Когда она жаждет (ЛП)

Сандро бросает на меня оценивающий взгляд. — Должен признать, мне трудно представить, что ты будешь подчиняться кому-то, кроме Рафа.
Упоминание имени моего бывшего босса разжигает клубок ярости в глубине моего желудка. Возможно, я все еще нахожусь на стадии гнева.
Он был не просто боссом. Он был другом. И он сказал мне притвориться мертвым и никогда не возвращаться в город, который был домом всю мою жизнь.
Я сделал то, что он, черт возьми, велел мне сделать. Я спас его жену.
Но в ту ночь Раф облажался. Его ошибка привела к череде событий, которые закончились моей гибелью. Это был несчастный случай, но какая-то часть меня возмущается, что за последствия расплачиваюсь только я.
Я провожу кулаком по губам.
— Ты, мать твою, не сможешь заплатить мне столько, чтобы я когда-нибудь снова стал работать на кого-то. Хватит с меня такой власти над людьми. Нам нужно открыть свой собственный бизнес.
— Да, но без шуток, верно? У нас есть второй шанс, Не…
— Роуэн.
— Черт, точно. Роуэн. — Сандро почесал бровь и сел обратно на свое место. — Мне понадобится время, чтобы привыкнуть называть тебя так.
Официантка останавливается у столика и наливает кофе в белые кружки, стоящие перед нами. — Вы готовы сделать заказ?
— Конечно, куколка. Я бы хотел…
— Я не ваша куколка.
Я поднимаю взгляд.
Наша официантка — миниатюрная блондинка. Ее волосы стянуты в хвост, а пара поразительных голубых глаз смотрит на меня с ужасом. Я чувствую себя воинственным школьником, которого сексуальная учительница отчитывает за попытку пофлиртовать с ней. Это нелепая мысль, потому что она не может быть намного старше Сандро, и она определенно моложе меня.
Но она сексуальна. Красивая, в нетрадиционной манере. Чем дольше ты на нее смотришь, тем больше она тебя привлекает. Поджатые губы и враждебность каким-то образом делают ее еще более привлекательной.
Я сканирую ее вдоль и поперек. Это заставляет ее смотреть на меня еще пристальнее, но оно того стоит, потому что под этой униформой скрывается тело, которое может стать причиной дорожной аварии.
Мои губы изгибаются в улыбке — той самой, которая заставляет женщин превращаться в лепешки в моих руках. — Я прошу прощения, мисс. Не хотел вас обидеть.
Ее взгляд на мгновение задерживается на моих губах, но выражение ее лица не смягчается. Она ставит — скорее, ударяет — кувшин с кофе на стол, достает из брюк блокнот и вынимает из-за уха черную ручку.
— Что я могу вам предложить?
— Что вы рекомендуете?
Ее глаза перескакивают на мое лицо. Я все еще улыбаюсь, и к этому моменту большинство женщин начали бы улыбаться в ответ.
Но она?
Она не дает мне ничего.
На самом деле, она хмурится, словно до сих пор не простила мне то, что я назвал ее куклой. Можно подумать, что этим словом я совершил уголовное преступление.
— Сегодня особое блюдо — цыпленок каччаторе с хрустящим жареным картофелем и спаржей. Это вкусно.
Ее тон прерывистый.
— Я возьму это.
Она записывает мой заказ в блокнот и поворачивается к Сандро. — А вы?
— Мне то же самое.
— Отлично.
Официантка забирает меню со стола и поворачивается, чтобы уйти.
— Подождите.
Она останавливается. Ее плечи поднимаются и опускаются на глубоком вдохе. Когда она поворачивается, выражение ее лица более настороженное, чем в тюрьме строгого режима. — Да?
— У вас тут не валяется газета?
Она приносит газету, которую кто-то оставил на одном из соседних столов.
— Вот, пожалуйста. Что-нибудь еще?
Ее глаза такого же завораживающего голубого цвета, как и озеро, мимо которого мы проезжали по дороге сюда.
— Спасибо. На этом все.
Она уходит и исчезает за углом.
Сандро смеется. — Видел бы ты свое лицо. Теперь ты знаешь, каково приходится остальным смертным.
Настала моя очередь закатывать глаза. Не то чтобы я никогда не сталкивался с женщинами, которым я не нравился. Просто это случается нечасто. — Неважно.
