промычал, то ли саркастически прогундосил под нос Глагол. Мой напарник находился подшофе, потому лёгкая монотонность и невнятность речи простительны.
Двигался он параллельным курсом, на расстоянии пары метров. Не совсем ровно. Рывками. Дергаясь из стороны в сторону. Виной тому не алкоголь, а безжалостная отдача от оружия, из которого Глагол в движении вёл стрельбу.
— Думай о позитивном. Думай о позитивном! — попытался я вновь затянуть мантру.
Безуспешно. Меня прервал беспечный, задорный и чуть хмельной смех ещё одного члена «приятной компании». Юная особа в полупрозрачном наряде, не скрывавшем аристократической бледности кожи. По данным Информатория, представительница дальней ветви давно почившей императорской семьи. Одним словом: принцесса.
— Ой, как весело! — радостно кричала она, болтаясь на плече Глагола, помахивая изящной ножкой и вновь прикладываясь к бутыли шампанского.