Черный Маг Императора 11 (СИ)

Самое главное, что умудрился не испортить ни один из них, хотя до этого мне еще не приходилось иметь дело с этим набором растений. Под чутким руководством Щекина это было несложно.
Единственная трудность заключалась в том, что он следил за каждым моим движением, чем порядком меня нервировал. Я все время боялся сделать что-то не так. Как-то не очень хотелось заканчивать сегодняшнее приключение направлением на отработки в его лабораторию. Однако обошлось.
Более того, была и еще одна хорошая новость — глаз бури в подземной оранжерее был, и даже не один. Борис Алексеевич показал мне место, где росло с десяток подгорных бурелистов, и на двух из них уже появились яркие сине-зеленые цветы. Они были похожи на крохотные звездочки, которые упали на них прямо с ночного неба.
Щекин не стал подробно расспрашивать зачем мне понадобился глаз бури. Достаточно было сказать, что никаких запретных зелий я из него готовить не собираюсь и он нужен мне для научно-экспериментальной работы.
После этих слов Борис Алексеевич смягчился и пообещал выделить для меня один цветок. Однако для этого было одно условие. Он сказал, что в понедельник снабдит меня книгой, в которой есть информация по большинству компонентов, которые растут в подземной оранжерее.
Дело останется за малым — выучить ее до Нового Года. Он устроит для меня небольшой экзамен, и если я его успешно выдержу, то глаз бури будет моим. Как по мне, неплохая сделка. Сомневаюсь, что мне удастся самостоятельно отыскать этот компонент раньше этого времени, а книгу мне все равно учить, так что…
Чтобы меня не наказывали за нарушение режима, Борис Алексеевич лично проводил меня в общагу и сказал дежурным, что я задержался по его личному поручению. Никаких вопросов на этот счет у них не возникло, каждому ученику «Китежа» было известно, что Компонент большой любитель всякого рода наказаний за любой маломальский проступок.
Перед уходом он забрал у меня мою сумку с компонентами и пообещал ее вернуть в понедельник. Заодно и рассказать, зачем мы собрали сегодня этот набор.
Сразу заснуть не получилось — в голове крутилась куча мыслей относительно загадочного Аквариума. Особенно меня интересовали тоннели, о которых говорил Щекин. Очень жаль, что он не показал мне хотя бы один. Честно говоря, меня так и распирало посмотреть, как они выглядят.
Засыпал я с той мыслью, что нужно будет если не исследовать какой-нибудь из них, то хотя бы просто посмотреть. Не выскочит же оттуда тварь именно в тот момент, когда я там буду. Тем более, что там рунные ловушки установлены… Кстати, что за твари такие? Тоже интересно…
Спустя несколько часов я уже ждал Черткова возле входа в наш подземный класс. Немного невыспавшийся, но очень довольный оттого, что старик вернулся в «Китеж», а это значит, что с ним все в порядке. Если не считать нескольких переломов, конечно же.
Последнее приключение сплотило нас еще больше и у меня появилось ощущение, что мы знакомы уже давным-давно. Поэтому я был очень рад его видеть, пусть и с подвязанной рукой, под которой он сжимал знакомую мне папку. В ней он хранил бумаги с некросимволами.
Щелк… Клац… Щелк… Клац…
— Чего лыбишься, Темников? — не знаю, был он рад меня видеть так же как я его или нет, потому как у моего наставника всегда было такое выражение лица, как будто он собирался стукнуть тебя тростью.
— Настроение хорошее, Александр Григорьевич, — сказал я и распахнул перед ним дверь, так как сам он вряд ли справился бы с переломанной рукой. — Вам помочь спуститься?
— Обойдусь… Сам смотри не свались… — пробурчал он и медленно начал спускаться, громко стуча по ступенькам тростью.
С тех пор как мы с ним занимались в последний раз, комната как будто изменилась. Она и до этого была небольшой, а теперь казалась мне еще меньше.
Старик с тяжелым вздохом опустился на свой стул и принялся устраиваться на нем, то и дело пощелкивая искалеченной ногой.
— Сегодня будем заниматься целый день, — предупредил он меня, после того как ему наконец удалось усесться. — Сначала теория, потом немного погуляем по «Китежу».
