"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Заточенная кромка цифрового щита рассекла и растительность, и паутину, открывая возможность для движения. Коса Нейтрон действовала ничуть не хуже, обрубая растительность по флангу. А вот Брауни никак не могла оставаться спокойной: броня Глагола из нанитов то и дело шла волнами, и в ней появлялись прорехи.
— Не припомню, чтобы база в зеркальном мире выглядела, словно филиал тропического леса? — я отметил следы когтей на стене, и судя по размеру, зверь должен быть хищником как минимум с волка.
— Это симуляция для ускоренного развития и эволюции ИИ, — прокомментировал Глагол, пробуя на ощупь ближайший листок. — Раньше она находилась на самом глубинном уровне.
— А можно пояснение для тех, у кого нет питомца с ИИ? — уточнил я, осторожно пробираясь вперёд.
— Здесь создавали ИИ по восходящей парадигме, — бросил Глагол. Тишина стала ему ответом и одновременно признанием нашей с Нейтрон тупости. Глагол, потёр переносицу, но начал объяснять: — В восходящей парадигме ИИ считают: движение идёт от моделирования фундаментальных процессов вроде работы нейронов и синапсов к высшим психологическим функциям. Эволюция от простого к сложному за счёт обучения, при помощи оценки большого числа данных. В процессе отсеивается информационный хлам и остаётся только самое лучшее.
В переплетении паутины я увидел маленького паучка, который всматривался в нас восемью чёрными бусинками глаз. Паутина — пауки… всё логично! Но что с ним делать? Решение за нас приняла Брауни: за считанные мгновения она собралась в форму змеи, причём использовав всех нанитов — не оставив ничего для защиты Глагола — а затем стремительно скользнула в заросли, на лету сожрав следившего за нами паучка.
— И что это сейчас было? — не скрывая удивления, уточнила Нейтрон.
— Ностальгия… Эволюция подразумевает борьбу. Бесконечную схватку, пока в результате не останется один доминирующий организм. Это базовая программа Брауни, и теперь она может её выполнить! В отличии от искорёженных программ Мёртвой сети, тут совместимый с Брауни софт.
— Ш-ш-ш… — как мне показалось, с раздражением обратилась Брауни, а затем устремилась в заросли.
Глагол, не говоря ни слова, стал прорываться следом. Идея откровенно глупая, но без Брауни нам не выбраться, потому мне с Нейтрон пришлось присоединиться к расчистке пути. Благо сигнатура Брауни чётко отслеживалась информационным фильтром наруча.
Тут здание тряхнуло. Не сильно, но вполне ощутимо. По ногам прошла дрожь, а с листьев ближайших деревьев скатились капли росы… откуда в цифровом мире роса? Мы замерли на месте, готовясь к нападению, но нас вновь накрыла тишина.
— Вот зря мы сюда полезли… — недовольно заметила Нейтрон.
Мне захотелось обозвать её трусихой, как она не раз называла меня, но я сдержался — не хватало ещё ссоры. Да и согласен я с ней: уже успел приметить несколько гнёзд, в которых мог бы поселиться разве что птеродактиль, и нору, куда я вполне мог пролезть. Всё пустое.
Благо, Глагол решил нас отвлечь очередным пояснением:
— Изначально каждый наноробот являлся отдельной системной единицей. Словно простейшие в первичном бульоне. Их поместили в виртуальную симуляцию и ускорили время в миллионы раз, наблюдая, как простейшие программы взаимодействуют, обрабатывают данные, постепенно обучаются. Сильнейшие поглощали слабых и становились совершеннее — эволюционировали.
Тут здание вновь вздрогнуло. Мы все дружно переглянулись, а по спине прошли мурашки… ещё несколько таких толчков, и возникнет реальная угроза в виде искаженных программ Резонанса Шумана.
— Эксперимент был в самом разгаре, когда пришла Вера, а после и приказ об уничтожении лаборатории… — чуть отстранённо продолжал Глагол. — Именно поэтому здесь джунгли — среда для продуктивной эволюции. Но если бы у Брауни было больше массы тела, а вместе с этим банков памяти и систем анализа, она могла бы эволюционировать до нашего уровня и выше.
Я поёжился… представлять Брауни в человеческой форме было почему-то неловко.
— Смотрите! — выкрик Нейтрон совпал с тем, что мы прорубились на небольшую полянку в центре джунглей.
