Лучший иронический детектив
— Я за! — подержал Альберто Куропаткин. — И обязательно надо поужинать.
— Я вас отведу в один ресторан, в котором работает мой друг. Он приготовит для вас очень вкусную паэлью.
— Марина, — дернула меня за рукав Алина, — Давай останемся, а завтра очень рано Альберто отвезет нас в Гранаду.
— Хорошо, — сдалась я.
— Вот ключи от ваших номеров, — Альберто вручил нам по электронному ключу. — Вам, наверное, надо переодеться. Я буду ждать вас в холле через полчаса.
Я решила не распаковывать чемодан. В той одежде, в которой я вышла из дома, мне было ни холодно, ни жарко, то есть вполне комфортно — знала, куда лечу. Не задерживаясь в номере, я практически сразу спустилась в холл.
Альберто сидел в кресле курил сигарету и потягивал из маленькой чашечки черный кофе. Подняв на меня глаза, он удивился: то ли обрадовавшись, то ли напротив разочаровавшись.
— Так быстро? Я думал, буду вас ждать часа два.
— Почему же тогда велели прийти через полчаса?
— Потому что назначь я встречу через час вы бы пришли через три.
— Это не про меня, я очень пунктуальна.
— Редкое качество для женщины.
«Пожалуй, он прав, — подумала я. — Неизвестно, когда появится Алина». О Вене я не беспокоилась, зная, что тот появится минута в минуту.
— Альберто, все дни, что мои соотечественники пробыли в Севилье, вы были с ними?
— Да. И в Кордову их возил.
— А что вы скажите о Насте Ольшанской? Одна среди мужчин, ее невозможно было не заметить. К тому же она молода и хороша собой. Какой она вам показалась? Вам не хотелось с ней познакомиться поближе?
— Нет, — отрезал Альберто. — Во-первых, я решил, что она не свободна, и этот скандинавский мужчина ее муж или любовник.
— Кто это?
— Ну этот Литовченко. В автобусе они сидели рядом, постоянно перешептывались. Он за нее везде платил. Жили, правда, они в разных номерах, но через стенку. Меня это не смутило. Одному жить всегда комфортнее. Соскучились — встретились, надоели — разошлись по разным комнатам.
— Вы не женаты, — догадалась я.
— Нет. У меня есть девушка, но жениться я не тороплюсь. А эта Насте мне вообще не понравилась. Она из тех дамочек, про которых говорят «себе на уме». Такие играют мужчинами, как марионетками. Нет, она не кокетка, но у нее такой взгляд, будто бы она гипнотизирует.
— А почему она выбрала именно Литовченко? — задумалась я.
— Наверное, она из тех, кто предпочитает блондинов, — улыбнулся Альберто, поправляя рукой иссиня черную прядь.
— Альберто, а Настя или Литовченко вас о чем-нибудь спрашивали? Может, просили показать какие-то исторические достопримечательности?
— Было дело. В дворце-крепости Алькасар Анастасия меня все время спрашивала про другой дворец мавританской архитектуры, Альгамбра, тот, что находится в Гранаде. Какой лучше? Какой красивей? А много ли тот дворец претерпел изменений и перестроек? Алькасар, конечно, уступает по размеру дворцу Альгамбра, но он обладает особым уютом и шармом. В течение почти 700 лет это был дворец испанских королей. Очень красивый дворец. Затейливые полы, потолки и стены представляют собой искусные произведения. Посольский зал, девичье патио. Какие там фризы, изразцы, лепнина! Нигде такой красоты не встретишь. А какой сад разбит вокруг дворца? С благоухающими розами и апельсиновыми деревьями, высаженными вдоль аллей. Рай!
— Значит, она интересовалась дворцом Альгамбра, — отметила я.
— Да, но в Гранаду мы поехать не успевали. Надо было заранее продумывать маршрут. Помимо исторических достопримечательностей и памятников, ваши туристы не пропускали ни одного винного погреба, — пожаловался Альберто.
— Специфика работы у них такая, — развела я руками.
В холле появился Куропаткин.
— Я готов, — доложил он.
Я посмотрела на часы — полчаса, отведенные на переодевание, истекли — и решила позвонить Алине, чтобы та поторопить. Но не успела я подняться с кресла, как из лифта вышла моя подруга.
