«А ты не такой? (СИ)

– Яна Яновна, добрый вечер, – услышала она за спиной.
Пришлось поворачиваться лицом к лицу. Вот он – пришелец из студенческой жизни, сослуживец Главного.
– Добрый вечер, Сергей Олегович.
– Яна, ты мою Ленку не видела? – тут же перешел директор на обычную неофициальную речь.
– Нет. Когда я приехала, на улице были только мужчины.
– Все! Она мне голову откусит. Я опять забыл за ней машину отправить, – сокрушался Главный. – Да, кстати. Позволь представить тебе моего армейского друга. Нашел же меня, спустя столько лет! Томленов Михаил Борисович.
– Очень приятно, Яна, – чуть склонив голову, поприветствовал ее столичный гость.
– Здравствуйте, – ответила она без эмоций, глядя снизу вверх на старого знакомого.
Сергей Олегович нервничал в ожидании головомойки от жены, поэтому, когда его телефон подал сигнал, он, закатив глаза, отошел в сторону для получения приговора.
– Ты даже не сказала «взаимно» на мое приветствие, – сказал Михаил.
– Зачем врать? Нет в этом ничего приятного. Но уж, если ты гость Главного, придется терпеть твое пребывание здесь. Надеюсь, мы не увидимся больше.
– У тебя странный наряд для Восьмого марта. Это протест?
– Слушай, Миш, – она не хотела стоять тут с ним, отсвечивать, – считай, что меня здесь нет. Наслаждайся жизнью, своим другом, женщ…
– Я тебя искал. К тебе приехал.
– Не опоздал? Нет? Мы с тобой все выяснили девять лет назад… Кстати, мамочка знает, что ты приехал в провинцию, к лимите нецарственных кровей? Она может быть очень не довольна твоим поведением.
– Ты стала совсем другой, – задумчиво глядя на Яну, сказал он. – Где та милая добрая девочка?
– Не ты ли ее убил? Вместе с… Пока, Михаил Борисович. Удачного отдыха в нашем прекрасном, душевном коллективе.
Яна отвернулась и пошла в сторону зала. «Снова это жуткое ощущение, что на меня кто-то смотрит ледяным взглядом. Боже, нечем дышать!» Ее скрутил страх, но она нашла в себе силы оглянуться назад. Никакого толку – в холле было слишком много людей. Михаил тоже смотрел в ее сторону. Но не его взгляд буравил ей спину и затылок.
Она прибавила скорости и скрылась за дверями банкетного зала. Столичный гость, казалось, замерз, вернувшись в прошлое.
Правильно ли он сделал тогда, прислушавшись к матери. А что он мог? Только отслужил, поступил в институт, был на полном обеспечении родителей. Не хотелось ворошить то время, где он смалодушничал. Мягко говоря. «Надо добиться от нее прощения», – думал он, не обращая внимания ни на что вокруг. Но ее имя, прозвучавшее совсем рядом, заставило прислушаться к разговору двух молодых мужчин.
– Вот это Янка врезала всем по яйцам. Хоть вали отсюда к хренам собачьим. Убила все настроение.
– И чего она завелась? Знала же, что все болтают про нее.
– Кстати, все хочу спросить, почему про нее такие слухи ходят? Я здесь два года работаю. Так можно подумать, что все ее… Ну, и я в том числе.
– Ты к ней подкатывал?
– Да.
– И что? Она тебя мигом отшила? Да еще и обсмеяла, наверное, и размер, и время, да? Вот ты позволил себе что-то в ее адрес, и мгновенно получил отдачу – с жесткими насмешками. За это ей и прилетает. И спорили на нее, и ставки делали – бесполезно. Никому не дает, ни на кого не смотрит и послать может, только что не матом. Ведь ни один не добился ничего! Она, как заговоренная. Или обидел кто ее? А теперь и мы, такие же сволочи…
Дальше разговора не было слышно, потому что мужчины ушли в том же направлении, что и Яна до этого. «А мне понятно, откуда у нее такое отношение. Сам ей тогда сказал, что у нее не я один был, хотя точно знал, что я – первый. Идиот. Послушал мамочку – она же лучше знает этих провинциалок. А мы сами-то всего год жили в Москве к тому времени. Это мы были глухими провинциалами, а не Янка… Неужели у нее никого не было после меня? Да и мне особо нечем похвастать. Я ее так и не сделал женщиной. А наследить успел. Правильно она сказала – убил и ее, и … А ведь она любила меня… Дурака трусливого. Так любила, как никто ни до нее, ни после».
 
