Плен – не подчинение (СИ)
— Сделай что-то! — заорала я колдуну. — Ты же сказал, что я теперь тебе нужна! А мне не жить без пары. Давай договоримся. Помоги Лайфорду.
Колдун расхохотался, начиная медленно приближаться ко мне, продвигаясь вдоль стены.
— Так ли он тебе нужен? — спросил он. — Этот предатель? Спасу его сейчас, и он убьет твоего брата в будущем.
Я мотнула головой. Это было слишком даже для него.
— Не слушай его, Рин! — выкрикнул Лайф, отбивая удары Харрисона лучше, чем раньше. Я не отрывала от него глаз, но Клод, как чертенок на плече, все подстрекал:
— А может быть и тебя! Но у меня действительно хорошие новости, девочка! Луны — редкость и роскошь, которую судьба оберегает от всех, кто пытается им навредить. У тебя есть все шансы изменить любое пророчество. Таким, как ты это под силу, слышишь? Дай этим двоим добить друг друга, и Колтон не пострадает ни от одного. Позволь судьбе защитить тебя. Один быстренький ритуал отвязки от пары, и ты больше не зависима от Лайфорда!
То, что он говорил, звучало безумно и дерзко. Он предлагал мне избавиться от зависимости, отказаться от пары. Я не желала смерти Лайфорду. Я хотела бы уехать далеко-далеко, чтобы больше никогда его не видеть, забыть все, что у нас было и не знать его вовсе. Начать все сначала. Встретить кого-то, кто бы никогда не подставил под удар. Для кого бы моя безопасность стояла на первом месте. Лайфорд искал власти. Хотел стать альфой, подставив при этом под смертельный удар моего брата. Никогда ему не прощу. Такое не прощают.
— Ну же, Тарин, решайся! — произнес Клодий и остановился в каком-то шаге от меня. А затем протянул руку, будто предлагал мне спасение, и улыбнулся. Его темная магия облепила меня, пытаясь проникнуть в голову, узнать мои мысли. Но теперь-то я знала, как отбиться от ментальной атаки. Купол, который меня защищал, был крепче, чем Клод рассчитывал. Это была моя секунда триумфа, решающий момент, который дал понять, Клод не всесильный. Он лишь загордившийся трусливый манипулятор. А на каждую силу есть сила больше. Оттолкнувшись лапами, я прыгнула на него и впилась когтями в его лицо. Это стало полной неожиданностью для того, кто не дерется. Он не мог прочесть мои мысли или предугадать мои решения. Он думал, что читал меня как открытую книгу...
— Ты сам сказал, что в моих силах изменить пророчество, — процедила, царапая его рожу и руки, которыми он пытался меня оттолкнуть. — Я изменю его так, что Лайфорд никогда не навредит ни мне, ни Колтону. Но жить он будет! А тебя заждались в аду.
Его кровь стала доказательством уязвимости. И чем дольше он пытался проникнуть в мою голову, ментально атаковать тьмой, тем сильнее я становилась. Гордость затопила меня, добавляя смелости и уверенности.
— Как тебе такое, а? — произнесла я злорадно. — Ты считал себя богом? Непобедимым? Или просто никогда не встречал равного по силе? Ну, привет! В мою голову ты больше не проникнешь!
Мой когти погрузились в его шею, и Клодий зашипел, принимая все, что я ему сказала, как факт. Он очнулся и перестал пытаться управлять мною. Но он все еще мог другими. Разочарование и ярость сменились насмешкой и, Клод, начав душить меня, прохрипел:
— Смотри фокус, мелюзга. Альфа, фас!
Кажется, Клод вложил все свои силы, чтобы оттолкнуть меня. И у него получилось сделать это так, что я отлетела к потолку, врезалась в стену и сползла по ней. Уже приготовившись к боли, очень удивилась, когда ее не последовало. Я ударилась головой и не приземлилась красиво на лапы, но это было терпимо, без повреждений. Одна беда. Харрисон, бросив Лайфорда, рванул прямо ко мне. И я просто не успела…
— Тарин! — рев Лайфа заглушил мой собственный, когда мир смешался в хаотичный клубок. Боль пронзила переднюю лапу, бедро и плечо. Кажется, Харрисон рвал меня на лоскутки, и ему хватило каких-то секунд, пока Лайфорд его не остановил. Он оттянул здоровяка за загривок, напал со спины и впился зубами в шею. Альфа-медведь встал на задние лапы, отшвыривая меня обратно к стене. Вот теперь было больно. Я заскулила, изо всех сил пытаясь оценить повреждения и собрать ментальную силу вновь.
