Когда она жаждет (ЛП)

Уходим.
В этот момент я слышу рев приближающегося двигателя. На дорогу выезжает грузовик Роуэна.
Черт.
Дядя Лайл и Стилли смотрят, как Роуэн въезжает на подъездную дорожку, их выражения лиц обманчиво нейтральны.
Разочарование сворачивается вокруг моего горла, перекрывая доступ воздуха. Я должна была приложить все усилия, чтобы вытащить их отсюда. Роуэн не из тех, кого легко запугать, и это плохо. Он должен бояться этих парней.
Двигатель грузовика выключается. Роуэн выходит из машины, его движения плавны и уверенны, как у пантеры, и захлопывает дверцу.
Он подходит ко мне, его взгляд скользит по мне, а затем он переводит его на дядю Лайла и Стила.
Когда он останавливается рядом со мной, меня охватывает странное чувство тревоги и облегчения.
С ним я чувствую себя в большей безопасности.
Но это не его работа — защищать меня от этих людей.
Они оценивают друг друга. Роуэн выше и мускулистее, но его физическое преимущество не сравнится с пистолетом, который мой крестный всегда носит на поясе.
На лице дяди Лайла появляется зловещая ухмылка. — Как тебя зовут, парень?
— Роуэн Миллер. А тебя?
В его тоне слышны нотки стали.
— Лайл. Это Стилли.
— Могу я чем-то помочь вам, джентльмены?
Дядя Лайл наклоняет голову и смотрит на Роуэна пронзительным взглядом. — Мы с Блейк просто вспоминали старые времена. Ты хорошо обращаешься с моей девочкой Блейки?
— Да, дядя, — отвечаю я.
— Тебе лучше относиться к ней с заботой и уважением, ведь ты знаешь, что просто одолжил ее, верно?
По моим венам пробегает лед.
Рядом со мной Роуэн становится очень спокойным. — Я намерен оставить ее себе.
Ухмылка дяди Лайла на мгновение исчезает. Как и Бретт, он не привык, чтобы люди держались рядом с ним уверенно.
Я бросаю незаметный взгляд на Роуэна. Он не похож на себя. Его обычно спокойная манера поведения сменилась чем-то более напряженным. Легкомысленный блеск в его глазах исчез, сменившись холодным, жестким взглядом. Его широкие плечи, обычно непринужденные и спокойные, теперь напряжены до предела.
По моему позвоночнику пробегает дрожь.
Когда я оглядываюсь на дядю Лайла, даже его выражение лица становится немного встревоженным.
Но он смеется над этим. — Ты слышал это, Стилли?
— Да, — говорит Стилли. — Ты здесь новенький, да?
У Роуэна сводит челюсти. — Наверное, да.
— Тогда мы не можем обвинять тебя в невежестве относительно того, как здесь все устроено. — В глазах дяди Лайла появился темный блеск. — Ты научишься.
По моей спине скатилась капля пота. Боже, почему Роуэн не ехал домой чуть медленнее? Я могла бы избавиться от них.
Мне нужно что-то сделать, чтобы разрядить обстановку.
Я встаю перед Роуэном, надеясь, что дядя Лайл дважды подумает о том, чтобы причинить ему вред, если ему придется пройти через меня. — Спасибо, что проверил меня, дядя. Рада была тебя видеть.
Рука Роуэна оказывается на моем плече. Он пытается оттолкнуть меня в сторону, но я упираюсь и отказываюсь двигаться.
Уходите. Пожалуйста, просто уходите.
Наконец дядя Лайл делает шаг к своему мотоциклу. — Увидимся, дорогая. Скоро.
Я принудительно улыбаюсь. — Оставайся в безопасности.
Когда их мотоциклы с грохотом разгоняются и уносятся в облаке пыли, я испускаю дрожащий вздох. Все могло закончиться плохо, если бы Роуэн сказал еще одно неверное слово.
Но он не выглядит облегченным, когда разворачивает меня к себе, крепко сжимая мои плечи. Скорее, он выглядит рассерженным.
— Давай, — рычит он. — Мы пойдем в дом, и, в отличие от прошлой ночи, ты дашь мне объяснения.
ГЛАВА 21
НЕРО
Железные хищники.
Так было написано на их жилетах. Я слышал о них — банда со Среднего Запада, но наши пути раньше не пересекались.