Он вместе с последними гостями зашел в большое помещение, украшенное воздушными шариками и цветами. «Боже! Какой колхоз…» – промелькнула мысль у Михаила, но он придал лицу приветливое выражение и двинулся в сторону махавшего ему рукой заместителя Главного. По пути рассматривая присутствующих, он заметил Яну, хотя это было трудно. За ее столом сидели дамы в шикарных платьях всевозможных расцветок. На их фоне Янка казалась просто предметом интерьера. Видимо, этого и добивалась.
Она что-то им рассказывала, наклонившись к центру. Девчонки вытянули шеи, прислушиваясь к ее словам. А потом раздался взрыв хохота и хлопки ладонями друг о друга. Яне показывали поднятый вверх большой палец. «Опять сказала какую-нибудь правдивую гадость» – ничего другого просто не приходило в голову.
– Присаживайтесь, Михаил, – обратился к нему зам.
– Весело тут у вас.
– Это плановый отдел развлекается во главе со своей ядовитой гюрзой.
Стало ясно, что и заместитель тоже получил отворот-поворот.
  
Глава 2.
 
Народ веселился на полную катушку. Вечер пятницы, впереди три выходных дня! Можно будет прийти в себя после такого празднования.
Яна тоже не сидела: она и танцевала, и в конкурсах участвовала, и ведущему помогала… Лишь бы не оставаться наедине с собой, не открывать воспоминаниям все двери. Она почти не ела и совсем не пила спиртное. Даже сок не пила, наученная горьким опытом. А вот в воду незаметно добавить какую-нибудь гадость вряд ли удастся. Поэтому – только вода!
Наконец, зазвучала медленная композиция, освещение слегка приглушили. Парочки потянулись на танцпол.
Яна бывала здесь раньше и знала, где можно «спрятаться». В полутьме зала, незаметная в своем черном одеянии, она проскользнула к самому концу барной стойки. Там был маленький, закрытый с трех сторон уголок. Янку видел только бармен, который знал ее тысячу лет и разрешал там сидеть. Пьющие гости не обращают внимания на этот темный отсек.
Она села на высокий барный стул и привалилась плечом к стене. Вздохнула. Закрыла глаза и все-таки вернулась в прошлое…
Конец октября. Второй курс.
С Мишкой они познакомились в ее общежитии, куда он приехал в гости к своим бывшим одноклассникам. Это была суббота, прямо в общаге студенты устраивали «дискотеку» в огромной комнате второго этажа. Его друзья жили на шестнадцатом, а Янка с подружками на седьмом. Этажи делились по факультетам: шестнадцатый – экономической кибернетики, седьмой – химико-металлургический.
Девчонки уже вовсю веселились, когда Янка обратила внимание на только что вошедших парней. Один из них выделялся внешне: высокий, красивый… Как так получилось, что их взгляды встретились в полутемном помещении среди толпы? Лучше бы этого никогда не было!.. Но это было.
Они смотрели друг на друга, не отрываясь. Яна забыла о времени и месте, не слышала музыку, не видела никого вокруг. Только его. И он смотрел так же – не отводил глаз, словно боялся, что она вдруг исчезнет. И медленно двинулся к ней. Янка не дышала – неужели к ней идет это божество?!
Знакомство, танцы, восторженные взгляды. Потом он поднялся в ее комнату, где она жила с двумя сокурсницами. Чай, скудное угощение. И разговоры, разговоры. Михаилу было почти двадцать четыре, ей почти двадцать.
В следующий выходной он привел для соседки Яны своего друга Олега, они вместе учились. Оба были москвичами. Но до его прописки Янке не было дела! Она влюбилась…
 
Первая любовь, такая возвышенная и прекрасная!
Несмотря на очень жесткое воспитание мамы, она решила позволить себе то, чего от нее хотел Мишка. Ей бы, дурочке, приглядеться к тому, как на нее смотрел Олег, тот самый друг – с жалостью… Но любовь слепа!
Однако, когда Михаил узнал, что у Яны не было мужчин до него, он «дал заднюю».