Черный Маг Императора 11 (СИ)

— Стоп… Я не понял… Может быть, мы с тобой сейчас про разных Ткачей говорим? — теперь уже пришел мой черед удивляться. — Я имею в виду такого высокого парня с длинными волосами, с которым у тебя сегодня был пробный урок.
— Макс, я знаю, как выглядит Виктор, если что, — улыбнулась она. — Лично мне он только комплименты говорил и удивлялся моей кошачьей гибкости.
— Понятно… — у меня даже настроение немного испортилось.
Как это называется? Значит меня он чуть ли не ежеминутно награждал затрещинами, чтобы фехтовальная наука лучше усваивалась, а девчонкам он вместо подзатыльников комплименты раздавал?
— Это совсем другое, мой мальчик, — решил успокоить меня Дориан. — У тебя один уровень, у них совершенно другой. Он же не станет с них как с тебя требовать? Я вообще заметил, что у некоторых преподавателей к девчонкам слабость. Всегда ставят им больше баллов.
— Ладно бы баллов, но не подзатыльников же? — возмутился я и мне показалось, что у меня даже затылок заболел в этот момент.
— Если хочешь знать мое мнение, то я тоже считаю, что пара-тройка затрещин тебе не повредит время от времени. Была бы моя воля, я бы даже прописывал тебе их ежедневно, прямо с утра, — сообщил мне Мор. — Чтобы ты лучше настраивался на новый день и сразу выкидывал из головы всякие глупости.
— А тебя что, он часто бьет? — отвлекла меня Воронова от разговора с Мором.
— Да нет, это я так… Просто спросил…
Больше мы с ней не разговаривали до самого «Бычьего глаза». Она с интересом смотрела в окно, а я тем временем переругивался с Дорианом и возмущался коварством Ткача. Что-то я не помню, чтобы он мне хоть раз сказал, что я быстр как тигр. Зато не забывал меня называть бегемотом шестиногим каждую тренировку.
Однако, когда мы приехали в Морок, я уже успокоился. Точнее Мор меня успокоил, убедив в том, что у каждого мастера свои методы. С другой стороны, я же и правда стал фехтовать в разы лучше. Значит методика правильная…
— Что это за место? — спросила у меня Софья, как только мы зашли в «Бычий глаз». — Ты уверен, что нам сюда?
Даже с учетом того, что сегодня воскресенье, народа в пивной было так же много как в пятничный или субботний вечер. Похоже, с тех пор, как я поработал здесь своим некромантским дрыном, дела у Овчинникова пошли очень даже неплохо. Отовсюду слышался громкий смех, тяжелый стук глиняных кружек, а еще пахло пивом и сытной едой.
— Не переживай, — успокоил я ее. — Это не просто пивная, а заведение практически высшей категории. Тут отлично кормят и поят горячим «Вятским» квасом. К тому же, я здесь на очень хорошем счету, мне даже бесплатный квас полагается.
В этот момент я заметил хозяина «Бычьего глаза», Федора Никитича Овчинникова, который, как огромный ледокол, шел между столами. Причем сначала я увидел большущий живот, а потом уже его самого. Я могу ошибаться, но, по-моему, с тех пор как видел его в последний раз, он стал больше раза в полтора.
— Максим Темников! — радостно приветствовал меня хозяин, широко раскинув руки. — Что так долго не заглядывали? Я уже стал беспокоиться за вас.
— Да некогда было, — ответил я, разглядывая посетителей и пытаясь увидеть среди них Лазареву. — Дела всякие разные.
— Видимо хороши дела, если в «Волшебный Базар» переехали, очень рад за вас, — сказал он и перевел взгляд на Софью. — А еще больше рад, что вы решили отметить такое важное событие в моем скромном заведении.
— Знакомьтесь, Федор Никитич, это Софья, — сказал я и взял Воронову за руку, мне показалось, она начала немного нервничать. — Моя сестра.
— Очень приятно познакомиться, — Овчинников слегка поклонился. — Где же ваш друг, его сиятельство Нарышкин? Позже подойдет?
— Нет, у него на сегодня другие дела.
— Очень жаль, — расстроился толстяк, который прямо млел от радости, когда Лешка заходил в «Бычий Глаз». — Передайте ему, что его здесь всегда рады видеть. Как и вас, дорогой Максим.