Было бы здорово, если бы так и осталось.
Последние инструкции Рафа были четкими — найти место, где нет организованной преступности. Именно поэтому мы с Сандро держались подальше от больших городов, но, судя по всему, эти тараканы в кожаной одежде добрались и до глуши.
 
Хорошо еще, что они меня не знают, а значит, не распознали во мне того, кто не должен быть жив.
Но сейчас я беспокоюсь не о себе. А о Блейк.
— Что эти парни здесь делали?
Она проходит мимо меня и направляется обратно к дому. — Давай поговорим внутри.
Я следую за ней, на нервах. Что бы случилось, если бы я не вернулся, когда вернулся? Она выглядит напряженной и испуганной, как и прошлой ночью. Что им от нее нужно? Она должна им деньги?
Это не имеет никакого смысла. Она барменша, работает в местной таверне, а вечера проводит, уткнувшись носом в книгу. Не могу представить, какой бизнес может быть у них общим.
Я закрываю за собой входную дверь и хватаю ее за руку. — Блейк, посмотри на меня.
Ее лицо бледное и виноватое в свете позднего полудня, проникающего через окно, как будто она сделала что-то плохое.
И да, она, черт возьми, сделала.
— О чем ты думала, когда вот так выставляла себя передо мной?
Она прислонилась к одной из стен в фойе. — Я боялась, что он наставит на тебя пистолет. Он непостоянен и вспыльчив.
— И ты решила, что будет лучше, если он наставит на тебя пистолет? — требую я. Боже, я хочу встряхнуть ее за такое безрассудство.
— Да…
Я хватаю ее за подбородок.
— Нет. Ответ — нет. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Я не позволю тебе подвергать себя опасности, чтобы защитить меня.
Она вырывает лицо из моей хватки, в ее глазах блестят злые слезы. — Боже, Роуэн! Разве ты не видишь? Это я привела опасность к твоему порогу! Этот человек — Лайл — мой крестный отец.
Мои брови нахмурились. Чего бы я ни ожидал от нее услышать, это было не то.
Она издала разочарованный звук и побежала по коридору в гостиную.
Я двигаюсь за ней. — Твой крестный отец? Как это случилось?
Она опускается на диван и обхватывает его край руками. — Мой отец тоже был всадником.
Ее слова звучат как признание. В них звучит сожаление и покорность.
Мне требуется мгновение, чтобы осознать это.
Блейк, с ее спокойным характером и книжными привычками, выросла в окружении мира насилия и преступности. Мир, не сильно отличающийся от моего собственного.
— Вы были близки?
— Боже, нет, — сказала она с грустью. — Он не жил с нами, но приезжал раз в несколько недель. А когда он умер, дядя Лайл сказал нам с мамой, что отец просил его присматривать за нами.
Это подтверждается. Всегда хочется, чтобы кто-то позаботился о вашей семье после того, как вас не станет, но выбирать нужно с умом, иначе можно оказаться в подобной ситуации. — Что случилось с твоим отцом?
— Его застрелил член конкурирующей банды. У них была давняя вражда, и однажды ночью другой человек получил то, что хотел.
— Мне очень жаль.
Она вытирает нос тыльной стороной ладони и смотрит в пол. — Это я сожалею. Лайл видел нас вчера вечером и хотел узнать, встречаюсь ли я с кем-то новым.
— Почему это его касается?
— Когда дело касается меня, он думает, что все — его дело. Именно поэтому я старалась никому в городе не говорить о том, что пытаюсь продать дом. Если бы он узнал, то попытался бы помешать мне уехать.
Я сажусь рядом с ней и подталкиваю ее подбородок вверх, чтобы она посмотрела на меня. — Тебе не нужно извиняться. Но я хочу знать, почему ты так боишься его. Он что-то тебе сделал?
Она напряглась. — Нет.
Мои глаза сужаются. Я знаю признаки. — Ты лжешь.
— Он ничего мне не сделал, Роуэн. Но он плохой человек, и он причинил боль моей маме. Я хочу, чтобы он исчез из моей жизни, но я давно поняла, что рядом с ним лучше вести себя хорошо. Если я скажу ему, что не хочу, чтобы он приходил, это только разозлит его.
В этом утверждении много неправильного. Я открываю рот, чтобы возразить, но она продолжает.
— Он держался от меня подальше, пока я была с Бреттом, но теперь…