Из Бездны (СИ)

Пороховые кладовые замка были заполнены доверху, поэтому проблем с боеприпасом не возникнет ещё несколько лет.
«Пентюха», который решил взять замок, звали Фордо би Ахеком, третьим сыном герцога Ахекского, большого друга императора.
Двадцатипятилетнему парню было нечего ловить в вопросе наследства, поэтому он решил реализовать подвернувшийся шанс стать представителем потихоньку угасающей феодальной аристократии. Для этого он занял у ахекских купцов крупную сумму, на которую нанял полторы тысячи мечей разного рода наёмников и даже артиллеристов, понимая, что замок будут оборонять.
Соглядатаи, которых Таргус время от времени отлавливал и убивал в Солирине, были именно от него.
— Ты слышь, Шрако, — услышал Таргус обрывок беседы, когда проходил под артиллерийской башней. — У меня, кажется, яйца начали отрастать...
— Чего ты болтаешь? Тебе же их отчекрыжили! — раздражённо ответствовал ему один из новобранцев, парень лет тридцати, бывший рыбак.
— Да я тебе Элегией клянусь! — воскликнул первый голос, который Таргус узнал, это был Само, который в детстве попал в рабство к некоему извращенцу, кастрирующему своих рабов, но сумел сбежать, чтобы в итоге оказаться в Солирине и вновь попасть в рабство, но уже за карточные долги. — Смотри...
Зазвякали детали брони.
— Убери свою пипирку туда, где достал! — заорал Шрако. — А лучше в жопу себе запихай!
— Да ты посмотри... — попросил его Само.
— Что за херня тут происходит?! — вмешался их десятник, Артон, один из той четвёрки, что бросала вызов Таргусу во время первого знакомства. — Пидарасы...
— Никак нет! — воскликнул Шрако. — Само говорит, что у него начали отрастать яйца!
— Яйца, значит, отросли? — голос Артона не предполагал ничего хорошего. — После часов на плацу, кулачный бой! Посмотрим, насколько у тебя отросли яйца!
— Я не это имел... — начал оправдываться Само, но Таргус потерял интерес к разговору и продолжил свой путь.
Он присел на лавочку у кузни, дожидаясь конца работы Спарк, которая занималась завершающим этапом изготовления латного шлема для Таргуса.
Её молот, дарованный Бездной в награду, очень быстро оказался незаменимой вещью, которая легко выполняла функцию пневматического молота повышенной мощности. Заготовки обрабатывались очень быстро, сократив время её работы в три-четыре раза.
Полный латный доспех из высококачественной стали, закупленной в Солирине, был сейчас на Таргусе. Он представлял из себя некое подобие миланского доспеха, творчески переработанного Спарк в угоду подвижности. Гофрированная сталь смотрелась в этих краях дико и необычно, кузнечная мысль Солирина ещё не дошла до этой технологии.
Главное, доспехи обеспечивали защиту от пуль, а также свободный доступ к Кровососу.
В кузнице что-то зашипело, затем заработал молот, издающий характерный футуристический ударный звук, а потом к Таргусу вышла Спарк.
— Запорола заготовку, — сказала она с печалью в голосе. — Ничего, начну заново и завтра к утру будет готово.
— Не торопись слишком сильно, — ответил ей Таргус. — Время ещё есть.
— Легат! — примчался парень лет восемнадцати, один из десятки Мотены. — Сигнал!
Таргус припоминал, что сегодня они на часах на Северной башне.
— Говори, — приказал ему Таргус.
— Войско! Огромное! — воскликнул парень, поправляя сползший шлем.
— Подтяни ремни на шлеме и возвращайся на пост, — дал ему указание Таргус.
Парень побежал обратно, а Таргус повернулся к Спарк.
— Времени, как оказалось, нет, — произнёс он и направился к сигнальному колоколу.
Сигнал подал дозор, занимающий позицию в тридцати километрах к северу. Это значит, если войско действительно большое, что противник будет здесь уже завтра.
За это время следовало стянуть всё их небольшое войско в замке, а также быстро перетаскать на огневые позиции упятерённую норму боеприпасов.
Таргус взялся за язык колокола и начал интенсивно звонить в него.
  