— Угу, обязательно… — пообещал я. — Вы случайно Лазареву не видели? Мы договорились здесь встретиться.
— Как же! Она уже давно вас дожидается, — радостно сообщил Овчинников и двинулся по залу, расчищая нам путь своим внушительным телом. — Мы выбрали один из лучших столов в дальней части зала. Там вам будет лучше всего.
 
Пока мы шли, я заметил несколько знакомых лиц из «Китежа», которые с интересом наблюдали за мной и Софьей. В основном ребята с пятого и четвертого курса, те, кто помладше, сюда редко захаживали. Так что, я, можно сказать, был исключением из правил.
Столик, который выбрал для нас хозяин пивной, и впрямь был очень удачно расположен. У дальней стены, с удобными диванами вместо тяжелых дубовых стульев. Рядом с ним стояла еще парочка таких же, на которых стояли таблички: «Заказано».
Овчинников проследил, чтобы у нас тут же приняли заказ, пожелал хорошего вечера и ушел, заверив, что прямо сейчас всем подадут фирменный горячий квас за счет заведения.
С Полиной мы сегодня уже некоторым образом виделись, так что здороваться не стали. Она бросила взгляд на Воронову, а затем вопросительно посмотрела на меня.
— У меня от нее нет секретов, — сказал я, решив, что своим взглядом она хотела спросить именно об этом. — Если ты не против, конечно.
— Как скажешь, — пожала плечами Полина. — Я не против, если она умеет язык за зубами держать.
Вместо ответа Софья провела красноречиво рукой по губам, как будто застегивала рот на застежку.
— Тогда будем считать, что все в порядке, — улыбнулась Лазарева и как-то нервно посмотрела по сторонам, будто опасалась кого-то увидеть.
— Ты чего за пустым столом сидишь? — спросил я, отметив, что девушка и правда немного взволнована. Совсем недавно она была в более благодушном настроении. — И чего хмурая такая?
— Да так… Устала просто… — ответила она и вздохнула. — Не обращай внимания.
В этот момент перед нами появились огромные литровые кружки с ароматным горячим квасом, которые с тяжелым стуком опустились на деревянный стол.
— Попробуй, это вкусно, — сказал я Вороновой и отхлебнул немного из своей кружки, отметив, что качество не изменилось и квас по-прежнему просто изумительный.
После того как все сделали по несколько глотков, Полина вытащила из кармана черный бархатный мешочек и положила его на стол.
— Здесь браслет, который ты просил меня идентифицировать, — сказала она. — Хорошая штука. Это ведьминский артефакт, который называется Черная Роза.
— О, спасибо! — сказал я и убрал со стола мешочек с браслетом, чтобы на него поменьше глазели. — Что он умеет?
— С его помощью можно создать себе целую армию фамильяров. Необходимо лишь провести специальный обряд и дать попробовать какому-нибудь существу крови владельца, и он становится твоим навсегда, — объяснила Лазарева. — Обычно у каждой ведьмы один фамильяр, но Черная Роза ломает это правило.
— Прикольно… — ответил я, теперь понимая как это карга умудрилась держать возле себя сразу четыре волколака фамильяра. — Значит, если предположить, что со смертью фамильяра ведьма может умереть сама, то чем больше фамильяров…
— Все верно, Макс, — кивнула Полина. — Мыслишь в правильном направлении. В случае смерти одного из них, ведьма останется жива.
— То есть их может быть сколько угодно? — спросила Софья, поглядывая на Лазареву из-за высокой кружки.
— Теоретически. Насколько мне известно, сам ритуал очень опасен и во время его проведения можно запросто отбросить коньки, — ответила Лазарева. — Провести его в силах лишь опытная ведьма. Лакримоза, я думаю, справится.
После этого она посмотрела на меня и впервые за сегодняшний вечер улыбнулась:
— Как считаешь, сладенький мой, справится твоя подружка?
— Думаю вполне, — ответил я ей. — Спасибо за помощь.
— Не стоит, — отмахнулась она. — Я же тебе сказала, что для Лакримозы сделаю, без проблем. Ты только сам не пытайся с ним ничего делать, хорошо?
— С чего бы вдруг я решил этим заняться?