Я открываю газету на столе и обращаюсь к объявлениям, ища зацепку. Вакансии, подержанные автомобили на продажу, няни…
 
— Смотри. — Сандро протягивает руку и указывает на одно из объявлений. — Подручные герои. Продается бизнес по ремонту домов. Думаешь, это может сработать? Мы немного знаем о строительстве.
— Мы знаем, как вытрясти из бетонных компаний процент от их контрактов. Не уверен, что это так уж важно.
— Я помогал одному из водителей дома ремонтировать квартиру в прошлом году.
— Правда?
— Да. Это было весело. Мне придется кое-чему научиться, но, думаю, я смогу руководить проектами. А ты сможешь заниматься продажами. Ты хорош в таком дерьме, как общение с людьми.
Он не ошибся. Я снова перечитал объявление. Достаточно ли этого, чтобы не дать мне вышибить себе мозги от скуки?
Полагаю, есть только один способ это выяснить.
— Давай позвоним им.
Сандро достает мобильник, и к тому времени, как блондинка возвращается с нашими тарелками, у нас уже назначена встреча с владельцем.
Курица каччаторе пахнет невероятно. Сандро не лучше голодного животного, он вгрызается в еду, как только она появляется перед ним. Блондинка смотрит на него с минуту, затем переводит взгляд на меня.
Этот синий цвет действительно великолепен.
Я открываю рот, чтобы спросить ее имя, но она поворачивается на каблуке и уходит, прежде чем я успеваю произнести слова.
— Итак, если эта история с подручными героями сработает, — говорит Сандро с набитым ртом, — ты хочешь найти место для ночлега где-нибудь в этом городе?
Я отвожу взгляд от удаляющейся девушки. — Да. Думаю, Даркуотер-Холлоу может мне понравиться.
ГЛАВА 2
ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА СПУСТЯ
БЛЕЙК
Я как раз дошла до самого интересного момента своей книги — героиня застряла в гостинице во время снежной бури, и к ней заходит угрюмый принц фейри, — когда в мое окно врываются лучи фар. Я откидываюсь на крепость подушек, которыми обложила сиденье у окна, и прищуриваюсь.
Кто это?
Этот массивный грузовик определенно не принадлежит никому из моих соседей, а улица Лэндхорн-Лейн не из тех, где бывает много случайных гостей.
На ней всего четыре дома, по два с каждой стороны. Мой дом самый маленький, но и самый симпатичный: белые ставни, уютное крыльцо и васильково-голубая входная дверь. Я потратила все утро на то, чтобы покрасить ее к завтрашнему просмотру. Надеюсь, всплеска цвета будет достаточно, чтобы отвлечь потенциальных покупателей от разглядывания чудовища по соседству.
Дом Джексона.
Грузовик с ослепительными фарами сворачивает на их подъездную дорожку.
Я просовываю палец между страницами книги, чтобы не потерять место, и поднимаюсь на колени, чтобы лучше видеть. Кто едет туда в субботу в шесть вечера?
Это не Джексоны. Они больше не приезжает. Насколько я могу судить, они оставили это место гнить после того, как Эрл Джексон стал каким-то кондитерским магнатом в Канзас-Сити.
Дверь грузовика распахивается, и появляется длинная нога в джинсах.
Я прижимаю книгу к груди.
Это…
Подождите секундочку.
Роуэн Миллер?
Сам мужчина вылезает из грузовика в кожаной куртке, которая так хорошо облегает его широкие плечи, что это должно быть преступлением.
Мои губы поджимаются в знак неодобрения.
Прошло четыре месяца с тех пор, как Роуэн приехал в Даркуотер-Холлоу со своим деловым партнером, и за эти четыре чертовых месяца он успел переспать с половиной женского населения города. Ладно, возможно, это небольшое преувеличение, но я считаю, что парень — бабник.
Насколько я понимаю, мало что может быть хуже красивого мужчины, который знает, что он красив, а Роуэн определенно знает.
Он ходит по городу с невыносимой развязностью и постоянной наглой ухмылкой на лице. Его поведение немного напоминает мне Бретта — моего бывшего, еще одного высокого красивого парня, который оказался лжецом и обманщиком.