Давным давно была война ... (СИ)

-А вдруг я немец, переодетый? - хитро прищурился майор.
-Да ладно! Вы – немец? Да их уже до границы прогнали!
-А вдруг? А кто тебе сказал, что здесь немцы?
-Так мальчишки в деревне трепались, говорят, что здесь одни дизики и немцы прячутся, только я им не поверил… Вы же не дизики?
-Не дизики, не боись! Значит так, сейчас тебя проводят и ты пойдешь в Минск. Все понятно?
-Понятно, товарищ майор! Только… товарищ майор, я мимо кухни проходил, можно мне немножко каши?
Не смог майор отказать просьбе мальчишки. Никита сидел около полевой кухни, уплетал гречневую кашу – ел и одновременно смотрел, прислушивался, что творится в лагере.
-Что за мальчишка на территории базы? – жестко спросил Наум Эйтингон.
-Товарищ Наумов, - начал майор. – Мальчик каким-то образом прошел секреты и дозоры, чисто случайно, купался в озере… Но он принес информацию из деревни, там считают. Что здесь скрываются дезертиры и немцы. Возможно, об этом уже известно в Минске…
-Известно! Не то слово – знают! Меня только что отхреначил Судоплатов! Нас чуть свои же не прикрыли! Нарком НКГБ Белоруссии Цанава получил донесение о том, что здесь фрицы, полицаи и дезертиры толпятся. К счастью, он не дал указание ликвидировать нас, а сообщил в Москву. Из Москвы ему разъяснили, что в районе озера Песочное проводится спецоперация. Также Цанаве предписали оказывать проводящим операцию сотрудникам всяческое содействие. А вот меня Судоплатов отхреначил по полной программе и указал усилить охрану района. А ты мне-то еще говоришь, что через посты местные мальчишки проходят, не напрягаясь!!!
-Он не местный, идет в Минск…
-Какой Минск!!! Вот куда его теперь девать? Так, давай, задержи его, передай в группу охраны, пусть пока побудет за воспитанника, думаю, парень не …
Разговор прервал одиночный выстрел и мат-перемат.
Эйтингон и майор выскочили из палатки, стремительно пошли в цент базы, именно там прозвучал выстрел. На встречу им бежал сержант.
-Товарищ Наумов, быстрее! Там мальчишку подстрелили! Диверсанты в нем признали еще одного шпиона, который летел с ними в одном самолете, но выпрыгнул чуть раньше. – на бегу пытался рассказать, что случилось лейтенант. - Один из охраны с перепугу, что мальчишка убежит – стрельнул – и попал. А мальчишка сразу попросил привести главного…Когда Эйтингон, майор и сержант прибежали, Никита был еще жив, но было понятно, что до госпиталя его не довезут, несмотря на то, что оказали первую помощь и грудь уже перебинтовали, но кровь уже тонкой струйкой вытекала изо рта.
-Кто главный, подойдите, а остальные, отойдите, - попросил – приказал Никита, и закашлялся, ему было трудно говорить. А когда к нему приблизился Эйтингон, продолжил. – Я Каплич Никита, ГРУ… Завтра, в конце радиограммы… поставьте три точки… отправлен в распоряжение … я – «Кукушонок»… И затих.
-Кто стрелял? – процедил сквозь зубы руководитель операции, после того, как закрыл застывшие глаза мальчишки.
-Я… - произнес один из солдат.
-Почему?
-Я .. я случайно, когда диверсанты сказали, что он летел с ними, товарищ лейтенант приказал, чтоб я взял его на прицел… А потом меня кто-то толкнул и я случайно нажал на спуск, автомат выстрелил…
В этот день в Берлин ушла радиограмма, сообщавшая, что группа благополучно прибыла на место, подтверждает наличие отряда Шерхорна, и что один из парашютистов серьезно пострадал при выброске и находится без сознании (тот которого застрелили при попытке сопротивления).
На следующий день в конце радиограммы стояло три точки.
А еще через день комиссар государственной безопасности третьего ранга Судоплатов листал досье Каплича Никиты Петровича…
  
Глава 19
 
Поныри. 
Капитан Колесов зашел в блиндаж разведчиков. 
-Здравия желаем, товарищ капитан! – поприветствовал командира лейтенант Милешников.
-Сидите, вольно… - махнул рукой капитан бойцам, потом обвел взглядом всех присутствующих.
 
