Плен – не подчинение (СИ)
— Рин? — его голос окончательно вывел меня из дремоты, и я медленно открыла глаза, прислушиваясь к ощущениям. Я лежала на диванчике, укрытая плотным и мягким пледом. И под ним на мне ничего не было.
Повернув голову, увидела Лайфорда, сидевшего на полу возле меня. Он выглядел ужасно измотанным, и пытливо изучал меня.
— Что ты сделал со мной? — спросила я, придерживая рукой плед. — Где одежда?
Он молчал еще несколько напряженных секунд, а после потянулся ко мне руками и стащил с дивана. Я протестующее зашипела и попыталась оттолкнуть, но в итоге все равно оказалась сидящей на нем верхом, с раздвинутыми ногами, пытаясь прикрыться пледом. И тот он выдрал и быстро накрыл мои плечи, притягивая к себе. Я уперлась в его грудь руками, и поняла, что сломанная почти не болит. Неприятные ноющие ощущения есть, но не так критично, как было раньше. Выходит, эликсир, в самом деле, волшебный.
— Я должен был убедиться, что те уроды не сломали тебе что-то еще, — проговорил Лайф, когда я перестала вырываться и потянулась рукой к своей шее. Там был широкий пластырь, но никаких следов крови. Как он сказал?
— Они сломали только мою жизнь. И то ты их в этом переплюнул.
— Руку, — произнес Лайф с такой уверенностью, будто в самом деле верил в этом. Ох! Он так и думал. Сказать ему? Желание увидеть хоть малейшие проблески вины стало непреодолимым.
— Руку сломал мне ты. Когда догнал и повалил в снег.
Он застыл, и его грудная клетка под моей ладонью мгновенно окаменела. Да к тому же стремительно начала покрываться густой растительностью, до чертиков меня напугав. Взвизгнув, я отдернула руку и начал вырываться.
— Только не обращайся! Мы же в крохотном самолете!
Он не дал мне слезть с него. Напротив, сильнее притиснул к себе и уткнулся лицом в мою грудь. И плед меня не спасал от его жаркого дыхания. Вот они, «медвежьи объятия» в деле.
— Прости.
Слово, которое я и не надеялась услышать. А услышав, не поверила, насколько сильно оно было мне необходимо. Всего одно маленькое слово, а сколько в нем силы.
Даже руки обмякли, больше не пытаясь оттолкнуть мохнатую грудь.
— Отпусти меня, Лайф, — попросила тихо, шепча на его ухо. — Я верю, что ты не хочешь причинить мне вред. Я верю. Но в стае все решает альфа. Ты ничего сможешь сделать, если он прикажет убить меня.
— Я должен знать, что с нашей связью, — заявил он с упрямой решительностью и поднял глаза. А потом опустил меня чуть ниже, застыв напротив моего лица. — Медведь проснулся от того, что тебе грозила опасность. Его бы ничто не вытянуло из спячки, кроме пары. Но зачем посылать тебя ко мне, а потом натравлять охотников? Погиб бы я, погибла бы и ты. Тот, кто тебя послал — не твой друг.
— И не твой, — произнесла я. И Лайф медленно кивнул.
— Я должен знать, настоящая эта связь или нет. Мне нужен колдун.
— Что, в мире других колдунов нет? — возмутилась я. — Только тот, который живет в стае моего дяди убийцы?
Канадец хмыкнул. Он нащупал на полу флягу и рывком сломал ее, оставляя острый металлический край, которым полоснул свою ладонь. Я опять испуганно охнула, увидев кровь.
— С ума сошел? Тебе мало пробоин в теле?
К слову, кажется, с пробуждением его медведя регенерация пошла полным ходом. Он все еще был весь покрыт синяками, но двигался так, будто его вовсе не волновали сломанные кости.
— Я Лайфорд Хейл, потомок первого оборотня медведя Иовы Хейла даю клятву на крови, что если ты, Тарин, окажешься моей истинно парой, я буду драться за тебя на смерть с любым, кто посмеет тебе навредить.
Проговорив все это, он посмотрел на мою ладонь.
— Кровную клятву очень давно придумал первый из колдунов на земле. Он создал мощное проклятие для всех, кто скрепит свои клятвы кровью, и за невыполнение грозит смерть. Мне нужна твоя кровь.
Он в самом деле собирался защищать меня? Это же… Безумие. Если на него нападут всей стаей, это верная смерть.
— А если я окажусь не твоей парой? — спросила, пытаясь призвать его к благоразумию.
— Я все равно буду защищать тебя, пока ты не окажешься в безопасности.
Он безумец! Точно ненормальный. А еще говорит, что у метисов проблемы с головой… Ну, раз так. Я спрошу с него по полной!