— Надеюсь, что вы не станете мне высказывать, что я не умею ценить чужое время? — довольная собой, спросила Алина.
— Нет, хотя признаюсь, ты меня приятно удивила.
Уже в машине Альберт стал рассказывать о своем родном городе. Чувствовалось, что он знает тему «от и до»:
— Население Севильи составляет 700 тысяч жителей. Этот город является столицей автономного региона Андалусия и провинции Севилья. Согласно легенде, Севилья была основана греческим героем Гераклом. Жители города называются по-испански «севильянос». Севилья является крупным промышленным и торговым центром, а также центром туризма. Севилья расположена на плодородной, хорошо освоенной равнине, по обе стороны реки Гвадалквивир, которая судоходная до Севильи также и для морских кораблей. Благодаря множеству башен, Севилья со всех сторон представляет собой величественную панораму, — Альберто остановил машину на возвышенности и попросил нас выйти из машины. — Смотрите, отсюда все очень хорошо видно. Древняя часть города расположена на левом берегу Гвадалквивира и окружена пригородами Лос Умерос, Сестериа, Баратильо, Карретериа, Ресолана, Сан Бернардо, Сан Роке и ла Кальсада, а также Макарена.
— О! — воскликнул Куропаткин. — А я песню слышал «О, Макарена!»
Альберто только улыбнулся и продолжил свой рассказ:
— От древней городской стены с 66 башнями сегодня остались только фрагменты. На правом берегу реки расположен район Триана.
— Очень интересно, — сказала я. Обидно, что начинало смеркаться, и мы могли видеть только яркое освещение улиц.
— Поехали дальше.
Больше двух часов водил нас Альберто по узким улочкам исторического центра. На вьющейся змеей улице Калле до Сьерпес мы умудрились потерять Куропаткина. Он затормозил у витрины магазина, а мы скрылись за поворотом. Хорошо, что практически сразу спохватились и за ним вернулись.
Альберто потянул нас к собору Мария де ла Седее. На пути встречались красивые здания, напоминающие древнеримские дворцы. Наповал сразили внутренние дворы, выложенные мраморными плитами. Попадались дома и в восточном стиле, с плоскими крышами и не более двух этажей.
— Вот, — Альберто остановился перед величественным зданием собора. — Собор построен в пятнадцатом веке на месте бывшей мечети. Имея около 116 м в длину и 76 м в ширину, кафедральный собор Севильи является третьим по величине христианским собором в мире (после собора Святого Петра в Риме и Святого Павла в Лондоне), а из готических — самым большим. Собор состоит из пяти боковых приделов, большой основной капеллы с пламенеющим сводом, возвышающимся на 56 м над трансептом (поперечным нефом). — Вдоволь налюбовавшись произведенным на нас впечатлением, а мы стояли перед собором, задравши головы, он продолжил таинственным голосом: — В мрачной тени собора хранится немало реликвий и сокровищ, в том числе картины Мурильо, Веласкеса и Гойи. Говорят, что крест собора сделан из первого золота, привезённого Колумбом из Америки, а в соборе, как утверждают, захоронены останки мореплавателя. На самом деле Колумб, скорее всего, покоится в Санто-Доминго, столице Доминиканской республики. Свинцовая гробница Колумба в 1544 г. была перевезена из Севильи в собор Санто-Доминго. Считается, что в 1795 г. его останки были перенесены в Гавану, а сто лет спустя — из Гаваны в Севилью. Но где-то по дороге всё перепуталось, и теперь принято считать, что останки в Севильском соборе принадлежат сыну Колумба — Диего.
— Спустя пять веков трудно найти концы, — сказала я, переглянувшись с Алиной.
— Это точно, — вяло поддакнул Веня.
— Ну что, посмотрим фонтаны? — предложил Альберто. — В Севилье существует множество общественных фонтанов, большинство из которых снабжаются известным виадуком под именем Канос де Кармона, построенным еще во времена Юлия Цезаря.
— Очень заманчиво, — без особого энтузиазма откликнулась Алина, — но боюсь мне больше и ста метров не пройти. Альберто, вы что-то там говорили о вкусном ужине в ресторане вашего друга.