-Товарищ капитан, сколько можно сидеть без дела? Наши бьются, а мы сидим, кукуем! – возмутился один из бойцов. Остальные зашумели, поддержали его. 
Один только Илюха не возмущался и не шумел: он то понимал, что сейчас от них толка мало, они – разведка, они не умеют в окопах сидеть… 
«Вот тоже, как дети… - подумал Илья. – Интересно, если сложить сколько я уже воюю, то получится… получится, что я уже воюю 6 лет… Охренетительно! Это ж сколько мне лет получается по прожитым? 19? Или все же осталось 14, ведь опять расти перестал…»
-… из сложившегося положения, нам приказано наладить связь с попавшими в окружение подразделениями. – завершил капитан Колесов.
-Товарищ капитан, думаю, моей группе это по силам, - высказал свою точку зрения Милешников, а следующей фразой ошарашил Илью.. – Только вот… малого нужно будет оставить.
-Товарищ лейтенант, я такой же боец… - возмутился Илюха.
-Лейтенант, собирайтесь, у вас полчаса до выхода. Кого брать решаете сами.
-Есть, решать самому!
-Удачи! - капитан вышел из землянки.
-Товарищ лейтенант, - с вызовом в голосе начал Илюха. 
-Ты хоть понимаешь, что что это рискованное задание? – напомнил лейтенант.
-А когда оно было – не рискованное? 
-Ладно, все пойдем. А то один убежишь, тебя же не удержишь… - улыбнулся Милешников и раздав несколько указаний, вышел из блиндажа.
Улыбнулся и Илья.
-Дядь Саш, а дядь Саш!
-Чего тебе, «шило в заду»? –отозвался старшина разведчиков.
-А чего сразу – «шило»? – только вот играть обидку Илья не собирался. – Дядь Саш, а что капитан говорил, а то я прослушал?
-Ну, ты даешь… Ладно, слушай. Наши из 307-й дивизии вышли на южную окраину посёлка 1-е Мая и к станции Поныри. Там, видимо, около трех по полудни попали в окружение, утратили связь с командованием, а нам нужно эту связь восстановить. Понял?
-Чего уж непонятного… понял.
-Давай, собирайся, через полтора часа выходить. 
В передовых окопах оборонительной линии перед Понырями лейтенант Милешников давал завершающие наставления:
-Задача, пройти к нашим из 307-й, наладить связь. Оцениваем ситуацию, Приказ - держаться. Наши готовят наступление. Они сейчас должны быть вот здесь и вот здесь. – лейтенант показал на карте район центра Понырей.– Понятно?
-Задание понятно, командир! – подтвердили разведчики.
-Командир! – здоровяк Быков глазами показал на Илью. – Вещмешок!
-Черт! Забыли! Илюха, быстренько метнись к «Виллису», притащи вещмешок! 
-Да вроде бы забирали… Когда уходили «Виллис» чистый был. – не понял Илья.
-Я тебе чего сказал, пулей туда и обратно! 15 минут хватит? Мы – ждем… Винтовку и «сидор» оставь, так бежать быстрее.
-Понял, бегу… 
Илья пробежал по линии окопов, выскочил из них, пробежал «противолодочным зигзагом» по открытой местности, забежал в лесок, подбежал к тому месту, где их высадил «Виллис»… только вот машины не было. А с чего ей здесь стоять?
-Неужто, развели меня, как последнего лошару… - вслух произнес Илья. – Не прощу, если ушли…
Ушли… 
-А где разведка? – спросил Илья вернувшись в окопы у какого-то бойца.
-А тебе зачем? Не видел я куда они делись. Были - ушли. 
Илья влетел в штабную землянку:
-Товарищ капитан! Разведчики ушли? А где моя снайперка?
-А, молодой, вернулся? – улыбнулся капитан. – Вон твое добро, в уголке стоит, в целости и сохранности. Твои тебя не дождались, долго бегал. Лейтенант ваш сказал тебе передать, что больше ждать не могли так что тебе в расположение одному возвращаться. Как понял, не слышу?
-Есть возвращаться, - еле вымолвил Илья. 
-Старшина, проводи молодого!
Илья вышел из землянки в сопровождении старшины.
-Не куксись, парень, - старшина хлопнул Илью по плечу. Они без тебя справятся!
Лучше бы он этого не говорил…