Глава XXIII. Осада "Заката". Часть первая
 
— Нет, нет, нет и ещё раз нет! — Анкилу ударил кулаком по столу. — Я лучше разбираюсь в применении мертвецов в бою и мы будем делать так, как я говорю!
 
— Но они блокируют их там и перебьют! — вскипел Таргус.
— Ты просто не знаешь моих подопечных! — Анкилу сделал неопределённый пасс правой рукой. — Это будет отличный ход, которого они не ждут! В конце концов, это мои солдаты, я же не лезу в дела твоих солдат, ведь так?
На челюсти Таргуса заиграли желваки. Достойных контраргументов не было. Он действительно не знал, на что способны мертвецы Анкилу и как и будет лучше применить. Как профессиональный солдат он видел в них обычную пехоту, пусть и не боящуюся смерти, в основном по причине собственной мёртвости, не умирающую от большей части пулевых попаданий, то есть будто бы прикрытой тяжёлой бронёй, а также вооружённую природным оружием.
— Хорошо! — махнул он рукой. — Действуй.
Анкилу посмотрел в окно, а затем встал из-за стола и молча покинул помещение.
Подготовка к осаде была завершена ещё две недели назад, но конкретно сейчас обсуждался план обороны.
— Как вы знаете, они приволокли с собой пять артиллерийских орудий, — продолжил Таргус. — Это недешёвые орудия с кремельерами, а артиллеристы представляют первую роту баталии «Виверны», которая участвовала недавно во взятии замка «Сокол». Это значит, что опыт у них есть, они быстро вычислят слабые места наших стен, это будет нетрудно, ввиду того, что в архиве имперской администрации есть множество план-схем данного типа замка...
Для Таргуса было неожиданно узнать, что замки в этих краях строятся не по уникальным чертежам, разрабатываемым отдельно в каждом случае, а по утверждённым имперской администрацией типовым схемам, позволяющим лишь небольшие вольности. С одной стороны, это упрощало стратегам Азальской империи планирование обороны, давая точное понимание, при известной численности и технической оснащённости осаждающих, времени обороны замка. Имеются определённые минимальные показатели устойчивости замков, что даёт свои преимущества и недостатки.
И именно главный недостаток только что озвучил Таргус. Такие замки местные брали очень давно и очень много раз, не конкретно этот, но его собратьев на разных границах этой крайне бюрократизированной империи.
— Наш ров — полное дерьмо, — продолжил Таргус. — Сделать с этим мы ничего не смогли, хоть и пытались, поэтому просто смиримся, что осаждающим удастся соорудить несколько насыпей, над которыми и буду делаться проломы в стене. Как только они сделают проломы, оперативные группы ставят подготовленные заслоны и занимают оборону. Контроль над ситуацией будет осуществляться отсюда, сигналы подаются флажками, а затем дублируются звуками, в соответствии с установленным порядком подачи. Все по местам, они уже начали разворачивать осадный лагерь.
Далее Таргус поднялся на крышу донжона и наблюдал за деятельностью противника через бинокль с десятикратным увеличением. Наверх также поднялась Спарк, вооружённая снайперской винтовкой.
— Как только начнётся приступ, отстреливай их командный состав, но в первую очередь убей организатора, — дал указание Таргус. — Пусть они и не откажутся от штурма, но это внесёт суету и неразбериху.
— Я думаю, что они отступятся, когда поймут, что без герцогского сынка им тут ничего не светит, — произнесла Спарк, поставив винтовку между каменными зубцами крыши донжона.
— Ульрика знает, что мы очень богатенькие, — не согласился Таргус. — Да и для остальных это не секрет. Алчность — это веский мотив. Нам нужно лишь нанести неприемлемые потери, только тогда они начнут думать головой и голос разума возобладает.
Лагерь противники ставили по уму и со знанием дела: все наёмники трудились не покладая рук, возводя частокол и насыпая землю в корзины, формируя противоартиллерийскую и противопульную защиту временных башенок, которые должны были использоваться в случае вылазок защитников. Таргус крупных вылазок совершать не собирался, но мог, это понимали обе стороны.