— Остановись! — заорала на Харрисона. Он беспощадно бил Лайфа, потеряв крупицы рассудка. Ничего человечного в альфе стаи не осталось. Зверь полностью поглотил его разум. Но было кое-что еще, я видела. Шар силы совсем потускнел, стал серым. Тьма колдуна поглотила его, и теперь Харрисон стал настоящей марионеткой. Поодиночке я бы справилась с ними, но когда две силы — колдуна и оборотня — объединились, у меня не было шансов.
— Сил у тебя много! — проорал Клодий. — А вот опыта маловато. Учись, ребенок!
Он перевел взгляд на толпу остолбеневших оборотней, и этого хватило, чтобы те скопом напали на Лайфа.
— БЕГИ! — проревел он, все еще пытаясь отбиваться со всех сторон. Я не знала, как, у него получалось, какое по счету дыхание в нем открылось, но он и не думал сдаваться — я видела это по рушимым ударам и растущей силе. Даже когда альфа оставил его на остальных и вновь обратил свой взор на меня.
Я затряслась от ужаса, взглядом ища спасения и понимая, что его нет. Ни Лайф, ни Колтон — никто не спасет меня в этот раз. Если хочу жить, должна бороться.
Я побежала. Рванула к освободившемуся проходу, заплетаясь лапами, врезаясь в стены и пролеты. Бурый монстр с безумным ревом бросился за мной в коридор. Я летела к лестнице, пытаясь придумать хоть что-то. Враг был сильнее меня и, конечно, намного быстрее. Я слышала его приближение, мне даже не нужно было оборачиваться. Лестничный пролет казался так близко, но спасения я не видела. До тех пор, пока в поле моего зрения не попала люстра. Огромная старинная, свисающая с потолка почти до самого нижнего этажа через все пролеты огромной винтовой лестницы. Мне не было дела до интерьера раньше, но теперь безумная идея буквально поглотила мой разум.
«Прыгай!»
И даже все стопы благоразумия отключились. Это был мой шанс выжить, и я прыгнула. Выпустила когти и на лету поймала лапами цепи. Мне надо было надежно зацепиться, чтобы не свалиться вниз с высоты пяти этажей. Тяжелая люстра начала раскачиваться от толчка, и к моменту, когда Харрисон добрался до перил, я возвращалась к нему. Намерение прыгнуть за мной так и читалось на его перекошенной расцарапанной морде. Он выглядел злым, но потрепанным и израненным настолько, что на секунду заколебался, стоит ли повторять мой подвиг. Этой заминки мне хватило, чтобы бежать дальше. Я отпустила лапы и спрыгнула на одно металлическое кольцо ниже. Вся люстра представляла собой кольца, увешанные старинными подсвечниками и скованные между собой цепями. Я даже успела порадоваться, что вместо свечей лампочки и спрыгнула еще ниже. И еще. Диаметры колец уменьшались к кончику. Но даже со своей высоты я видела, что самое последнее далеко от пола. И прыгать будет больно.
С жутким грохотом меня встряхнуло, и лапы соскользнули. Я вцепилась за подсвечник уже на лету. И тогда же поняла, что медведь бросился за мной. Совсем не думая, что конструкция не выдержит такого великана, как он. Он спрыгнул ниже, и от этого люстра опять загрохотала. Несколько цепей не выдержали под натиском, и порвались в тот самый момент, когда Харрисон прыгнул ко мне. Веса нас двоих цепи уж никак выдержать не могли. Альфа обезумел, не замечая ничего кроме своей цели, только я прекрасно понимала, что мы вот-то упадем.
Он протянул ко мне лапу, собираясь толкнуть вниз, но я была отчаянней, чем он думал. Оттолкнулась, что было сил, и прыгнула. Это было чистым безумием и несусветным везением, что люстра в этот самый момент, раскачиваясь, подтянулась к перилам, кажется, третьего этажа. И я влетела прямо в них, разламывая на щепки. Не просто везение, а божественная помощь. Ведь в то же мгновение люстра полностью сорвалась с крепления и рухнула вниз. Вместе с Харрисоном. Хороня его под десятками, а то и сотнями футов металла.
Грохот длился маленькую вечность, пока последняя цепь не зазвенела, и наступила мертвенная тишина.