Пауки… На фоне зеленоватой горы в пару человеческих ростов мы увидели множество пауков от едва заметных, до гигантов мне по пояс. И все они наседали на Брауни — кибер-змея едва успевала уворачиваться от ударов лап и выпадов жвал. Мелких паучков она просто стряхивала или пожирала при движении. А от паутины нагло уворачивалась, перестраивая тело.
Наше появление заставило часть пауков отвлечься и атаковать нас. Глагол всадил болт из вирусного арбалета в одного из самых крупных и быстрых пауков. Жвала второго я принял на щит, а удар косы Нейтрон отсёк ему голову вместе с парой лап. Следом наган парой пуль отшвырнул от Глагола паука. А щит вспорол брюшко очередной твари.
Глагола без поддержки Брауни за считанные секунды оттеснили от нас с Нейтрон, неожиданно оказавшихся спина к спине. Критика спасала только разработка Артефактора: вспышка наруча, и пауки забывали о перемещениях Глагола за последнюю секунду, что в свою очередь позволяло тому снова уйти из-под удара. Он прятался в скалах у зелёной горы.
Мы же с Нейтрон вертелись, словно миксер смерти, перемалывая арахнидов. Плевки паутиной и изредка ядом не могли пробить раритетные доспехи Теневых и мой щит-наруч, а вот наши удары разили и разили… пока неожиданно враги не побежали.
— Нужно уходить! — озвучил я самую популярную фразу за последние дни.
— Брауни! — позвал Глагол любимицу, перезаряжая арбалет и стараясь не наступать на левую ногу, алевшую несколькими царапинами.
Вот только кибер-змейке было не до нас — она без остановки пожирала трупы на поле боя. Брауни целиком заглатывала туши, как делают это змеи, но в разы быстрее, и не увеличиваясь в размерах. Брауни в полной мере отдалась задаче восстановить системный код и все функции.
— Брауни! Оставь! — в голосе Глагола клокотал гнев. — Это…
Я успел прыгнуть и повалить напарника наземь за миг до того, как его пробила бы гигантская паучья лапа. Оказывается, они «побежали» только в моих мечтах. На самом деле арахниды скрылись в растительности, чтобы… слиться друг с другом. Так они превратились в более крупный, сильный и жизнеспособный организм. Тело теперь покрывал хитин, из которого выпирали шипы. Плюс появились хвосты: три штуки с заострёнными концами. А вместе с атакой по Глаголу по залу-парку разнёсся раздирающий душу рёв, после которого здание вновь дрогнуло.
Мы с Нейтрон атаковали одновременно по лапам, превышавшим наш рост раза в полтора. Вот только и щит-наруч и синяя коса смерти Нейтрон лишь выбили зеленоватые искры из хитина лап. И уже вторым прыжком нам пришлось разрывать дистанцию, чтобы не попасть под удары хвостов.
— Ш-ш-ш… — Брауни подняла головку, недовольная то ли тем, что нападают на её друзей, то ли тем, что отвлекают от ужина.
Как бы то ни было, но кибер-змея рванула вперёд, словно стрела, мне даже показалось, что она сейчас пронзит паука. Но нет, Брауни заскочила на одну из лап и заскользила по ней вверх, вырастив на теле множество шипов. По ушам ударил скрежет, но продлилось это считанные секунды, а затем Брауни вильнула между шипов паука и оказалась на шее арахнида-гиганта. Тело змеи, словно плеть, захлестнуло кольцом узкое место. Паук попытался подцепить лапками гибкую хищницу, но поздно: рывок, и по залу разнёсся хруст свёрнутой шеи.
Туша дёрнулась и начала заваливаться. Но Брауни уже вгрызалась в цифровую плоть существа. В джунглях появился новый хищник!
Останки рухнули на край зеленоватой горы в центре поляны… и она стала лопаться: вниз потекла мутная жидкость и сотни, тысячи, а может и большее количество недоразвитых паучков. Мы разворошили паучью кладку.
— Брауни нужно остановить, — с болю и одновременно решительностью заявил Глагол. — Нельзя, чтобы она уничтожила кладку!
— В смысле остановить? — Нейтрон с брезгливостью пнула ближайшее тельце из кладки. — Сейчас она поглотит эту… гадость. Восстановит программный код и станет сильнее. Разве ты не этого хотел?