Плен – не подчинение (СИ)
Глава 1
Сначала был протяжный писк в ушах. Затем боль, пронизывающая голову сотнями игл. А после свет. Яркий, режущий в глаза, вызывающий слезы.
Я зажмурилась и жалобно застонала, чувствуя, как каждый хрящик в теле стонет вместе со мной. Что-то липкое щекотало щеку, скатываясь к подбородку. С трудом подняв вялую руку, я даже не сразу смогла найти путь к собственному лицу. На ладони кровь. В голове пустота и все тот же писк. А снаружи этот маленькой металлической коробочки, в которой я оказалась зажата, — снег. Один только снег и деревья. В одно из них врезалась моя машина. Я была за рулем. Одна. И кажется, на мили вокруг никого, один только лес. Какого хрена я здесь?
Попыталась вспомнить хоть что-то, но в голове полнейший мрак. Застонала вновь, позвала на помощь — и тишина в ответ. Такая же холодная, как и температура воздуха. Почему зима? Где я? И самое смешное… кто? Черт возьми, я даже имени своего вспомнить не могла.
— Хорошо, — слабо шепнула, успокаивая саму себя. Очевидно, я попала в аварию, раз этот столб прямо передо мной. Очевидно также то, что машина допотопная, раз в ней нет даже подушек безопасности, и моя кровь на руле. Коробка передач не автоматическая. Ну и последний вывод — я умная девочка, раз умею водить механику. А значит, должна придумать, как выбраться отсюда.
Посидев так еще мгновение до тех пор, пока грудная клетка не начала дрожать от холода, я наконец собрала силу в руках и потянулась к дверце. Она не поддалась. Стеклоподъемники были механическими, так что я начала крутить, чувствуя боль абсолютно везде с каждым движением.
Но что делать? Не торчать же в холодной машине до полного окоченения. Только окно было открыто, я отстегнула ремень безопасности, спасший мою жизнь, и поставила ногу на сиденье, чтобы оттолкнуться. Теперь поняла, почему не чувствовала стоп — была босая. В одних только джинсах, явно на несколько размеров больше, каком-то мешковатом сером мужском свитере и босая. На мне даже не было нижнего белья — я чувствовала. И тогда напросился новый пугающий вывод. Я откуда-то бежала. Иначе как еще объяснить этот вид?
Осмотрела салон — на сиденьях пусто. Была надежда, что хоть какие-то тряпки имелись в багажнике, потому я начала выбираться, прихватив с собой ключи. На связке был пушистый коричневый брелок в форме следа от лапки, и это все мне совершенно ни о чем не говорило.
Снег обжег ладони, ступни, мгновенно просочился под одежду, вызывая лавину дрожи по телу. И все же холод не помог моему мозгу запуститься — ни единого воспоминания о собственной жизни до того, как я попала в аварию. Я подумала, что не выживу. Умру прямо так. Потому что… ну какие у меня шансы, черт возьми?
А потом разозлилась на себя за эту мысль. Можно сколько угодно ныть, но пока не приступишь к делу, не сдвинешься с мертвой точки. Потому я заставила себя встать. Ноги тут же провалились по колени в снег. Деревья, деревья, снег — вот и все, что я видела. Удивительно, что эта рухлядь вообще передвигалась по бездорожью. Это был какой-то непонятный мне и смешной на вид джип. Обойдя его, я даже не увидела логотип марки. Но зато заметила, что следы от шин припорошены снегом. Значит, я долго пробыла в отключке. Открыла дверцы багажника и подавила разочарование — опять ничего. Ни теплого одеяла, ни обуви. Дьявол, даже коврика или каких-либо инструментов.
Я вернулась в салон, обшарила бардачок, но кто-то явно позаботился о том, чтобы в машине не оказалось вообще ничего полезного для выживания. И ничего не работало. Я не могла включить печку и согреться или радио, чтобы хотя бы понять, где я. Пришла в голову идея слить бензин, но как это сделать без трубки, куда его набрать и как поджечь?
Чем больше я пыталась думать, тем сильнее раскалывалась голова. Я схватилась за нее и закричала. Никто не отозвался. Только какая-то птица, пролетев над деревьями, зловеще завизжала, словно насмехаясь надо мной.