 
Он посмотрел на меня и, не дождавшись комментариев, начал развязывать завязки на своей старомодной картонной папке.
— И вообще, готовься в этом году поднапрячься… Кха-кха… — его кашель заставил меня тяжело вздохнуть, с каждым днем он становился все хуже.
Он вытащил из-за пазухи небольшую флягу, ловко прижал ее подвязанной рукой и скрутил крышку. Затем сделал из нее несколько жадных глотков. Никакого запаха я не почувствовал, поэтому решил спросить, что это он такое пьет.
— Вы начали принимать лекарственный эликсир?
— В моем возрасте самый лучший эликсир — это вода, — ответил он. — Самая чистая, которая только может быть, из некрослоя…
После его слов я уже смотрел на флягу более настороженно. Даже подумать о том, что в измерении, которое само по себе напрямую связано с магией смерти, может быть чистая вода было странно. Звучит, как минимум, очень необычно. Совсем недавно у меня даже закралась мысль, что я уже неплохой специалист по некрослою, а оказывается, что толком еще ничего не знаю.
— Ладно, хватит трепаться, — прохрипел он и спрятал флягу. — Пора за работу…
Сегодня мы с ним занялись оставшимися некросимволами из второй дюжины, которых получилось шесть. Хотя учить их было непросто, но я заметил, что обучение давалось мне легче, чем раньше. Пусть ненамного, но все равно.
В былые времена, на то, чтобы разучить шесть некросимволов, у меня ушло бы достаточно много времени, а сегодня мы с ним справились за несколько часов. Уже к обеду я довольно сносно владел ими для того, чтобы выбраться в некрослой и немного попрактиковаться.
— Ты меня радуешь, мой мальчик, — радостно сообщил мне Дориан, когда я закончил с теорией. — Все-таки мозги у тебя потихоньку становятся на место. Похоже ты стал быстрее соображать.
Так себе комплимент, конечно, но ожидать чего-то другого от Мора было бы странно. Тем более, что это все равно было приятно, так как Дориан обычно не слишком щедр на подобные вещи.
Первым некросимволом, который я изучил, был Слово-Паралич, при помощи которого можно было подчинять слабых некротварей своей воле. Если после этого применить Слово-Смысл, то можно попытаться отдать приказ подчиненной некротвари.
— Только не пытайся применять этот некросимвол к какому-нибудь существу, которое больше взрослой собаки, — предупредил меня Чертков. — Только понапрасну потратишь силы.
Хм… Взрослая собака — это понятие растяжимое. Тут ведь от породы зависит. Похоже придется мне все это на практике разучивать. Впрочем, как обычно.
Вторым был Слово-След. Некросимвол, который помогал отыскать раненую мной некротварь, если она попытается удрать от меня. Насколько он мне нужен, я пока не знал, но Александр Григорьевич сказал, что этот некросимвол меня не раз выручит. Поживем — увидим, что тут еще можно сказать.
Дальше шел некросимвол — Слово-Слепота, который на какое-то время ослеплял некротварей. Как и все предыдущие, он также не работал против особо опасных существ и мог помочь в борьбе лишь со всякой мелочью.
Однако были и положительные моменты. Как сказал наставник, довольно часто возникают ситуации, когда мелкие некротвари атакуют стаями, а этот некросимвол отнимал совсем немного сил, и это было очень неплохо. В данном случае я был абсолютно уверен, что Слово-Слепота, мне точно пригодится.
Четвертый некросимвол уже работал против проклятий и назывался Слово-Гниль. Работал он точно по такому же принципу, как действовало само проклятие, но направленное в обратную сторону. Обычно проклятие высасывает жизненные силы из своей жертвы, а здесь наложенный на них некросимвол понемногу убивал их.
Слово-Гниль работал против любых проклятий и это было огромным плюсом. Вот только убивал он слишком медленно, что было не очень здорово, но все равно неплохо.
Получалось так, что слабое проклятие этот некросимвол сможет прикончить довольно быстро, а сильное, по крайней мере, оставит в покое свою жертву и переключится на меня. В этом смысле он был лучше, чем Слово-Метка.