— Если я не твоя пара, ты поможешь мне сбежать и найти брата? Я не хочу жить в стае дяди. Даже не хочу пытаться узнать его. Хочу к Колтону.
Лайфорд думал не долго. Какая-то мысль на секунду задержала его, а потом он согласно кивнул. Нежно взял мою ладонь, провел пальцем.
— Будет больно.
Я лишь фыркнула на это. И даже не вздрогнула, когда он разрезал мне кожу. Смотрела на него, выискивая подвох. И безумно боялась допустить мысль, что ко мне вернулся он… тот самый. Это было даже отчасти забавно. Лайфорд — расчетливый, непробиваемый и жестокий. Миша — грубый, ненасытный, безумный. По отдельности — кошмар любой женщины. Но вместе создают идеального мужчину, от которого я не в силах отвести глаз.
— Я тоже клянусь, — проговорила я, пока Лайф еще не скрепил наши ладони. — Что больше никогда никому не позволю брать мое тело силой. Если кто-то попытается, то я выберу смерть.
Он стрельнул в меня недовольным взглядом и мотнул головой.
— Отмени эту клятву.
— Нет, — твердо заявила я. — В твоей клятве на кону твоя жизнь. И в моей — моя. Все честно. Я озвучила цену своей жизни. Я хочу прожить ее, как свободная женщина, а не чья-то рабыня.
Я сама схватила его руку и почувствовала, как его кровь сливается с моей, моментально наполняя все тело волшебным теплом. Это было так же приятно, как завалиться на шкуру возле камина после охренительного секса и прижаться щекой к мужской груди. В этом ритуале точно был сексуальный подтекст, по крайней мере, для меня.
Лайфорд, кажется, был в ярости.
— Рин, мать твою! — процедил он, впрочем, ничуть страшно мне не было. Он казался таким беспомощным, а я целую секунду наслаждалась этим, крепко сжимая пальцами его ладонь и не пуская. — Ну почему ты настолько упрямая?
— Метисы… — издевательски проговорила я. — С ними всегда проблемы, правда?
Глава 21
Он перестал шипеть от злости и протяжно выдохнул через нос. А потом и сам сжал свои пальцы и спрятал наши руки у меня за спиной, наклоняя меня чуть вперед.
— Ну что же, — проговорил он. — Поцелуй меня.
Я не удержалась от смешка. Он выглядел таким… наивным, раздраженным и притягательным одновременно. Боже, он сводил меня с ума, и я ненавидела это.
— Еще чего! — поразилась я. Хотя, клянусь, я хотела этого. И взгляд сам собой опустился на его сладкие губы. Сегодня из них вырвалось так много обидных слов. Могла бы я простить? Могла бы стереть их всех одним поцелуем?
— Поцелуй! — приказал он зловеще, будто вовсе не о чем-то хорошем просил. — Сама!
— Ты мастер уговоров, — похвалила я.
— А ты мастер доводить меня до полного безумия, — парировал он. — Вот почему это работает между нами. Ну же, себе бесполезно врать, что хочешь этого. Хотя бы ради эксперимента, чтобы прислушаться к своим чувствам.
— Не припомню, чтобы ты учитывал мои чувства раньше, — поспорила я. — И не думаю, что станешь. Даже сейчас ты собираешься доверить наше будущее какому-то колдуну, который скажет тебе твоя я истинная пара или нет. А если он скажет «нет», то что? Ты просто наплюешь на свои чувства ко мне? Если они есть, конечно.
Стойко выслушав все, что я на него вывалила, Лайф не выдал ни одной своей эмоции и настойчиво повторил:
— Поцелуй и узнаешь.
Я мотнула головой, но застыла на его губах. Мне не нужно было проверять, чтобы узнавать свои чувства. Я как раз занималась тем, что запихивала их поглубже. А они все вываливались и вываливались с каждой секундой все больше, проникали во все углы и щели и опять заполняли меня это гадкой розовой ватой. Как с этим бороться?
Я попыталась уйти. Оттолкнулась, чтобы слезть с Лайфорда, но только моя задница оторвалась от его бедер, он обхватил мою талию и резко потянул вниз, припечатав еще и строгим взглядом. И, черт бы его побрал, его запах стал еще резче, действуя на меня, как мята на кошку. А губы оказались так близко, что я почти чувствовала их вкус. Мы коснулись носами, и этого мимолетного прикосновения хватило с головой, чтобы мои стопы сломались. Я хотела большего, хотела еще раз нырнуть в то чувство полного беззаботного счастья. Потому что оно было неподдельным. Возможно, наша связь — да, но не счастье.