Я решила идти. Глупое решение. Но оставаться было еще глупее. В машине было так же холодно, как и снаружи. Сухо, да. Но шансы выжить нулевые, если останусь, и есть один процент из ста, что я на кого-то набреду, если пойду по следам от шин. Кого? Того, от кого сбежала? Может быть, это мой парень или муж? Может, он обидел меня? Но не так сильно, чтобы терять из-за этого жизнь.
Я прошла шагов триста, уже совершенно не чувствуя пальцев ног, когда следы резко оборвались. Как будто машину просто сбросили с неба. И никакого намека на дорогу или тропу. Безумие!
— Помогите! — заорала я осипшим от мороза голосом. Сил почти не осталось. Это конец. Я хотела просто прижаться к ближайшему дереву и разрыдаться. А потом может быть заснуть, зная, что уже никогда не проснусь. Я даже была рада тому, что ничего не помнила. Не так уж и больно отпускать жизнь, которая перевернута на чистую страницу, и на ней нет ни единой строчки. Сразу точка и все.
Сделала еще несколько последних шагов, просто чтобы доказать себе, что это не я слабачка и сдаюсь, это жизнь меня ломает, и у нее свои планы. Еще шаг — затошнило, перед глазами появились белые блики. Еще — ноги куда-то провалились, я их даже согнуть не смогла, просто не чувствовала. Упала, руки ушли под снег, а тело потянуло вниз. Я покатилась с сугроба, уже не разбирая, где небо, а где земля. Когда склон закончился, я уже не поднялась. Попыталась, пошевелила рукой, но… зачем? Ладно, я все же сдалась, признаю это. Я размазня.
А там, в небе красиво. Белоснежно, и снежинки повалили густым потоком. Когда первая упала на лицо, я еще была способна ее чувствовать. А затем раздался отдаленный стук. Снова. И снова.
Я улыбнулась непонятно чему, позволяя векам опускаться. Но неожиданно ворвавшаяся в мою голову мысль перевернула все сознание вверх дном. Топор! Это удары топора.
Новый стук. Опять.
Я резко распахнула глаза, буквально вырвавшись из лапищ смерти и заставив себя открыть второе дыхание. Звук, казалось, исходил отовсюду, и не понять точно, но это было бы полнейшим абсурдом сдаваться за шаг от спасения, верно?
— Вставай! — прорычала себе. Ноги не шевелились, но я согнула их руками, перекатилась, начала ползти. Первое на пути дерево помогло мне встать. И тогда звук стал разборчивее. Повертев головой, я даже увидела размытое темное пятно за густым рядом стволов. Хижина? Струйка дыма в небо и новый стук. Люди?
— Помогите! — мою вялую мольбу они никак бы не услышали, потому я поклялась себе, что дойду сама. От дерева до дерева. Отталкиваясь от одного ствола, царапая ладони о грубую кору, волоча онемевшими ногами и хватаясь за новый ствол, как за буек в море. Три секунды на отдых, не дольше, и снова в путь. Оставалось совсем немного, стук прекратился. Где-то за домиком послышался скрип. И я смога позвать на помощь чуть громче.
Последнее дерево. До спасения всего пять шагов. Я сделала один, и дверь хижины грозно распахнулась, ударившись о стенку и до чертиков меня напугав. Хотя нет. Пугал он. Мужчина с топором и сигарой в зубах. Он был в джинсах, высоких сапогах и легкой курткой на голое, блестящее от пота тело. И он был мощным. Я даже не посмотрела на его лицо. Въелась глазами в разбитый на кубики живот, протянула руку… и свалилась. А дальше мрак. Пустота победила, оставив мне напоследок мысль, что моя жизнь теперь в руках этого громилы с топором.
* * *Хорошо, я очнулась даже раньше, чем думала. За окном было также светло, а мужчина, склонившийся надо мной, все в той же одежде и почти докуренной сигарой в зубах. Он выдохнул густой дым, и в мой нос ударил резкий аромат — не только сигары, но и мужчины. Я сама несколько секунд не шевелилась, лишь смотрела на него испуганным кроликом, пытаясь сложить два плюс два. Память все еще не вернулась, а незнакомец ни капельки не казался приветливой и адекватной личностью. И хуже всего, я даже не смога понять, что он спросил низким хриплым басом.